ВС намеревается возобновить дело бывшего политзека Даниила Константинова

Верховный суд намеревается возобновить "по вновь открывшимся обстоятельствам" дело бывшего политзека Даниила Константинова, ныне живущего в эмиграции в Литве. Об этом написал на своей ФБ-странице сам эмигрант со ссылкой на телефонограмму, полученную его родителями в Москве.

По вопросу возобновления дела назначено заседание. "Судить меня, видимо, будут заново", - заметил эмигрант.

С чем связано возможное возобновление преследования, Константинов определенно предположить затруднился. Причиной, заметил эмигрант, могло стать как деятельность Русского европейского движения, которое он образовал в Литве, так и его участие в работе Форума свободной России в Вильнюсе. Кроме того, напомнил Константинов, лишь накануне он выступил с обвинением политолога Валерия Соловья, заявив, что Соловей "провокатор, агент спецслужб и один из публичных инструментов администрации президента".

"Одно могу сказать точно: как только я стал чуть активнее и заметнее, чем раньше, спецслужбы в России вернулись к моему вопросу", - заключил бывший политзек.

В начале 2010-х годов Константинов организовал и возглавил националистическую Лигу обороны Москвы. 22 марта 2012-го, вскоре после начала массовых протестов в России, политик был задержан и несколько позже арестован по части 1 статьи 105 УК (убийство). Согласно фабуле дела, 3 декабря 2011 года у метро Улица академика Янгеля он зарезал 24-летнего Алексея Темникова. В действительности Константинов в это самое время отмечал день рождения матери в ресторане на другом конце города, что подтверждалось свидетельскими показаниями.

Константинов вину не признал. В фабрикации дела он обвинил оперативников ЦПЭ, пояснив, что таким образом они отомстили ему за отказ от предложения сотрудничать.

Ключевым свидетелем обвинения выступал неоднократно судимый Алексей Софронов. В 2012 году, дав нужные следствию показания, он дважды обвинялся в сериях краж со взломом, однако оба раза получал условные сроки.

Дело Константинова слушалось в Чертановском райсуде Москвы дважды. Первый процесс прошел в июне - декабре 2013 года. Прокурор требовал для политзека 10 лет строгого режима, однако судья Галина Тюркина вернула дело на доследование, указав на недочеты в обвинительном заключении. Основанием для такого решения она назвала недостатки в обвинительном заключении.

Новый процесс Константинова продолжался с 27 мая 2014-го. Прокурор вновь требовал для обвиняемого 10-летнего срока. Однако 16 октября того же года и.о. зампредседателя суда Юлия Черникова приговорила Константинова к трем годам колонии-поселения, причем постановила применить к нему амнистию и немедленно освободить.

Обвинение Константинову Черникова переквалифицировала на пункт "а" части 1 статьи 213 УК (хулиганство с применением оружия). Виновность политзека в убийстве Темникова она назвала недоказанной. Как утверждается в приговоре, установлено лишь, что Константинов побил Темникова, причинив тому легкие телесные повреждения, а также плюнул ему на куртку и угрожал ножом.

Адвокат и родственники Константинова расценили приговор Черниковой фактически как оправдательный. Тем не менее они обжаловали ее решение. Успеха это не дало - 25 февраля 2015-го Мосгорсуд подтвердил приговор.

Сам бывший политзек на тот момент уже находился в эмиграции. Сразу после освобождения он столкнулся со слежкой и провокациями и уже через четыре дня, 20 октября 2014-го, сообщалось, что он уехал в Таиланд. Однако и там слежка продолжилась. В итоге Константинов, первоначально намеревавшийся вернуться в Россию, обосновался в Литве.

За несколько дней до приговора адвокаты Константинова обратились в ЕСПЧ с жалобой на необоснованно долгое - два с половиной года - содержание своего подзащитного в СИЗО. В декабре 2016 года Страсбургский суд взыскал с России в пользу эмигранта 2700 евро за нарушение статьи 5 (право на свободу и личную неприкосновенность) Европейской конвенции.

В сентябре 2015-го бывший политзек подал в ЕСПЧ новую жалобу, обвинив Россию в нарушении статьи 10 конвенции (свобода выражения мнения) посредством фабрикации уголовного дела.