"За справедливость всегда буду бороться"

Кубанская активистка Дарья Полюдова, осужденная на два года за призывы к сепаратизму, жалуется на избиения и давление в колонии, где она отбывает наказание. Об этом Радио Свобода рассказала мать Полюдовой. По ее словам, другие осужденные сначала угнетали ее дочь морально, потом началось применение физической силы. Начальство колонии, со слов матери активистки, говорит, что осужденная сама провоцирует конфликтные ситуации.

28-летняя кубанская активистка Дарья Полюдова уже полтора года находится в колонии-поселении №10 в Новороссийске. В декабре 2015 года Октябрьский суд Краснодара признал ее виновной в призывах к экстремистской деятельности и к сепаратизму за публикации в социальной сети "ВКонтакте", в марте 2016 года вышестоящий суд подтвердил это решение, и Полюдова была отправлена в колонию.

Как рассказала Радио Свобода мать Дарьи Полюдовой, Татьяна, в исправительном учреждении у дочери начались проблемы с другими заключенными. По словам Татьяны Полюдовой, сначала Дарью "угнетали морально" – делали замечания, перекладывали ее вещи, в частности, "выбросили на мусорку сковородку", а после этого началось и физическое давление. По словам Татьяны Полюдовой, Дарью ударили табуреткой. В знак протеста она несколько раз объявляла голодовку, но сейчас прекратила, поскольку начал болеть желудок и начались головокружения:

– Они ее угнетали морально и оскорбляли всячески, – рассказывает в интервью Радио Свобода Татьяна Полюдова, – ей постоянно говорили: "Это ты не туда положила... Ты грязнуля... От тебя пахнет..." Хотя от нее никогда ничем не пахнет, она чистоплотная девочка. А моральное угнетение хуже физического. Потом они ее по голове стукнули, кто-то говорит, что расческой... И она мне говорила: "Мама, у меня голова после этого стала болеть". Недели три уже прошло, около месяца, может быть, назад, когда по голове они ее стукнули. А потом уже табуреткой. Они ее просто, мне кажется, вызывают на драку, провоцируют, чтобы ей дали новый срок, продлили и все.

– Как вы думаете, эти девушки делают это по собственной инициативе? Или на них оказывается давление со стороны колонии?

– Если бы они делали это по собственной инициативе, администрация бы их как-то наказывала, я думаю. А Даша идет жаловаться на них, пишет заявления, но к ним же никаких мер не принимают. Они говорят Даше, наоборот: "Ты сама виновата, ты их сама провоцируешь на это".

Они ее просто вызывают на драку, провоцируют, чтобы ей дали новый срок

​– А когда произошла история с табуреткой?

– Недели две назад. Она мне позвонила и сказала: "Мама, меня табуреткой лупят, Лукашук избила – по плечу..." У нее на предплечье ссадина, она мне сообщила об этом по телефону. Она же три раза держала голодовку! От хорошей жизни она бы не держала голодовку? А третий раз, когда отец к ней приехал на свидание. Он поехал к ней 29 августа, а 31-го оттуда уехал. И она с 31-го стала держать голодовку из-за того, что, когда отец приехал к ней в колонию, он подошел к этой Лукашук и сказал: "Ты почему Дашу обижаешь?" Он педагог, он по-хорошему с ней стал разговаривать. "Почему ты ее оскорбляешь, почему ты ее избиваешь? Подойди сейчас же к ней и в моем присутствии перед ней извинись", – он ей сказал. Она сказала: "Я не собираюсь извиняться, я сейчас побегу к этому (там какой-то майор), и ваше свидание прекратят". Она пошла, этот майор вышел, и Дашиному папе, Владимиру Николаевичу, говорит: "Вы почему нецензурной бранью ругались на нее?" Он говорит: "Да вы что, я никогда в жизни не ругаюсь нецензурной бранью!" И вот Даша до того обиделась на то, что он наорал на папу, что стала из-за этого с 31 августа третий раз держать голодовку. Она требовала, чтобы его как-то наказали за то, что он несправедливо оскорбил отца.

Дарья Полюдова с пикетом в поддержку "узников Болотной"

После того как ее избили табуреткой, начальник колонии вроде бы перевел эту Лукашук в другую комнату, а Дашу оставил в этой же. Ну, а там одна из заключенных обиделась, видимо, это подружка Лукашук была, и решила Дашу избить в этот же день. Она начала ее бить, а Даша взяла и вытащила ее под видеокамеру. Даша написала на нее заявление, чтобы завели уголовное дело, и начальник колонии принял это заявление, вроде бы. Начальник колонии мне звонил два раза, рассказывал, какая там ситуация на данный момент. Дашу возили на обследование, на судмедэкспертизу возили. Сейчас она прекратила голодовку, потому что сильно заболел желудок, головокружения, и начальник сказал: "Если она не прекратит голодовку, мы будем ее принудительно кормить".

– Я правильно понимаю, что вам в разговорах начальник колонии говорит, что Даша сама провоцирует все эти случаи?

– Да! "Она тут уже всех достала!" – он говорит. А она, наоборот, там всем помогает, что-то пишет, какие-то там юридические документы. Она же юрист, умная девочка. Она никогда не врет! Вот у нее есть эта черта: пусть даже будет плохо ей, но никогда она не соврет. Я начальнику сказала: "Вы почему слушаете осужденных, а не Дашу? Даша никогда не врет! Она никогда в жизни еще ни разу не соврала!" Я, как мать, за нее ручаюсь головой. Он молчит.

Меня никто не понимает, потому что я одна здесь политзаключенная

​– Вы с ней когда последний раз виделись, когда ездили к ней?

– Я ездила к ней в конце июля. Она тогда уже говорила: "Мама, знаешь, как мне здесь тяжело. Меня никто не понимает, потому что я одна здесь политзаключенная, остальные все просто осужденные, они вообще меня не понимают. Мне очень тяжело здесь!" Я говорю: "Доча, я тебе говорила, что там не санаторий, я тебя предупреждала".

– Какой у нее сейчас режим в этой колонии, какие условия? Она в общем отряде или как-то изолирована?

– В общем. Хотя мне начальник обещал, мне говорил: "У меня здесь есть комната для отпускников, давайте я тогда ее одну переселю в эту комнату, пусть она там живет". Я говорю: "Ну, конечно! Мы будем вам благодарны, если вы так сделаете". А Даша мне потом звонит и говорит: "Мама, вот видишь, он какой врун! Он все врет, не слушай его". Я говорю: "Он тебе предлагал отдельно поселиться?" – "Нет, я так и живу в общей комнате".

– А вы с ней обсуждали какие-нибудь планы после ее освобождения?

– Да, я спрашивала ее, ну, она говорит: "Мама, я, конечно, буду, но уже не так... Но за справедливость я всегда буду бороться!" Вот так вот она сказала, – рассказывает Татьяна Полюдова.

Акция в поддержку Дарьи Полюдовой в Москве, апрель 2016 года

Адвокат Дарьи Полюдовой Ирина Бирюкова в интервью Радио Свобода сообщила, что ей известно только об одной конфликтной ситуации. Она намерена обратиться в прокуратуру по надзору за исправительными учреждениями, чтобы проверить остальную информацию:

О том, что ее якобы кто-то избил табуреткой, я узнала только уже из поста мамы утром во вторник. С Дашей я разговаривала после обеда в понедельник

– 4 сентября Даша мне звонила из колонии, мы с ней разговаривали минут двадцать, обсуждали наши ближайшие планы на подачу заявления о замене наказания и так далее. Она мне рассказала о том конфликте, который у нее был с одной из осужденных, что эта осужденная ударила ее расческой по голове или по щеке, на что она пожаловалась руководству колонии, и руководство колонии ей сказало, что ей самой лечиться надо. Мы обговорили, куда подать жалобу, в прокуратуру, я ей все объяснила, и она должна была подать жалобу в прокуратуру как раз на проверку этих действий. Ни о каких других избиениях я от нее не знаю. Если бы там что-то было такое, наверняка, за 20 минут разговора мне Даша бы сказала о таком инциденте, и я бы приняла какие-то срочные меры.

Ирина Бирюкова

О том, что ее якобы кто-то избил, табуреткой или еще чем-то, я узнала только уже из поста мамы утром во вторник. С Дашей я разговаривала после обеда в понедельник. Я сказала маме, что ничего не знаю об этом избиении, хотя разговаривала накануне с Дашей, и спросила о том, когда этот инцидент случился, когда ее избили. Я думала, может быть, после разговора нашего ее избили. А мама мне сказала, что это было несколько дней назад. Я не могу говорить, правда это или нет, я могу говорить лишь о том, что от Даши мне об этом ничего не известно, хотя мы с ней разговаривали довольно долго прямо накануне выхода маминого поста. Безусловно, если бы я знала об этой ситуации от нее, как о достоверной, конечно, я приняла бы какие-то срочные меры, чтобы ее разрешить. У Даши есть возможность звонить, как у любого осужденного, из колонии, и она этими звонками активно пользуется, она мне звонит периодически. Поэтому, если бы что-то случилось, я думаю, она бы дала мне об этом знать, как своему адвокату.

– Вы планируете сейчас как-то проверять эту информацию?

– Да, конечно! Планируем, и мы ее будем проверять, эту информацию, насколько она достоверна. Естественно, мы сделаем запрос в прокуратуру по надзору за исправительным учреждением, чтобы они проверили данную информацию, насколько она верна. Я Даше позвонить не могу, потому что она пользуется телефонной связью в установленном режиме, и я всегда принимаю звонки от нее. Но пока она не звонит, мы принимаем меры, для того чтобы выяснить, насколько информация верна, была она или нет, и, если была, насколько все серьезно, – заключает Ирина Бирюкова.

Срок наказания Дарьи Полюдовой истекает 22 октября 2017 года. На свободу ее должны выпустить на два дня раньше – 20 октября, поскольку 22-е попадает на выходной день.

Кубанскую активистку, организатора "Марша за федерализацию Кубани", осудили за несколько постов в социальной сети "Вконтакте". Следствие и суд сочли экстремистскими перепост картинки с текстом "Этнические украинцы Кубани хотят присоединиться к Украине" и запись, в которой Полюдова возлагает ответственность за все теракты и беды в России на Владимира Путина и вопрошает, почему россияне, подобно украинцам, не могут свергнуть режим. Дарья Полюдова вину отрицает и считает, что ее преследуют за политические взгляды. Правозащитный центр “Мемориал” внес кубанскую активистку в список политических заключенных.