Так жили поэты. Как коммуна чудаков-эсперантистов оказалась незаконным вооруженным формированием

F = (ExSxT)xO, где E — это «энергия», S — «социальность», T — «время», а O — «объединение». Никита Сологуб составил краткую историю разгромленного силовиками Поэтизированного объединения разработки теории общенародного счастья (ПОРТОС) — возможно, самого экзотического движения в России рубежа веков.

На московском Николо-Архангельском кладбище перед могилой стоит шеренга мужчин и женщин — некоторые совсем молодые, кому-то уже за 40. У одних в руках — красные гвоздики, у других — четырехцветные флаги, испещренные странными символами, или плакаты с черно-белой фотографией молодого офицера. Такая же фотография — на черной могильной плите. Участники собрания рассчитываются по порядку от первого до 13-го. Перед ними стоит лысеющий мужчина в старомодной кожаной куртке.

«Всем нам жить на этой земле меньше 200 лет. Так устроила вселенная, товарищ Бог ее так устроил. Поэтому мы все будем жить в рамках закона, жестких физических законов, установленных везде во Вселенной, законов мироздания, — обращается он к шеренге. — Когда-то — ну, лет 200 пройдет, достаточно быстро — зима, лето, год прошел — время пробежит, и каждый из нас будет либо там, либо там. <…> Жизнь нужно прожить ярко, по-настоящему, счастливо, мощно, глобально. Мы учимся этому у самых лучших представителей человечества и нашей страны, у самых мудрых людей. Все каждую секунду хотят жить радостней, чтобы на душе было хорошо, приятно жить. И это высшее искусство понимают единицы из миллионов». Он показывает на фотографию, называет изображенного на ней офицера одной из таких «единиц».

«Одни живут ярко и интересно, проживая в секунду 15 дней сразу, другие — 25, или 37, или 18, или где-то 22. У каждого свой расчет — в зависимости от осмысленности жизни каждый получает больше или меньше. Другие живут несчастливо. Почему люди, например, употребляют наркотики? Потому что плохо на душе. А когда плохо на душе, используется весь арсенал средств, которые есть в мышлении. Кто поглупее — решает проблему химпрепаратом, ну, если в Бога не верит. Кто поумнее — начинает анализировать и думать, как сделать так, чтобы на душе было хорошо», — продолжает мужчина. Он говорит, что счастлив человек может быть только в том случае, если «отдает больше» другим, а «самые мудрые» — те, кто отдают на благо других «всю свою жизнь» — живут вечно. «Чувствуете, что неправильно живете, сразу отдавайте больше на благо других!» — призывает он. Люди в шеренге стоят, склонив головы.

После 20-минутной речи мужчина в кожанке отдает команду «вольно» и предлагает возложить к могиле цветы и «кусочки своей души». Собравшиеся зажигают свечи и фотографируются.

Настоящие люди

В конце 1980-х жители Харькова могли наблюдать молодых людей и девушек в кепках, на козырьках которых красовалась зеленая звезда — символ эсперанто. Они раздавали прохожим буклеты с кратким изложением «теории счастья» и предлагали посетить собрание движения со странным названием — «Братство кандидатов в настоящие люди». Лидер движения Юрий Давыдов родился в Мордовии в 1954 году; его отец незадолго до этого вернулся домой после 10 лет лагерей. В конце 1970-х Юрий поступил в Харькове в университет и стал активистом комсомольской дружины, но во время Олимпиады отказался разгонять староверов, пытавшихся пройти к иностранцам. В 1982 году он впервые оказался в психиатрической больнице, а с началом перестройки вышел на свободу.

Соратница Юрия Юлия Приведенная познакомилась с ним в 1991 году в возрасте 16 лет. «На Украине появилась демократическая партия "Рух" — то, чего раньше не было. Стало можно слушать, говорить, высказывать. Тогда я постоянно была на разных политических выступлениях, знакомилась с разными партиями — не то, чтобы кто-то нравился, но нравилась свобода. И особенно на их фоне выделялся Юра со своим "Братством кандидатов в настоящие люди". Меня пригласили на занятие по эсперанто — я тогда поступала в институт в Харькове — а там я уже познакомилась с ребятами. Дальше мы бегали по углям, занимались спортом, я впервые 100 километров пробежала, и мы все стали много времени вместе проводить», — вспоминает она.

К 1992 году «кандидаты» были не только в Харькове, но и в Калуге, Саранске, Перми, Иваново и Одессе — в этих городах проходили лекции по эсперанто, и Давыдов не упускал возможности пригласить в ряды движения каждого их посетителя. Тогда БКНЛ оставалось «чисто общественным» движением единомышленников, говорит Юлия: «Встречались в университете, писали стихи, бегали, тренировали, учились эсперанто, проводили пикеты, расклеивали листовки».

Политическим движением «Братство» становится после октябрьских событий 1993 года. Если в 1991-м Давыдов расклеивал по Харькову листовки за сохранение демократии, то спустя два года он вместе с 20 соратниками приехал в Москву, чтобы участвовать в съезде «возрожденного» комсомола под руководством коммуниста Игоря Малярова. 21 сентября Борис Ельцин подписал указ о роспуске Верховного совета, и все «кандидаты» отправляются к Белому дому. Сначала соратники Давыдова приходят, чтобы расклеить листовки и поговорить с омоновцами, убеждая тех не подчиняться приказам Ельцина, затем — чтобы поставить палатки. 3 октября, рассказывает Приведенная, всем стало понятно, что в защитников Белого дома будут стрелять. Делегацию БКНЛ запустили внутрь и выделили ей комнату на первом этаже.

«После того, как бойцы подразделения "Альфа" сделали коридор для депутатов, и они вышли, БКНЛ стал называться ПОРТОС имени Геннадия Сергеева — Поэтизированное Объединение Разработки Теории Общенародного Счастья, а Сергеев — это офицер "Альфы", который отказался стрелять один из первых. Когда Ельцин дал приказ брать штурмом Белый дом, "Альфа" отказалась. Сейчас его имя на флаге ПОРТОСа. Во многом благодаря той ситуации все остались в живых», — объясняет Приведенная. «Портосовцы» каждый год приходят на могилу Сергеева на Николо-Архангельском кладбище, проводят церемониальные построения и возлагают цветы.

После путча, вспоминает Приведенная, время «сильно поменялось». Пытаясь уйти от коммерческих реалий эпохи, «портосовцы» помогали команде экс-президента СССР Михаила Горбачева на выборах главы государства в 1996 году и участвовали в деятельности «Клуба Раисы Максимовны», поддерживавшего детские больницы, провинциальных учителей и педагогов, которые работали с «трудными детьми». Однако вопрос финансирования объединения оставался открытым. Один из активных участников движения, «занимавшийся экономикой в большей степени», взял займ под 100% годовых; когда пришло время возвращать кредит, оказалось, что денег нет. Тогда «портосовцы» придумали систему доставки продуктов питания в Подмосковье — выкупив несколько грузовиков, они стали зарабатывать на мелком опте.

«Все вложили свои деньги, сколько было, все ударились в экономику. Мы арендовали небольшой участок на юге Москвы, разработали структуру доставки, зарегистрировали ООО, рассчитались с долгами и стали понемногу зарабатывать. А в 1999 году подвернулся участок в деревне Машково в Люберецком районе на территории бывшего завода «Салют» — стоил он очень дешево из-за проблем с документами, а территория была немаленькой, и мы в него вложились», — рассказывает Приведенная. «Портосовцы» назвали это место Автогородком.

Автогородок

Когда активисты впервые приехали на территорию, там не было ни воды, ни электричества — лишь два ангара, огороженные забором с колючей проволокой. На Новый, 2000 год они переселились в Автогородок окончательно. За год «портосовцы» провели коммуникации, построили столовую и бараки. Параллельно активисты вели агитацию на Украине — например, в Макеевке, говорит Приведенная, они расклеили около 30 тысяч листовок с приглашением переезжать в Автогородок, трудиться и становиться «настоящим человеком». На территории бывшего завода постоянно проживали уже 150-200 человек — «портосовцы», или, как они себя сами называли, «теоретики», рабочие или «специалисты» — водители и механики, которым выплачивалась зарплата, и несколько подростков из Украины, которых родители отправили в Машково «на перевоспитание» — их называли «новички».

«Работали мы так — каждый день выезжали с утра, в одной машине три-четыре-пять человек. Приезжают в поселок, мы развозили продукты — сахар, крупы, картошку. Мелкий опт — мешок сахара, мешок картошки и так далее. И в течение дня мы ездили по всей области, забирали, перепродавали и вечером возвращались в Автогородок», — рассказывает Приведенная. Ради поддержания духа здоровой конкуренции в Автогородке была введена двухпартийная система: одна половина его жителей называлась «дженералами», другая — «универсалами» (в эсперанто эти слова имеют одно и то же значение — «общий», «универсальный»). В соответствии с принадлежностью к партии были подписаны и автомобили — G1, G2, G3, U1, U2, U3 и так далее. В конце каждой трудовой недели старшие «портосовцы» — или «гвардейцы» — подводили итоги работы. «Победителям вручался торт. Это была такая игра», — говорит Приведенная.

В договорах, которые заключались со «специалистами», главным был пункт о запрете на курение, распитие алкоголя и брань — за эти проступки из зарплаты вычитался штраф в 333 рубля. Помимо системы штрафов в Автогородке действовала и система поощрений — так, за попытку «специалиста» написать стихи ему полагалась премия. Для «теоретиков» же поэтические навыки были одним из 120 критериев оценки, которые учитывались при присвоении новых званий в иерархии объединения. «Это комплекс знаний и умений, которые отражают уровень саморазвития. Помимо написания поэзии там были чтение книг, владение музыкальными инструментами, физическая подготовка, преодоление марш-броска на 100 километров, подтягивание, отжимание, приседание, обучение в учебном заведении формальном, владение профессиями, знание компьютерной техники, выступления на разных встречах, партиях, митингах, ораторское искусство, то есть подача объявлений, раздача листовок, расклейка листовок, написание статей в газетах, владение вождением разной техники, вообще владение техникой, умение ремонтировать, разные профессии, в том числе, сельскохозяйственные. Поэзия была на одном из главных мест — потому что это хороший метод развития мышления, развития чувств. Во времена Пушкина преподавали поэтику в лицеях, это был обязательный предмет. Не все стали Пушкиными, но кто-то стал Вяземским, кто-то Пущиным», — объясняет Приведенная. Для того, чтобы достичь результатов, «теоретики» вели «внешнюю совесть» — тетрадь, листы в которой были разделены на колонки-накопители запланированных дел на неделю, год или целую жизнь. Так ПОРТОС на полтора десятилетия опередил популярные ныне приемы тайм-менеджмента.

Приведенная отмечает, что зарабатывать в те годы было легко, но опасно: «Подъезжали люди в темных очках, спрашивали, а кому вы платите? А платите нам. Но у нас дело принципа было, чтобы никому не платить. Поэтому мы отказывались». В 1998 году в дверь Юлии позвонили, а когда та открыла, ворвавшиеся внутрь мужчины избили ее — врачи зашивали раны, осталось несколько шрамов. Поэтому, говорит она, заселившись в Автогородок, Давыдов и еще двое «портосовцев» оформили на себя охотничьи ружья, а несколько активисток — газовые пистолеты. С лета 2000 года на территорию стали наведываться сотрудники МВД и ФСБ: «Смотрели, знакомились, говорили, что им это комсомольскую юность напоминает, жали руки и уезжали». Установлению добрых отношений с милицией способствовал и тот факт, что в качестве дружинников «портосовцы» участвовали в обходах чердаков и подвалов, которые силовики проводили после взрывов жилых домов в 1999-м. Поэтому, говорит Приведенная, разгром Автогородка не бандитами, а их формальными оппонентами стал для движения полной неожиданностью.

Разгром

6 декабря 2000 года Приведенная собиралась на лекцию об эсперанто в Институте дружбы народов, когда на территорию Автогородка ворвались люди в масках и с автоматами. «Это был целенаправленный разгром — когда уже не сомневаются, а присылают исполнителей. Там не было ни одного разговаривающего без мата, не было ни одной попытки подумать перед тем, как ломать что-либо — просто чистая агрессия», — вспоминает она. Кроме Давыдова милиционеры задержали еще троих активистов. По словам Приведенной, силовики вынесли с территории все компьютеры, телевизоры и другие вещи, представлявшие хоть какиую-то материальную ценность. Те «портосовцы», которых не задержали, занимались спасением самого дорогого — многочисленных тетрадей с наработками в области поэтики и эсперанто. «Туда мы больше не вернулись. С этого дня для нас начались 11 лет судов, уголовных дел и передачек», — говорит активистка.

Задержанных сначала отвезли в Люберецкий ИВС, а затем — в СИЗО Капотни, где, как утверждал Давыдов, его пытали током и жгли ноги горячей пластмассой. Параллельно следователи МВД допрашивали всех, кто находился на территории Автогородка в момент рейда. Как отмечает Приведенная, большинство из них дали те показания, которые были нужны следователям: допросы шли по двое суток, а на свидетелей оказывалось давление. «Подпишете бумаги? — лишь тогда — на волю, / Иначе всех посадим — будете сидеть! Запрещены "законом" пытки, и тем боле / Несовершеннолетних. — (Вам бы поглядеть). Допрашивать несовершеннолетних ж? — только / В присутствии ж родителей! (иль только тех, — / Кого он выбрал лично). Димка, Вовка, Колька / Ночь просидели и сдались. / (Победа — "всех", — / Сфабриковать кто жаждал бредни обвинения). / Ребята, не читая, подписали все! / (Да, в возрасте таком, — так каждый б сделал… Мнение / Неопытное — от ошибок не спасет!)», — писал Давыдов позже. После допросов четверым задержанным «портосовцам» предъявили обвинение по части 1 статьи 208 УК (организация незаконного вооруженного формирования), части 3 статьи 127 УК (незаконное лишение свободы организованной группой), пунктам «а», «в», «г» части 2 статьи 117 УК (истязание двух или более лиц; в отношении женщины, в отношении несовершеннолетнего).

Потерпевшими по делу были признаны четыре подростка из Украины; именно их показания и стали главными доказательствами вины подсудимых. Согласно протоколам допросов, Давыдов заставлял их ежедневно с восьми утра до полуночи искать кирпичи в куче строительного мусора и сбивать с них налипший цемент; территория была огорожена забором с колючей проволокой и охранялась вооруженными людьми, а подросткам разрешалось покидать ее лишь раз в неделю, когда они ходили в вечернюю школу; проступки вроде курения или употребления алкоголя карались ударами плетью по ягодицам; паспорта забирали у всех, кто жил в Автогородке. Доказательством факта существования вооруженного формирования послужил протокол осмотра места происшествия, согласно которому на территории было обнаружено 11 ружей, четыре газовых пистолета и шесть единиц пневматического оружия.

Выступая в Московском областном суде, подростки отказались от показаний, данных на следствии, однако суд отнесся к их позиции критически и вынес обвинительный приговор. Всех подсудимых признали виновными и дали им от пяти до пяти с половиной лет колонии. Как сказано в приговоре, целью создания ПОРТОСа было «воспитание нового поколения людей в соответствии с "теорией счастья"». Для охраны территории в Машково внутри организации было создано «незаконное вооруженное формирование, оснащенное во исполнение общего решения для охраны территории и поддержания на ней установленного режима приобретенным на законных основаниях оружием». «С целью пропаганды и вербовки новых членов, которые впоследствии вовлекались и в состав незаконного вооруженного формирования, а также наемных рабочих, основные положения теории общественного счастья, в том числе и человеконенавистнические, печатались типографским способом и распространялись в виде газет, листовок и тестов. <…> Постоянно проводились занятия по стрельбе. [Формирование] имело четкую структуру, основанную на жесткой дисциплине, [его членам] присваивались звания», — гласил приговор.

Кроме того, в нем утверждалось, что руководители ПОРТОСа «обманным путем» вывезли из Украины потерпевших подростков, изолировали их на территории Автогородка, забрали документы и насильно удерживали вплоть до прибытия милиции. «[Портосовцы] установили на территории базы жесткий режим проживания, выход за пределы территории был запрещен несовершеннолетним под страхом физических наказаний. Территория была огорожена бетонным забором с колючей проволокой, периметр патрулировался с огнестрельным оружием, ворота круглосуточно охранялись, в том числе с использованием сторожевых собак. Насильно удерживая подростков на базе, обвиняемые путем насилия принуждали вовлеченных в организацию несовершеннолетних к 16-часовой тяжелой работе, требовали от них обязательное составление определенного количества стихов, ведение тетради планирования — "внешняя совесть"», — установил суд. Помимо этого, в Автогородке действовала система физических наказаний, говорилось в документе — так, одному потерпевшему якобы были нанесены не менее трех пощечин и трех ударов ногой в область таза, а затем — 89 ударов кожаной плетью по ягодицам за отказ вести «внешнюю совесть», другому — 50 ударов плетью за пьянство, третьей потерпевшей — те же 89 ударов за курение.

Двоих обвиняемых, в том числе Давыдова, суд отправил на принудительное лечение с диагнозом «бредовые идеи реформаторства» и «шизофрения». В клинике, говорит Приведенная, Давыдову кололи сильнодействующие антипсихотики. Он вышел лишь в мае 2006 года, а 24 сентября 2009 скончался в возрасте 54 лет — несмотря на то, что никогда не пил, не курил и ежедневно занимался спортом. Согласно заключению врачей, причиной смерти послужило воспаление легких, однако Приведенная уверена, что здоровье Давыдова подорвали годы, проведенные в СИЗО и психиатрической больнице.

После того, как Автогородок был разорен, портосовцев стало ощутимо меньше; оставив огромную территорию в Машково, штаб движения переехал на съемную квартиру в Одинцово. Предпринимательская деятельность активистов фактически сошла на нет — теперь они посвящали все свое время теоретическим изысканиям, стихосложению, эсперанто и лишь изредка выходили на митинги.

В 2008 году Приведенная собиралась на день рождения поэта Риммы Казаковой, когда ее остановили сотрудники ФСБ. После допроса Юлии предъявили те же обвинения, по которым ранее был осужден Давыдов; активистку заключили под сражу, но через три месяца отпустили под подписку о невыезде. «Потом начался суд. В сумме мы судились три года. Назначили одну судью, потом обнаружилось, что даже в деле нет постановления о возбуждении дела, то есть грубые нарушения, и одна из судей — она отправила [дело] обратно в прокуратуру», — вспоминает она. Материалы уголовного дела в отношении Приведенной были полностью скопированы из первого дела «портосовцев». Потерпевшие выступить в суде не смогли — один из них отбывал срок за убийство, совершенное в пьяной драке; других, находившихся на территории Украины, не удалось доставить. 28 июля 2010 года Приведенную приговорили к четырем с половиной годам условно. Позже этот срок снизили в апелляции до двух с половиной лет.

Выступая с последним словом, она продекламировала 32 четверостишия собственного сочинения: «Вооруженно, незаконно / Формированье НВФ. / Чудовищ только разум сонный / Мог выдать "именем РФ". / Ловить бандитов ведь опасно, / Тут нужно жизнью рисковать. / А вот с Теорией о Счастье В РУБОПе могут воевать. / Метро взрывают террористы, / Беслан, Буденновск и "Норд-Ост"… / Расстрелы честных журналистов…/ И Евсюковы – в полный рост. / Спецслужбам – много тут работы, / Когда есть к Родине любовь. / А коль о шкуре лишь забота, / Невинный пострадает вновь».

Сейчас Юлия Приведенная работает в компании, которая продает продукты здорового питания. Вместе с ней деятельность ПОРТОСа в Москве поддерживают еще около 15 человек: «Костяк движения, прошедший вместе со мной через все». «Тех масштабов, конечно, уже нет, но мы продолжаем пытаться что-то делать: например, марш-броски на 100 километров, эсперанто-конгрессы, мозговые штурмы по теории счастья… Только теперь приходится совмещать это с нормальной работой», — признает она.