«Но вас сюда уже привезли…»

Мосгорсуд оставил без изменения меру пресечения фигурантам «Дела Седьмой студии»

6 сентября, комплекс Мосгорсуда на Богородском Валу: два здания, каждое размером с девятипалубный лайнер. Возле одного из очень многочисленных здесь залов судебных заседаний — душ сто режиссеров, правозащитников, драматургов, критиков, композиторов.

Рассматривается апелляция по мере пресечения фигурантам дела «Седьмой студии». Бухгалтер Нина Масляева в предварительном заключении с 19 мая с. г. Бывший гендиректор проекта «Платформа» Юрий Итин под домашним арестом с того же дня. Без права прогулок, общения с родственниками, обращения в клинику за медпомощью.

Известный театральный менеджер Алексей Малобродский, директор «Платформы» в 2011–2012 гг., — под стражей с 21 июня.

… Нина Масляева трижды обращается к судье Светлане Александровой, заявляя о нежелании принимать участие в заседании, потому что «это ничего не изменит». «Но вас сюда уже привезли…» — раз за разом повторяет судья.

Адвокаты Малобродского просят приобщить к делу личные поручительства за Алексея Аркадьевича. Их 38. Среди поручителей — Чулпан Хаматова, Елена Шанина, Яна Троянова, Виктория Исакова, Андрей Могучий, Владимир Мирзоев, Дмитрий Бертман, Евгений Асс, Василий Сигарев, Лев Рубинштейн, известные театральные продюсеры Эдуард Бояков и Евгения Шерменева (люди очень разных эстетических и политических взглядов объединились в поддержке Малобродского). К делу приобщают ходатайство Ассоциации продюсеров кино и телевидения, возглавляемой Сергеем Сельяновым, и письмо Совета худруков театров Москвы (среди подписавших — Олег Табаков и Марк Захаров).

О профессиональной скрупулезности Малобродского в защите интересов театров, которыми он руководил как директор, о его менеджерской точности говорят свидетели — композитор Александр Маноцков и культуролог Анатолий Голубовский.

Но усталая, явно с трудом переносящая трехчасовое заседание Нина Масляева явно была права: «Это ничего не изменит». Как и весьма аргументированные речи адвокатов А. А. Малобродского — Ксении Карпинской и Юлии Лаховой.

Адвокаты говорят о том, что сомневаться в существовании спектакля Кирилла Серебренникова «Сон в летнюю ночь» (Малобродский, по версии следствия, «присвоил» 2,3 млн рублей, выделенные на его постановку) невозможно: вот многочисленные свидетельства, пресса спектакля, видеоролики. О том, что, по версии следствия, их подзащитный принимал участие в деятельности «Платформы» в 2011–2014 гг. Тогда как он перестал работать в проекте в середине 2012 года — и об этом есть запись в его трудовой книжке. Как же готовились материалы дела?

О том, что Малобродский был взят под стражу 20 июня и месяц провел в СИЗО без возбуждения уголовного дела. Дело было открыто лишь 18 июля, на второй стадии судебного разбирательства. Тогда же, 18 июля, в Басманном суде прокурор Малофеев указал: мера пресечения, примененная к Малобродскому, — содержание под стражей в течение месяца без возбуждения уголовного дела — незаконна.

Но и позиция прокуратуры не была в данном случае принята к сведению.

Малобродский принимает участие в заседании «по трансляции» из СИЗО. Время от времени за его спиной что-что громко скрежещет. Судья резко одергивает видеоэкран: «Эй, в изоляторе! Потише!» Несмотря на это, судебному залу на 39 мест четко слышна именно речь подследственных и их адвокатов. А представитель прокуратуры, следователь, отчасти и судья Александрова зачитывают тексты тихо и монотонно. Словно и не планируют быть услышанными.

… У Нины Масляевой просьб к суду нет. За исключением этой, еще раз устало повторенной: не присутствовать на заседаниях. Адвокат Масляевой — четвертый по счету за эти месяцы — мягко и растерянно говорит: «Я, собственно, вошел в дело лишь в начале сентября…»

У Юрия Итина и его адвоката Юрия Лысенко просьбы «бытовые» (впрочем, данное заседание и рассматривает лишь возможные изменения по мере пресечения и условиям содержания). Право на прогулки. Право на обследование в медицинском центре. Право на общение с 78-летним отцом: он приехал к подследственному сыну из Симферополя, не имел и не имеет никакого профессионального отношения к театрам Москвы. Сейчас этого права у Итина нет: отца следствие включило — без аргументации — в число свидетелей по делу.

Адвокаты Карпинская и Лахова и Алексей Малобродский говорят ярко, жестко, по обстоятельствам — и по сути процесса.

Малобродский — о том, что с мая месяца был допрошен лишь трижды, причем никакие аргументы, кроме транзакций в адрес проекта «Платформа» (напомним: по госпрограмме поддержки современного искусства, утвержденной премьер-министром В. В. Путиным), ему не предъявлены.

О том, что «следствие при поддержке прокуратуры манипулирует, жонглирует несуществующими фактами… Я требую, чтоб этот блеф прекратился».

Адвокаты объясняют еще и еще раз: сомневаться в существовании спектакля «Сон в летнюю ночь» невозможно; АНО РИД «Седьмая студия» — не фирма-однодневка, созданная «для обналички», а театральная труппа, созданная Серебренниковым из выпускников его актерского курса в Школе-студии МХАТ, зерно будущего театра. Говорят об отсутствии доказательств злоупотреблений, о «технических ошибках» и фактических неточностях в деле даже после указания на них, не исправленных в материалах. О естественном в таких обстоятельствах вопросе: как, с какой степенью доказательности и тщательности ведется следствие?

Суд удаляется на очень короткое совещание. Юрию Итину предоставлено право на ежедневную двухчасовую прогулку. Нине Масляевой и Алексею Малобродскому мера пресечения не изменена: они остаются в СИЗО до 19 октября.

… Заседание по «Делу Седьмой студии» длилось свыше трех часов. Перед началом его я увидела на мониторе соседнего судебного зала № 225 график слушаний. Там апелляции по делам, не отмеченным вниманием культурной общественности, начинались в 9.30 — и шли почти до конца дня.

По предварительному расписанию Мосгорсуда на каждое из этих, не столь резонансных дел отводилось пятнадцать минут ровно.