СК ищет виновных в смерти женщины, к которой не успела скорая. Виновными могут назвать участников акции протеста в Петербурге

7 октября бригада скорой помощи выехала с подстанции в Мариинской больнице на вызов к женщине, которая задыхалась от «инородного тела в дыхательных путях». В таких случаях у врачей очень мало времени, чтобы помочь человеку — смерть может наступить через 5—7 минут. Дом, где произошло несчастье, находился неподалеку — на Колокольной, 8. Без пробок этот маршрут занимает около двух минут. «Скорая» выехала через минуту после звонка диспетчера — в 18.49.

Перед Невским проспектом горел красный сигнал светофора и стояли две машины ГИБДД. Позже фельдшер Наталья Богданова скажет телевизионщикам (интервью показали по нескольким каналам, а потом «откорректировали» и убрали ее имя), что сразу же позвонила диспетчеру.

«Я доложила, что мы не можем проехать. Он сказал: «Хорошо, мы сейчас будем решать, при помощи ГАИ». Через пять минут мы смогли проехать, добрались до места, но там уже была бригада скорой помощи. Я позвонила диспетчеру, он сказал: «Вы свободны». У нас центр, пробки, минут за 7—8 должны доехать на вызов. Пять минут мы просто потеряли, потому что не могли проехать».

Вторая бригада, которую оперативно направил диспетчер, приехала на вызов за 12 минут, но было поздно — женщина скончалась до приезда скорой.

С небывалой оперативностью о происшествии сообщили информагентства — «Интерфакс» и «РИА Новости». В городском комитете по здравоохранению им заявили, что проезд скорой был «заблокирован» на углу Невского и Литейного. Источник в ГУ МВД добавил, что дорогу заблокировали граждане, шедшие с Марсова поля.

Позже стало известно, что граждане с Марсова поля, участвовавшие в протестной акции, в тот момент не могли находиться на Невском проспекте, потому что путь им преградила полиция за квартал до больницы — на углу Литейного проспекта и ул. Некрасова. От улицы Некрасова до Невского по прямой 700 метров.

Тому, что на этом участке не было ни одного демонстранта, есть видео- и фотосвидетельства.

Несмотря на то что, по данным пресс-службы «Городской станции скорой помощи», обе бригады действовали в рамках инструкций и уложились в норматив — 20 минут, Следственный комитет нашел в инциденте повод для возбуждения уголовного дела о «причинении смерти по неосторожности». Дело было возбуждено в тот же вечер. Обвинение пока никому не предъявлено.

По мнению Натальи Богдановой, роковыми для скончавшейся женщины могли стать 5 минут, которые скорая провела на углу Литейного и Невского проспектов, стоя на «красном». Следствие намерено выяснить, кто «украл» у скорой эти 5 минут.

Помешала «зеленая волна»

«Фонтанка» приводит цитату интернет-пользователя под ником Mentoz, который в тот момент был на углу Литейного и Невского. «По Невскому пустили зеленую волну примерно на 15 минут, то есть Невский проспект было не переехать. По нему постоянным потоком ехали машины. На перекрестках скопились люди и недоумевали, почему так долго не включается зеленый для перехода Невского».

В 19.10 по Невскому проспекту в сторону площади Восстания (туда окольным путями шли протестующие) проехала колонна ОМОНа с включенными мигалками, после чего «зеленая волна» закончилась.

Александр Голованов, адвокат, специализирующийся на защите прав граждан, пострадавших от врачебных ошибок, считает, что налицо попытка спихнуть вину на митингующих. «По закону привлечь организаторов митинга к ответственности по этому делу шансов мало. Нужно доказать их причастность. Как можно предъявить обвинение человеку, если нет причинно-следственной связи? Скорее всего, дело прекратят за отсутствием состава преступления. И вопрос к ГИБДД: почему они не обеспечили проезд, раз они регулировали движение?»

Скорые часто стоят, пропуская кортежи

По словам врача госпиталя МЧС Михаила Воронцова, который долгое время работал на скорой, в том числе и на 2-й подстанции, откуда ехали врачи 7 октября, при перекрытии движения — например, по случаю проезда «больших лиц» — все приходится решать в частном порядке. То есть врач выходит из машины и пытается договориться с гаишником.

«Во время 300-летия Петербурга мы выехали на «падение ребенка 8 лет с высоты», а в это время по Невскому проезжал кортеж. Я тогда проблему решил за 20 секунд — просто попросил у инспектора номер жетона и служебное удостоверение, чтобы сфотографировать. На вопрос «Зачем?» — я объяснил, что мы едем к ребенку, который упал с высоты и может умереть, если мы не приедем. Нас пропустили. Но будь это охрана ФСО — мы бы вряд ли проехали. Иногда удается договориться, иногда нет, но ни разу не возбуждались по этому поводу уголовные дела».

Врач Артур Мустафин работает в транспортной медицинской службе при МЧС (на скорой проработал более 10 лет). Он вспоминает случай, когда их не пропустил президентский кортеж. «Дело было на Московском проспекте. Мы везли тяжелого пациента в больницу. Несмотря на то что проспект был свободен — кортеж еще не приехал, — нас не пропустили. Пришлось ждать минут 15».

Артур тоже работал на 2-й подстанции при Мариинской больнице: «Мы стояли в пробках на Литейном проспекте все время — даже по ночам. Однажды мы ехали от Мариинской больницы до улицы Белинского (350 метров.* — Ред.*) полтора часа».

По словам Воронцова, в случае на Невском к врачам и диспетчерам скорой претензий быть не должно — они все делали по инструкции: выехали в течение минуты на вызов первой категории срочности, прибыли на место раньше чем за 20 минут: «Судя по информации, женщина задыхалась. Врач мог спасти ее, если бы прибыл на место в течение 3—5 минут. От 10 минут — выживают только тренированные люди».

Оба фельдшера не понимают, почему возбуждено уголовное дело. «Я всю жизнь на скорой работаю — впервые о таком слышу», — говорит Артур Мустафин.

7 октября скорая помощь 17 раз привлекала сопровождение ГИБДД для проезда к пациентам.

Анастасия Гавриэлова— специально для «Новой»

Санкт-Петербург

Павел Чиков

Руководитель Международной правозащитной группы «Агора»

— Это не первое дело по статье «причинение смерти по неосторожности», которое возбуждается Следственным комитетом в связи с воспрепятствованием проезду скорой помощи, что привело к гибели пациента. В последнее время СК уделяет внимание делам о гибели пациентов, о врачебных ошибках и врачебной халатности, поэтому возбуждение уголовного дела по этой статье — в тренде. И скорость, с которой было возбуждено уголовное дело, не исключает политического аспекта.