Путин разрешил военнослужащим-иностранцам участвовать в зарубежных операциях против террористов. Что это значит?

Отвечает военный эксперт Александр Гольц

8 октября президент России Владимир Путин подписал указ, который позволяет отправлять военнослужащих-иностранцев для участия в миротворческих и антитеррористических операциях, которые ведет Россия на территории других государств (закон «О воинской обязанности и военной службе» разрешает отправлять российских военнослужащих для таких операций с декабря 2016 года). «Медуза» узнала у военного эксперта Александра Гольца, с чем связано появление нового указа, касается ли он операции в Сирии и почему иностранцы идут служить в российскую армию.

Александр Гольц

шеф-редактор «Ежедневного журнала», военный обозреватель

Иностранцы могут служить в российской армии по контракту с 2003 года, в звании не старше сержанта или старшины. Тогда эта тема вызвала много интереса, но оказалось, что высшее армейское руководство не очень заинтересовано в таких контрактниках. Для иностранцев, которые хотели бы служить в России, были введены очень жесткие требования к здоровью и знанию языка, и все ограничилось единичными случаями. В армии появилось всего несколько сотен добровольцев из других стран, прежде всего из СНГ. Скромная по российским меркам зарплата контрактника казалась для них фантастическим предложением. Плюс они получали возможность получить российское гражданство. Для них это был настоящий социальный лифт.

На протяжении следующих лет тема военнослужащих-иностранцев только затухала, и в какой-то момент армия объявила, что больше не испытывает острой нужды в дополнительных кадрах.

Я думаю, что сейчас вопрос участия военнослужащих-иностранцев в зарубежных операциях появился, так как российская власть очень хочет найти кого-нибудь, чья смерть не будет вызывать широкого общественного резонанса. Но этот указ следует рассматривать не только в контексте операции в Сирии. Думаю, власть вполне допускает, что подобные операции в качестве демонстрации силы будут происходить и в будущем, и ей нужно каким-либо путем найти пушечное мясо. По тем же соображениям год назад через Госдуму протащили совершенно чудовищный закон о краткосрочных военных контрактах. Контракты подписываются с солдатами на несколько месяцев, под конкретную военную операцию. При такой службе солдат психологически является не военным, а наемником. Фактически был принят закон о наемничестве.

Также новый указ полезен в контексте разговоров о ЧВК [частных военных компаниях]. Мне кажется, что власти начинают разочаровываться в них. Потому что изначальная идея создания ЧВК не работает — считалось, что мы создаем такие компании и снимаем с себя всю ответственность за их потери в той же Сирии. Но не получилось. Минобороны сколько угодно может говорить, что оно тут ни при чем, но в глазах общества им не удается отделить ЧВК от российской армии.

Но нужно отметить, что в армиях других стран иностранцы используются ровно в тех же целях. Не допустить или сократить потери среди граждан этих стран. Такая ситуация и во Франции, и в США, и в других западных странах. Тут ничего нового нет.

Кроме того, изменилась ситуация с количеством кадров. Уже известно, что в осенний призыв на службу заберут на 18 тысяч человек меньше, чем в аналогичный призыв 2016 года. Вокруг этого много демагогии, но, по моему мнению, это показывает, что набирать уже особо некого и Россия попала в демографическую яму. В этом смысле такие ухищрения с иностранцами тоже помогают.

Павел Мерзликин