«Альтернатива» или «Альтернатива-лайт»?

Итоги парламентских выборов в Германии зависят от того, сколько наберут ультраправые

24 сентября в Германии состоятся выборы в Бундестаг. По последним опросам Христианский демократический союз одержит уверенную победу, а канцлером снова станет Ангела Меркель. Главная интрига выборов заключается в том, сколько наберет ультраправая «Альтернатива для Германии» и сможет ли она стать крупнейшей оппозиционной силой в парламенте.

6 декабря 2016 года Ангела Меркель приехала в Эссен на съезд своей партии ХДС не в лучшем настроении. Только две недели назад она объявила о своем решении вновь — в четвертый раз! — выдвинуть свою кандидатуру на пост канцлера, причем сделала это с обычно не свойственным ей драматизмом. Бледная, говорящая заметно медленнее обычного Меркель назвала будущие выборы самыми сложными с момента воссоединения Германии — словно призывала соратников в последний бой.

В Эссене ей нужна была поддержка партии — мужчин и женщин, которыми она руководила уже 16 лет и многие из которых были на нее злы — с открытия границ прошло чуть больше года, а государственная стратегия в отношении все прибывающих и прибывающих в страну беженцев до сих пор туманна. Поэтому прямо с порога, едва сняв пальто, Меркель вынуждена была заявить, что события осени 2015 года «не могут повториться и не повторятся», чем сорвала оглушительные аплодисменты — едва ли не громче, чем потом, когда заявила, что вновь выдвигает свою кандидатуру. «Вы должны, вы должны мне помочь», — сказала она почти жалобно, избегая даже смотреть в зал. Который оставался холодным.

Избирательная кампания, вполне оправдывая ожидания, началась с кошмара: 19 декабря тунисский беженец направил угнанный грузовик в толпу людей на рождественском рынке. 12 погибших, и вновь ползущие вверх рейтинги ультраправой «Альтернативы для Германии». А в конце января извечные конкуренты партии Меркель — социал-демократы — выдвинули кандидатом в канцлеры «свежего человека», бывшего главу Европарламента Мартина Шульца. И тот так энергично принялся за дело, что уже в марте рейтинги социал-демократов и консерваторов из ХДС/ХСС сравнялись: фонтанирующий энергией, жовиальный и не связанный с берлинскими элитами Шульц мог тренировать в зеркале канцлерские позы. Меркель многие сочли уже списанной.

Можно долго спорить о том, что произошло в марте 2017 года, но в кампании Шульца что-то надломилось, а Меркель, почувствовав, что конкурент наступает ей на пятки, перестала нервничать и сомневаться. Прошло полгода, и ее партия опережает социал-демократов на 15%: вопрос, кто будет канцлером, давно снят. С прошлой зимы Меркель не допустила ни одной крупной ошибки — что бы она ни делала, все оборачивалось ей на пользу.

Дело не в том, что в Германии исчезли все недовольные, а в том, что Меркель удалось сыграть и черными, и белыми фигурами: каким-то образом ХДС-2017 оказалась самой лучшей оппозиционной партией по отношению к ХДС-2015. Перехватывая повестку у конкурентов, — чего стоит молниеносная операция по признанию однополых браков! — закрывая не то что границы страны, а границы Евросоюза, съездив к Трампу (и невероятно выигрышно смотрясь с ним в одном кадре), Меркель вновь сумела убедить большинство немцев в своей незаменимости. В 2017 году привычный для жителей Германии мир сузился — ушла Великобритания, перестали быть надежным партнером трамповские США, даже соседка-Польша и та требует репараций за Вторую мировую войну. Менять Меркель в этой ситуации — дороже обойдется.

Беда социал-демократов не в том, что они провели плохую избирательную кампанию (Меркель вообще шла под нарочито бесцветным кот-леопольдовским лозунгом: «За Германию, в которой мы хорошо и с удовольствием живем»), а в том, что они слишком хорошо себя показывают на вторых ролях. Социал-демократ Франк-Вальтер Штайнмайер — хороший президент Германии, социал-демократ Зигмар Габриэль — явно не самый худший вице-канцлер и министр иностранных дел. Все это исполнительные, не выносящие сор из избы профессионалы.

Шульц, проведя скучнейшую телевизионную дуэль с Меркель, полностью продиктованную повесткой «Альтернативы для Германии», где им и поспорить было не о чем, попадает в ту же компанию. Он, согласно опросам телезрителей, уступил совсем немного, но уступил. Раздосадованный политик потребовал у Меркель вторую дуэль — и она отказала ему с убийственной вежливостью.

«Альтернатива» для немцев. И русскоязычных немцев

Образец дурного вкуса во всем — в плакатах, в лозунгах, в поведении сторонников — не способная ни урезонить неонацистов в собственных рядах, ни обойтись без скандалов в партийной верхушке «Альтернатива для Германии» — главный сюрприз предвыборной кампании. Новые партии появляются в бундестаге далеко не каждое десятилетие, и сейчас именно такой момент. Самое любопытное в преддверии выборов: даже за несколько дней до них совершенно не ясно, сколько именно голосов она наберет.

Согласно последним опросам, партия получит 11% и станет третьей политической силой в стране. Но так как «Альтернатива» объединяет людей, с недоверием относящимся к политическим элитам и прессе, то непонятно, насколько они верны — во всяком случае, отметка в 15% не кажется недостижимой. В связи со слухами об активности российских хакеров в Германии ждали волны компромата на противников «Альтернативы», но единственным заметным компроматом оказалась публикация личного письма одного из лидеров «Альтернативы» Алис Вайдель. Открытая лесбиянка Вайдель казалась наименее кровожадной из лидеров партии, но после цитат о «чуждых нашей культуре народах» будущие коллеги из других фракций вряд ли будут слишком часто звать ее на чай в обеденный перерыв.

С «Альтернативой» связан и сюжет с несколькими миллионами русскоязычных избирателей, которые на этих выборах, пожалуй, впервые могут сыграть заметную роль. Нет немецкого СМИ, которое не написало бы об особой популярности этой партии у российских немцев — что, кажется, подтверждается и анализом результатов местных выборов. При этом избиратели «Альтернативы» из бывшего СССР являются, пожалуй, единственной русскоязычной группой, обладающей ясной политической позицией — отправка домой беженцев, восстановление отношений с Россией, отмена санкций. Остальные русскоязычные — сложная для агитации группа: непросто сформулировать политическое требование, которое способно было бы их объединить.

Во время избирательной кампании появилось несколько открытых писем условно либерального крыла русскоязычных избирателей — и с призывом «остановить путинизацию Европы», и с просьбой «не смешивать российских немцев и избирателей „Альтернативы“». На этом борьба с партией и закончилась — русскоязычные немцы как будто оказались обескуражены таким вниманием к себе и не проявили чудес самоорганизации. Сдержанно вел себя и Кремль. В отличие от президента Турции Эрдогана, Путин не давал советов, за какие партии следует или не следует голосовать. Разве что вещающий на Германию через спутник телеканал «Россия» показывал агитацию «Альтернативы для Германии» на русском языке.

И все же самый впечатляющий рывок на последнем этапе предвыборной гонки совершила не «Альтернатива», а «Свободные демократы» — партия врачей и индивидуальных предпринимателей — 38-летнего (младше Навального) Кристиана Линднера. В бундестаг прошлого созыва она не прошла вовсе, а сейчас по опросам набирает около 10%. Линднер позиционирует себя кем-то вроде смеси Макрона и Стива Джобса — вся Германия увешана стильными плакатами, где он со сморщенным лбом изучает что-то в айфоне. На фоне «happy people» из ХДС, которые на последнем этапе излучают совсем уж растаманское спокойствие, и «вечно вторых» социал-демократов «Свободные демократы» смотрятся довольно выигрышно.

Линднер скребет по сусекам, привлекая не только креативный класс, но и критиков миграционной политики Меркель, которым не хочется голосовать за «Альтернативу». Конкуренты, конечно, сразу назвали «свободных демократов» «диетической Альтернативой». Недавними заявлениями, что следует «вынести за скобки» проблему Крыма ради продвижений в иных конфликтах с Путиным, он привлекает и довольно существенную часть избирателей, желающей разрядки в отношениях с Россией.

Похоже, единственной возможностью избежать правящей последние четыре года «большой» коалиции из ХДС/ХСС и социал-демократов является большой, почти невероятный, но не невозможный успех Линднера. Если «свободные демократы» прыгнут выше головы и они — а не «Альтернатива» — наберут 15% голосов, то именно партия Линднера заменит собой социал-демократов в качестве партнеров партии Меркель. Математически они и с нынешними результатами опросов могут войти в коалицию при участии «зеленых» — но сложно представить, что «зеленые» и линднеровская «Альтернатива-лайт» смогут ужиться вместе.

Самое интересное на выборах будет происходить на участке между 10 и 16 процентами — и исход этой мини-дуэли совсем не очевиден.

Дмитрий Вачедин, Бонн