Винус Уильямс победила синдром Шегрена и вернулась в пятерку сильнейших

История великой спортсменки, которая может все

10 сентября в Нью-Йорке завершается 137-й US Open, и одним из главных событий стало выступление Винус Вильямс. От знаменитой теннисистки уже не ждали больших побед, но в этом году она неожиданно пережила ренессанс. Старшая сестра Уильямс дошла до финалов Australian Open и «Уимблдона», а на US Open могла стать первой ракеткой мира — и, хоть и проиграла, в итоге возвращается в топ-5 сильнейших теннисисток современности. По просьбе «Медузы» редактор раздела тенниса Sports.ru Валерия Ли рассказывает о том, что пришлось пережить спортсменке.

Заболевание, несовместимое со спортом

В августе 2011 года 31-летняя Винус Уильямс приехала в Нью-Йорк на свой 13-й Открытый чемпионат США. Она выигрывала его дважды — в 2000-м и 2001-м. Первая победа Уильямс в этом турнире US Open пришлась на середину ее беспроигрышной серии, которая растянулась на 35 матчей, шесть турниров и три континента. Вскоре после второго нью-йоркского триумфа 21-летняя теннисистка стала первой афроамериканкой на вершине мирового рейтинга. До конца десятилетия она выиграла еще пять «Уимблдонов», три олимпийских золота, сыграла ключевую роль в уравнении призовых для мужчин и женщин на крупнейших турнирах, а также получила диплом дизайнера. Несмотря на то, что по сугубо спортивным показателям ее довольно быстро обошла младшая сестра Серена, статус Уильямс-старшей как иконы мирового тенниса стал очевиден еще тогда.

Сезон-2011, однако, у Винус не задался с самого начала: на первом же турнире она получила травму и пропустила полгода, а летом, едва оправившись, подхватила таинственную вирусную инфекцию, возвращение после которой откладывала несколько раз, что для игроков такого уровня нехарактерно. Именно US Open стал первым турниром Уильямс после болезни, и она даже прошла первй раунд, прежде чем поразить теннисный мир новостью: у нее диагностирован синдром Шегрена — преимущественно женское аутоиммунное заболевание, практически несовместимое с профессиональным спортом. Синдром Шегрена характеризуется поражением соединительной ткани, мышечной и суставной болью, упадком сил и, по сути, не лечится. Уильямс снялась с US Open, чтобы «сосредоточиться на лечении», а шокированные репортеры, пытаясь осмыслить драматизм произошедшего, сообщали, что она покинула турнир «улыбаясь, но с опущенной головой».

Позднее стало известно, что проявления болезни: утомляемость, онемения, отеки, воспаления, — беспокоили Уильямс со второй половины нулевых, но их разрозненность затрудняла постановку диагноза, и борьба теннисистки за здоровье сводилась к бессистемному и изнурительному подавлению симптомов. Когда причина наконец была установлена, спортсменка встретила ее стоически: радовалась определенности и уже через несколько недель заявила, что непременно вернется на корт. Оказалось даже, что Уильямс узнала диагноз еще до начала US Open, но решила все же выступить там как раз потому, что годами делала это, уже будучи больной. «Ты почти привыкаешь ко всем этим проблемам, — рассказывала она New York Times. — Говоришь себе не обращать внимания и просто продолжать. Мне не раз приходилось делать вид, что я в порядке, когда я чувствовала себя ужасно».

Следующие полгода Уильямс училась жить с болезнью и контролировать ее течение с помощью лекарств, веганской диеты и дозированных физических нагрузок. «Поначалу были дни, когда я не могла встать с постели, — говорила она CNN. — Но лучше мне от этого не становилось, поэтому я выбирала работу. Я убеждена, что никакая работа не проходит зря, и, если сегодня ты можешь сделать только чуть-чуть, пусть будет так, потому что в итоге такие дни тоже скажутся на общем результате».

Врачи обещали, что теннисистке станет легче в течение трех-шести месяцев и не ошиблись: чуть более полугода спустя Уильямс вернулась на корт на крупном домашнем турнире в Майами и сразу дошла до четвертьфинала, обыграв чемпионку «Уимблдона» Петру Квитову. Дальше Винус продолжила играть по своему обычному в меру плотному графику и до конца сезона поднялась на сто с лишним позиций в рейтинге, даже выиграв один небольшой титул (44-й в карьере), а также четвертое олимпийское золото дуэтом с Сереной.

Визионер, революционер и трендсеттер

Между тем победа Винус над болезнью выглядела окончательной только со стороны. Сама спортсменка только пыталась смириться с этой новой для себя реальностью, заметно меняющей положение, которое занимала на мировой теннисной сцене.

Винус Уильямс со всеми ее титулами и достижениями — это не просто теннисная легенда. Винус Уильямс и ее сестра Серена — это не только потрясающая история о том, как в одной семье без теннисных традиций одновременно выросли две великие теннисистки. Даже Винус Уильямс с ее карьерой, растянувшейся на три десятилетия, — это не просто пример фантастического спортивного долголетия. Винус Уильямс — это своего рода теннисный Стив Джобс: визионер, революционер и трендсеттер, изменивший свою профессию если и не в одиночку, то, по крайней мере, достаточно сильно, чтобы навсегда занять в ее истории особое место.

Сестры Уильямс показали, что не нужно быть ребенком из богатой белой семьи, чтобы сделать пафосный «Уимблдон» своим семейным соревнованием. Не нужно все детство носиться по юниорским турнирам, чтобы стать успешным профессионалом. Они показали, что женский теннис может быть силовым, а не комбинационным, если это помогает побеждать. Благодаря сестрам Уильямс никому не нужно извиняться за то, что ты не отвечаешь чьим-то представлениям о том, какой должна быть (хрупкой/белой/кокетливой/конвенционально женственной). «Сила — это красиво», — провозгласил в 2011 году новый слоган Женской теннисной ассоциации (WTA), и можно только гадать, появился ли бы он без побед Винус и Серены.

При всей неразрывной связи — и родственной, и идейной — сестер Уильямс, старшая Винус более или менее все ключевые профессиональные шаги сделала первой: сыграла в финале «Шлема», стала первой ракеткой мира, выиграла Олимпиаду. На ранней стадии карьеры она — сознательно или нет — выступала лицом семьи и так прочно вжилась в эту роль амбассадора, что позднее очень органично перевела ее в масштабы всей профессии. Публичная Винус традицинно невозмутима и держится со статью, которую в теннисном сообществе только слепой не называл королевской (даже в кружевном платье, вдохновленном «Мулен Руж», в котором она однажды играла на «Ролан Гаррос»). Свои неудачи она не объясняет внешними факторами вроде травм, сложного расписания или погодных условий, а после побед не хвастается собственным трудолюбием и целеустремленностью.

Появившись в теннисе ни на кого не похожим тинейджером, Уильямс поначалу считалась «высокомерной» и «неприветливой», но с годами стала безоговорочным авторитетом, воплощением достоинства и трудовой этики — прямо из стихотворения Киплинга, строки которого встречают каждого выходящего на Центральный корт «Уимблдона»: «И будешь тверд в удаче и в несчастье, которым, в сущности, цена одна». На вопросы она часто отвечает короткими, но звонкими панчлайнами, которые так и просятся в заголовок: «Чем лучше играет соперница, тем лучше играешь ты»; «У нас обеих было по ракетке, а значит, и по шансу победить»; «Про каждый матч я знаю, что он не будет для меня простым. Но он не будет таким и для моей соперницы».

Про Винус, кажется, всегда было известно: для нее нет ничего невозможного, поскольку она отказывается признавать, что чего-то не может. Поэтому редкая молодая теннисистка после первой встречи с Уильямс обходится без слов «для меня это честь»; поэтому же Мария Шарапова, однажды обыграв Винус в ее не лучшей форме на Открытом чемпионате Австралии, радовалась куда более бурно, чем после любой другой победы в третьем круге.

И именно поэтому болезнь упала на Уильямс таким тяжелым грузом. Как человеку, которого талант и воспитание всю жизнь вели от одной высоты к другой, ей было трудно осознать, что ее возможности больше не зависят от нее одной; что внезапно появились препятствия, преодолеть которые ей может быть не по силам. «Оказалось, что есть вещи, на которые я повлиять не в состоянии. После этого мне пришлось серьезно перестроиться, но я смотрю на это как на еще одно испытание, потому что за всю свою жизнь я ни перед чем не сдалась. Я проигрывала и извлекала уроки — но белый флаг никогда не выкидывала».

Возвращение в топ-5 теннисисток мира

Эти поиски новой себя длились для Уильямс не один сезон и сопровождались мучениями на корте и посредственными результатами. Всеобщее восхищение ее самоотверженностью вскоре сменилось вежливым недоумением. Винус стали провожать на пенсию — иногда прямым текстом, — тем более, что ее интересы никогда не замыкались на теннисе. Еще в 2002-м она основала дизайнерское бюро V*Starr Interiors, занимающееся оформлением жилых и коммерческих пространств, в 2007-м запустила линию спортивной одежды EleVen (в которой сначала выступала сама, а потом привлекла и других теннисисток), в 2010-м написала книгу о психологии успеха, а пару лет назад получила второе высшее образование — в области управления бизнесом.

Но Уильямс из тенниса не ушла. Она терпела поражения, которые в другом контексте были бы унизительными, терпела снисхождение, терпела, как велит расхожая англоязычная мудрость «fake it till you make it» — «притворяйся, пока это не станет правдой». В результате в 2015-м впервые за семь лет спортсменка выиграла три титула за сезон, в 2016-м впервые за шесть вышла в полуфинал «Шлема», а в 2017-м в 37 лет сыграла в двух «шлемовых» финалах и стала лидером сезона по количеству матчей, выигранных на четырех важнейших турнирах. На решающих стадиях «Шлемов» теннисистки возраста Уильямс не было после Мартины Навратиловой в середине 90-х, когда общий уровень тенниса был ниже в разы. На завершившемся US Open Уильямс сыграла в полуфинале впервые за семь лет и была в двух очках от победы над будущей чемпионкой Слоун Стивенс. Теперь, через шесть лет после диагноза, положившего конец ее неуязвимости (и чуть не похоронившего карьеру), Уильямс возвращается в пятерку сильнейших теннисисток мира.

«Люди так любят спорт, потому что в нем все на кону. Здесь и сейчас. Нет никакого запасного варианта, второго дубля, возможности все стереть и записать заново. Ты либо все выиграл, либо все проиграл. Ради этого мы убиваемся — потому что все, что не победа, — поражение», — сказала Винус Уильямс в начале года по пути в финал Australian Open.

«Спорт — это модель жизни, и он показывает, на что способен человеческий дух, как мы можем бороться, несмотря ни на что. Как мы не опускаем рук, что бы ни происходило», — продолжила она свою мысль на этой неделе на US Open. И хотя она закончила турнир поражением, чемпионский дух Винус Уильямс уже стал легендой.

Валерия Ли