Оригинал материала
Кто мы такие, чтобы требовать большего
Как живут москвичи в полупустых новостройках. Репортаж «Медузы»
С начала 2017 года количество квартир в новостройках «старой Москвы» выросло на 20% и достигло рекордных показателей — почти трех с половиной миллионов квадратных метров. Многие из них так и остались незаселенными — по мнению аналитиков рынка недвижимости, предложение значительно превышает спрос. В условиях жесткой борьбы за покупателя застройщики договариваются с банками о снижении ипотечных ставок, регулярно проводят акции, предоставляют скидки и возможность оплаты в рассрочку. Типовая застройка, практически полное отсутствие инфраструктуры и удаленность от центра города все равно привлекают немногих, а потому окраины Москвы обросли плохо заселенными домами. Специально для «Медузы» журналистка Кристина Сафонова поговорила с людьми, купившими квартиры в московских спальных районах, — о том, чего они ждали от жизни в новом доме и какой оказалась реальность.
«Захотелось поговорить, а не с кем»
Каждое утро Лина встает в шесть часов, тихо собирается, чтобы не разбудить родных, и идет на работу. В восемь утра подъезд 17-этажного дома пустует. Когда девушка возвращается — обычно не раньше одиннадцати часов вечера, — в ее секции горит только три-четыре окна.
Последние полгода Лина живет в Некрасовском районе Юго-Восточного административного округа в однокомнатной квартире, которую делит с мамой и отчимом — из-за чего чувствует себя «ужасной обузой». Раньше девушка снимала квартиру на станции метро «Новослободская», до этого — на «Кузьминках», а первые 20 лет прожила в Жулебино, где у нее была своя комната. Работает Лина, как и ее немногочисленные соседи по кварталу, в центре Москвы. Путь до работы занимает около часа: пять минут до остановки, 15 минут на автобусе до станции «Выхино» и 35 минут на метро. Некоторым жителям района приходится добираться до остановки через пустырь, по грязи и деревянным дощечкам. Лине повезло: автобус останавливается недалеко от ее дома.
Раньше Лина работала на складе интернет-магазина одежды. К ней приходило много людей — не только за заказами, но и поговорить, излить душу. Однажды постоянная клиентка Лины — приятная женщина лет пятидесяти — сказала, что больше не может жить одна и хочет покончить с собой, а потом исчезла. Достать ее номер Лине удалось только через две недели. Когда она дозвонилась, женщина расплакалась — «не ожидала, что о ней кто-нибудь вспомнит». После этого случая Лина решила, что больше не может работать с людьми, и устроилась товароведом в один из торговых центров Москвы. Когда в мае 2017 года Лина с родителями въехала в почти пустой дом на Покровской улице, 14, то сначала почувствовала облегчение: «Было так тихо, так спокойно. Но потом мне захотелось с кем-нибудь поговорить, а не с кем. Не по себе стало».
Полупустые новостройки и даже районы в Москве не редкость. Самым высоким спросом у покупателей пользуется жилье, расположенное между Третьим транспортным кольцом и МКАД. Но даже здесь есть проблемы с продажами — за 2015 и 2016 годы было построено квартир общей площадью 3,7 миллиона квадратных метров, а куплено всего 1,5–1,6 миллиона. Ситуация на рынке объясняется тем, что предложение превышает спрос: по данным центра «ИРН-Консалтинг», занимающегося анализом рынка недвижимости, с 2014 года количество новостроек в Москве увеличилось на 160% и до сих пор продолжает расти. Еще одна причина — отсутствие покупателей с живыми деньгами. «Рынок жилья ведет себя как рынок нефти, то есть в ответ на снижение цен застройщики увеличивают предложение», — говорит руководитель центра Олег Репченко.
Переизбыток новостроек и отсутствие денег у покупателей заставляют застройщиков снижать цены примерно на 10% в год. Отчим Лины купил однокомнатную квартиру еще на этапе застройки за пять миллионов рублей (сейчас подобная квартира в этом доме стоит 4 469 400 рублей — прим. «Медузы»). «Родители думали, это очень дешево. Позже я узнала, что мои знакомые за те же деньги купили здесь „двушку“. Я не стала говорить маме и отчиму, не хотела их расстраивать. Но вообще это большая разница — „двушка“ и „однушка“. Думаю, они облажались», — говорит девушка.
Гетто Москвы
Лина выкладывает на блюдце печенье. Достает из шкафчика вафельный торт в шоколаде, аккуратно отрезает большой кусок. Девушке едва есть где развернуться: семь метров кухни почти целиком заняты типовой мебелью: кухонные шкафы, стол, холодильник. «У нас очень маленькая квартира. Прямо реально маленькая. Но в метрах не скажу, я в этом плохо разбираюсь» (38,2 квадратных метра — прим. «Медузы»). Малогабаритное жилье сейчас выбирают многие. По данным инвестиционной риелторской компании Est-a-Tet, только с 2014 по 2016 год количество объектов минимальных площадей увеличилось в четыре раза. Появились и квартиры площадью до 20 квадратных метров — до 2014 года подобных предложений не было.
Единственная комната в квартире Лины служит и спальней, и гостиной. На полу — матрасы, рядом — иконы. Обустроиться семья девушки еще не успела. Из открытых окон балкона доносится шум — рядом строят будущую станцию метро Кожуховской линии «Некрасовка», открытие которой перенесли с 2017 на 2018 год. «Стройка не прекращается ни днем ни ночью. Мне вставать в шесть утра, а они шумят на весь район. Я не пробовала жаловаться, не верю в это особо. Не думаю, что они [рабочие] такие фанаты своего дела. Не миллионы там получают. Наверняка им сказали, что работу нужно быстрее закончить, — говорит Лина. — Строителей здесь много, но я впервые вижу, чтобы после работы они шли на улицу заниматься спортом. Они ломают шаблон: не курят, не пьют, не ругаются матом».
Над стройкой возвышается ряд одинаковых домов песочного цвета. Различить их можно только по цветным полоскам, которые повторяются от постройки к постройке: светло-зеленый, приглушенный красный, реже — голубой и оранжевый. Дом Лины относится к серии П44Т и мало чем отличается от соседних — такой же высокий, блеклый, полосатый, незаселенный. «Как-то раз я приехала домой в час ночи. У меня сел телефон, не могла позвонить маме, вспомнить улицу. Вообще, блин, не понимала, где нахожусь. За что я люблю центр — там каждый дом не похож на соседний», — рассказывает девушка.
Некрасовский район стал частью Москвы в 2011 году в результате соглашения между мэром Сергеем Собяниным и бывшим губернатором Московской области Борисом Громовым. За его развитие отвечает Управление гражданского строительства (УГС), созданное в 2011 году по инициативе вице-мэра Марата Хуснуллина. До конца 1970-х годов на этих землях действовали канализационные очистные сооружения — Люберецкие поля аэрации. Теперь здесь строят одни из самых дешевых квартир в городе, в ближайшее время в строй введут пять миллионов квадратных метров . Местные жители называют район с его плотной панельной застройкой социальным муравейником, и даже сам Хуснуллин признал, что Некрасовка ему «категорически не нравится» — настолько, что вместо строительства в центральной части района пообещали разбить парк.
«Здесь было настолько темно и страшно, — вспоминает Лина первое время после переезда в новый дом. — Слава богу, я по жизни пацанка, одеваюсь в мужском стиле. Когда меня останавливают [на улице], кричат: „Эй, парень!“ Так что я могла спокойно здесь прогуливаться». По ее словам, ситуация улучшилась, когда в районе появилось больше жителей. Но заняться в районе все равно нечем — и даже гулять особо негде. «Так лысо, зелени не хватает. В Жулебино был лес. На „Кузьминках“ — Кузьминский парк. „Новослободская“ — центр, всегда есть куда пойти. А здесь единственное место с нормальными старыми деревьями — пустырь, через который все ходят на остановку». Лина надеется, что из пустыря сделают парк, но говорит, скорее всего, тоже застроят.
Больше всего Лине хочется обзавестись собственным жильем. Но она сомневается, что купит его в Некрасовском районе. «Я читала статью о Некрасовке, ее назвали „гетто Москвы“, потому что здесь очень дешево продают квартиры. Покупает в основном средний класс и ниже. Состоятельных людей я [здесь] ни разу не видела, — добавляет она. — Думаю, здесь будет неплохо, когда все достроят. Но пока мне не очень нравится».
«Понаехали и понаоставались»
От Некрасовского района до нового жилого комплекса «Люберцы» ехать не больше пятнадцати минут. «ЖК „Люберцы“ — новостройка для счастливой жизни», — говорится на официальном сайте застройщика. О том, что неподалеку находятся действующая станция аэрации, промышленные зоны и мусоросжигательный завод, жильцам приходится узнавать самим. «Неприятные запахи присутствуют в основном утром и ночью, — признается 30-летний Константин Прудников, купивший квартиру в ЖК. — Но я по этому поводу не заморачиваюсь. Где-то запахи чувствую, где-то нет. Они не ядовитые. Окно закрыл, и все хорошо».
Куда больше Константина волнуют пробки — две улицы, по которым можно выехать в центр, стоят и утром, и вечером. К тому же, говорит он, район постоянно растет: «Скоро еще три дома сдадут. За ними еще дома — у застройщика планы до 2021 года. А выезжать все будут через одни „двери“», — сокрушается мужчина.
«Почти вся застройка в Подмосковье ведется без создания новых улиц, она „садится“ на существующую уличную сеть, что дополнительно нагружает транспортную систему городов. Еще одна проблема — строительство крупных проектов „в чистом поле“. Эти районы не встроены в сеть общественного транспорта, поэтому новые жители вынуждены ежедневно пользоваться автомобилями», — объясняет Александр Антонов, главный архитектор Центра пространственной информации, участвовавшего в разработке схем территориального планирования Московской области. Управляющий партнер агентства недвижимости «Метриум Групп» Мария Литинецкая считает, что расширение дорог и строительство дополнительных съездов не уменьшит дорожный трафик в Московской области, так как там «сохраняется опережающий темп прироста населения».
Константин Прудников живет в Москве с 2010 года, в ЖК «Люберцы» — с января 2017 года. «Я вырос в Песчанокопском районе [Ростовской области]. Отучился в Ростове, поискал работу — не нашел. Приехал в Москву — нашел. Понаехали и понаоставались. Здесь, в микрорайоне, по номерам машин можно изучать географию России: Татарстан, Орел, Ростов, Краснодар, Ставрополь, Курск, Тула. Можно продолжать и продолжать», — рассказывает он.
Прудников купил однокомнатную квартиру на улице Дружбы в 2015 году, когда от будущего дома были только сваи. Привлекательной показалась и небольшая удаленность от Москвы, и все та же обещанная станция метро «Некрасовка». «На момент покупки говорили, что чуть ли не через год дадут метро. Сейчас Сергей Семенович сказал, что в конце 2018 года», — сетует мужчина. Определяющим фактором для приобретения квартиры в Люберцах стала цена — 3,2 миллиона за 36 квадратных метров. К тому же у застройщика, компании «Самолет Девелопмент», не было проблем со сдачей домов в срок. Сейчас построены и частично заселены «Люберцы-2015» и «Люберцы-2016». В октябре ключи от квартир получат дольщики «Люберец-2017». Идет строительство «Люберец-2018».
В 17-этажном доме Прудникова пять подъездов, но хорошо заселены только первые два — там продавались квартиры с отделкой. Остальные практически полностью пустуют. «В кризисное время квартиры с отделкой более востребованы у покупателей, особенно у ипотечников», — пояснила «Медузе» генеральный директор компании «Миэль-Новостройки» Наталья Шаталина. Многих своих соседей Константин уже хорошо знает: пока не прошли выборы председателя совета дома, соседи поручили эту должность ему, так что теперь он почти все свободное время занимается их жилищными проблемами. Правда, говорит, особых замечаний к дому у него нет: «Для бюджетного варианта вполне себе».
По выходным жители ЖК прогуливаются между коричнево-оранжевыми высотками с белыми или голубыми полосками. Почти у каждого дома есть детская и спортивная площадки: мужчины играют в футбол, а женщины — с детьми. А вот с другой инфраструктурой для детей пока проблема: на территории ЖК пока работает один детский сад из трех запланированных и одна школа из пяти. Поликлиника, относящаяся к микрорайону, находится на Назаровской улице, куда на общественном транспорте добираться не меньше получаса. Крупных продуктовых магазинов здесь пока тоже нет; ближайший супермаркет, по словам Прудникова, находится в пяти километрах, в Железнодорожном. Нет и своего полицейского участка. «Я не чувствую себя здесь полностью безопасно, — говорит Прудников. — При вызове наряд очень долго едет. Бывают инциденты, ведь всякое случается в процессе житья-бытья».
Мужчина замолкает, а потом добавляет: «Вообще, мне нравится здесь жить. Просто нравится. Думаю, если район будет развиваться, он будет очень даже хорошим. Вопрос доступа сюда — он наиболее острый. Но люди ко всему приспосабливаются: чуть раньше выехал, меньше поспал; вечером постоял в пробке часок. Просто район построен в чистом поле. То, что здесь происходит, — это нормально. Я так считаю. Может, у кого-то другое мнение на этот счет».
Женская Коммунарка
По Калужскому шоссе, в шести с половиной километрах от МКАД, расположен поселок Коммунарка. Улица Липовый Парк растянулась почти на километр, вдоль нее выстроились оранжево-коричневые новостройки ЖК «Москва-А101» — проект компании «А101 Девелопмент». Первые этажи домов заняты бургерными, пекарнями, хозяйственными магазинами, салонами красоты и продуктовыми. В последних каждые несколько минут открываются двери, чтобы впустить новых посетителей — женщин с детьми. Днем мужчин в районе ЖК «Москва-А101» практически нет.
Оксана — тоже молодая мать. Она переехала сюда с мужем и дочерью из коммуналки в Лобне. Собственная квартира в новом ЖК обошлась им в 5,8 миллиона. «После покупки нам еще какие-то метры прибавили, всего получилось 77 квадратных метров. Пришлось доплатить двести тысяч. Я плохо знаю, как так вышло. Этим всем муж занимался», — рассказывает женщина.
Дом Оксаны стоит в самом конце улицы Липовый Парк. За ним — недавно построенная школа, одна из самых больших в Новой Москве, и несколько строящихся корпусов ЖК, над которыми с шумом пролетают самолеты. «Когда в Лобне жили, у нас [аэропорт] Шереметьево рядом был. Самолеты еще ниже летали, прямо над нашим домом. А через дорогу постоянно ездили электрички. Так что мы к шуму привыкли и уже не замечаем его», — говорит женщина. В ее подъезде двенадцать этажей, в соседних — десять и одиннадцать. Оксана рассказывает, что соседей у нее пока немного, большинство делают ремонт: «Нам только один лифт дали, грузовой. Там постоянно что-то загружают, разгружают. Поэтому приходится ходить с ребенком по лестницам. Но это ничего, у меня соседка вообще с [детской] коляской!»
Несмотря на неудобства, Оксана не жалеет о покупке: «Одно плохо — дочь не берут в садик». Сейчас в Коммунарке работает два детских сада — оба построены на деньги застройщика и переданы городу, но даже их не хватает, чтобы вместить всех желающих. Поэтому родителям предлагают учреждения в районе метро «Теплый Стан», «Ясенево» или в Воскресенском — без пробок туда ехать 15 минут на машине, но целый час на общественном транспорте. Оксана не хочет ездить так далеко и проводит дни на детской площадке, присматривая за дочерью. «Нам обещали торговый центр, но потом вместо него решили построить еще два дома. Жители против, конечно, даже на митинги выходили, — рассказывает она. — Раньше много салонов красоты было, но сейчас они позакрывались. Так что развлечь себя можно, только если в Москву ехать. Но с ребенком особенно никуда не поедешь».
Как и Оксана, большую часть дня Луиза проводит на детской площадке — со своим сыном, шестилетним Шамилем. В Коммунарке она живет уже два года, а полгода назад в соседнем доме поселилась ее мама. «Мой дом получше заселен, потому что раньше сдавался. Да он и небольшой, всего восемь этажей. Но у нас все равно много пустых квартир, процентов тридцать», — рассказывает Луиза. Ей нравится, что в районе большая школа, а скоро появится поликлиника и станция метро. Когда ей хочется «куда-то выйти», едет в торговый центр «Мега», расположенный на Калужском шоссе. «Здесь [в Коммунарке] нет ничего большого, чтобы и кинотеатр, и игровые вещи для ребенка. А мне самой ничего не надо. Я все больше для Шамиля», — объясняет женщина.
«Настюша»
Самое дешевое жилье на первичном рынке Москвы, по данным онлайн-сервиса «Мир квартир», — в Восточном Бирюлево. Именно здесь располагается ЖК «Царицыно», строить который начали еще в 2006 году. Спустя шесть лет на участке в 26 гектаров должен был появиться жилой комплекс, четыре детских сада, две школы и поликлиника. Но из-за кризиса 2008–2009 годов застройщик — Московский комбинат хлебопродуктов (МКХ), входящий в группу компаний «Настюша», — не смог выполнить свои обещания.
В 2016 году на помощь девелоперу пришло правительство Москвы: Градостроительно-земельная комиссия города продлила МКХ срок строительства до 2021 года и увеличила общую жилую площадь проекта с 818 до 960,5 тысячи квадратных метров. Проблему это не решило — в августе 2017 года застройщик смог сдать только часть первой очереди ЖК «Царицыно-1». ЖК «Царицыно-2» полностью не достроен. Совладелец компании «Настюша» Игорь Пинкевич задержан на два месяца по обвинению в мошенничестве на строительных объектах. По данным «РИА Недвижимость», в реестре проблемных объектов указано 809 пострадавших дольщиков ЖК «Царицыно». Советник по коммуникациям компании «Настюша» Арсений Меситов говорит о шести тысячах дольщиков.
Свою 67-метровую «двушку» в ЖК «Царицыно» Роман и его жена купили в 2014 году — по договору переуступки. Заплатить пришлось в полтора раза больше первоначальной цены квартиры, более девяти миллионов рублей. «Тогда еще не было достоверной информации о сложностях застройщика. Дом выглядел готовым, помню, нас даже пустили квартиру посмотреть. Все покатилось вниз, как только мы оформили сделку: всплыли подробности о том, что владелец „Настюши“ вывозил со стройки деньги, подрядчикам перестали платить, а сроки сдачи стали затягивать».
До начала ремонта Роман, веб-разработчик, не думал, что когда-нибудь станет активистом. Ключи от нового дома он получил еще в апреле, но до сих пор не может оформить квартиру в собственность. «Дом как бы сдан, но на кадастре он не стоит. Эту проблему мог бы решить застройщик, но ему не до нас. Знаю, многие страдают, потому что не могут прописаться и устроить детей в садик. К тому же ходили разговоры, что не переданный в собственность дом может попасть на аукцион за долги „Настюши“», — говорит мужчина, добавляя, что его и соседний дом (6-я Радиальная улица, 3/2 и 3/6) не дают поставить на кадастровый учет из-за затопленных парковок и большого количества «недоделок».
О них Роман знает не понаслышке. Обнаружив в квартире кривые потолки и стены, щели на балконе и полное отсутствие фурнитуры, а в доме — не только затопленную парковку, но и неработающую противопожарную систему и разобранные электрические щитки на этаже, Роман решил составить подробный перечень проблем ЖК «Царицыно-1» и найти пути их решения. В итоге получилась инструкция для всех жителей дома. «Меня об этом никто не просил, я просто взял и начал. Нам же жить там. В конце концов, кто-то же должен все в порядок привести», — объясняет мужчина.
«У нас есть управляющая компания „Грант“ — насколько я знаю, ее выбрала управа, — но на обращения жильцов с просьбой решить проблемы она не реагирует. У застройщика — банкротство, ему точно не до гарантийных обязательств по дому. Единственный более-менее рабочий вариант решения бытовых проблем — портал gorod.mos.ru», — рассказывает Роман. Он добавляет, что таким образом смог решить проблемы с разобранными электрическими щитками и разбросанными кабелями у себя на этаже. Но для того, чтобы щитки привели в порядок во всем доме, необходимо написать заявку по каждому этажу. С электричеством есть и другая проблема — недавно на придомовой территории отключили фонари из-за долгов МКХ и «Настюши».
«Мы с женой выросли в этом районе. Помню, когда впервые приехали в ЖК, еще до покупки, гуляли между домами и представляли, каким уютным будет район, когда стройка закончится. Современные детские площадки, садики, школы. Почти мини-город, — вспоминает Роман. — А сейчас получается, что только маленький кусочек живой, а вокруг — бездушные тела домов». По вечерам мужчина боится отпускать жену одну. Говорит, что здесь часто случаются инциденты — к людям забираются в квартиры, воруют деньги, вещи. Он надеется, что ситуация разрешится: «Ну а что жалеть? Взяли ведь уже [квартиру]. Знали бы, естественно, обошли бы все это стороной».
«Хочется лучшего — селись в Москве»
У Нино сегодня день рождения. Вместе с мамой, приехавшей в гости, она накрывает на стол — застилает его белой скатертью, расставляет тарелки, бокалы, кладет рядом вилки и ножи. Ее муж Саша ходит туда-сюда в ожидании праздничного ужина. Сын играет на детской площадке — Нино не боится отпускать его одного: территория дома огорожена и охраняется. Это первый день рождения женщины в новой квартире. Семья Нино ждала переезда в ЖК «Аристово-Митино» шесть лет.
Строительство коттеджного поселка в 10 километрах от МКАД по Пятницкому шоссе началось в январе 2011 года. Проектом занималась компания «РАСТ» Михаила Оглоблина — сына бывшей главы Министерства строительного комплекса Московской области Марины Оглоблиной. «РАСТ» получила 10 гектаров земли по государственной программе обеспечения граждан жильем, гарантом строительства выступил Фонд содействия развитию жилищного строительства (РЖС). «Мы купились на то, что стройка велась под патронажем правительства. Подумали, оно кого попало не возьмет. Все будет быстро и четко», — рассказывает Нино. Продажи квартир в ЖК начались в феврале 2011 года, в ноябре семья женщины заплатила 3,6 миллиона рублей за 58 квадратных метров и начала готовиться к переезду.
К 2012 году, когда строительство ЖК «Аристово-Митино» должно было быть закончено, на месте будущего поселка стояли не подключенные к коммуникациям каркасы домов. Еще через три года Михаила Оглоблина заподозрили в причастности к организации нелегальной миграции — по версии следствия, сын министра использовал мигрантов на стройплощадках своей компании. Тверской суд оправдал Оглоблина, но через несколько дней его мать ушла в отставку. Получить разрешение на ввод ЖК «Аристово-Митино» в эксплуатацию компания «РАСТ» смогла только в марте 2016 года. Нино была одной из первых, кому выдали ключи.
В квартиру они с мужем и сыном въехали в июне этого года. Им удалось отсудить у застройщика неустойку — место на парковке. «Нам обещали рядом построить небольшой многофункциональный центр — с магазинами разными и подземной парковкой. Но теперь непонятно, будет ли он. У нас же застройщик банкрот. Даже не все дома еще сдал, а их надо срочно запустить [подключить к коммуникациям], чтобы перезимовали. Поэтому жильцам предлагают скинуться и нанять рабочих. Нечестно, конечно, но ты выбираешь: доплатить условные 40 тысяч рублей и получить жилье, либо ничего не получить. А так много чего нечестно. И то, что нам задержали [сдачу домов], и то, что не все построили», — говорит Нино.
Обманутыми оказались не только дольщики ЖК «Аристово-Митино», но и других проектов застройщика: ЖК «Спортивный квартал», «Марьино Град», «Экопарк Нахабино», «Аристье» и «Спорт Таун». Они неоднократно проводили совместные митинги и обвиняли «РАСТ» и ее владельца в создании «жилищно-строительной пирамиды».
Когда стало известно о банкротстве «РАСТа», дом Виктора Демидова по документам был сдан, но в действительности был непригоден для жизни. «За полтора года, что дом стоял просто так, у него срезали все коммуникации. Охрана недоглядела, — объясняет мужчина. — Чтобы привести все в порядок, нужно 2 миллиона с копейками. Соседи разделились на две части: одни согласны скидываться, другие — нет. Плата рассчитывается по метражу. Я за свои 56 квадратных метров доплатил 62 тысячи рублей — не те деньги, из-за которых надо выпендриваться». Пока соседям Демидова удалось собрать 600 тысяч рублей. На эти деньги в дом провели электричество, установили всем счетчики, поставили в подвал насосы и запустили котельную. Средств на то, чтобы сделать гидроизоляцию на крыше и в подвале, не хватило.
Демидов покупал квартиры в ЖК «Аристово-Митино» (однокомнатную за 2,8 миллиона рублей и двухкомнатную за 3,6 миллиона) в начале 2012 года как инвестицию — и не планировал переезжать в поселок. «Тогда надо было вложить куда-то деньги, а сейчас у меня жена и двое детей. Живем у родителей жены в Митино и, естественно, хотим переехать», — говорит мужчина. С 2013 года он несколько раз пытался продать квартиры в ЖК, но желающих приобрести собственность в долгострое не было. «Я жалею, что купил жилье, — признается Виктор. — Место, конечно, хорошее. Поэтому продавать квартиру больше не хочу. Но на этой стройке я потерял реально много времени и денег. Даже если бы тогда положил их под процент, выхлопа было бы больше, чем сейчас».
«У нас многие чем-то недовольны. Но лично меня все устраивает», — говорит Нино. Больше всего женщине нравится, что в поселке невысокие дома — четырех- и пятиэтажные. «Здесь хорошо. Рядом лес, свежий воздух, тихо, спокойно», — говорит ее муж Саша. Женщина подхватывает: «Слышно даже, как в соседней деревне Аристово петухи поют. Ровно в четыре двадцать».
Праздничный ужин Нино готовит на настольной электрической плите. Газа в ЖК нет, когда появится — неизвестно. Сначала необходимо подключить все корпуса поселка к коммуникациям. По словам женщины, хорошо заселены только дома первой очереди — 16 корпусов из 29, в каждом из них проживает как минимум по пять семей. За годы стройки она, как и многие дольщики «Аристово-Митино», привыкла относиться ко всему спокойно: и к «нерадивому застройщику», и к отсутствию продуктовых магазинов в шаговой доступности, и к протекающим крышам, и к невыполненным обещаниям — на территории комплекса не построили не только торговый центр с подземной парковкой, но и детский сад. «Когда мы покупали квартиру, нам был нужен садик. А сейчас сын идет уже во второй класс, — говорит Нино. — По прописке нам положена деревенская школа, но в ней нет то ли учителя истории, то ли географии. Поэтому мы зарегистрировали сына у знакомой в Митино».
Нино и Саша не жалеют о покупке квартиры. «Здесь же живут как-то люди, — рассуждает женщина. — А если хочется лучшего, селись в Москве. Никто не неволит. Кто мы такие, чтобы требовать большего, чем есть у людей в округе? Слава богу, что вообще заселились. Некоторые гораздо хуже живут».
Кристина Сафонова