«Лучше ему отдаться, а то он заставит». Как в Башкирии ловили маньяка, который дружил со следователями, прокурорами и судьями

В 2006 году в башкирском городе Бирск одна за другой стали пропадать привлекательные молодые девушки. Только через год следователи вышли на след серийного насильника и убийцы, которым оказался владелец автосервиса Олег Чижов, друживший со многими сотрудниками правоохранительных органов. До этого момента силовики на протяжении нескольких лет отказывались возбуждать дела об изнасилованиях, если выяснялось, что к преступлению причастен Чижов. Ни один из его покровителей не наказан до сих пор — в отличие от двух молодых людей, которых предприниматель оговорил по совету следователя.

Вечером 18 марта 2006 года студентка Бирского кооперативного техникума Татьяна Кузнецова крутилась перед зеркалом — наряжалась, собираясь на встречу с подругами в кафе. «Мам, я же красивая?» — кокетливо поинтересовалась девушка. «Да, Танечка, ты лучше всех. Не ходи, пожалуйста, долго», — с улыбкой ответила ей мать Ирина Кузнецова. Татьяна пообещала вернуться пораньше, накинула оранжевый пуховик и ушла.

Несколько часов 18-летняя девушка провела в компании подруг в кафе «Уют». Они присели за столик, заказали водку, сок и лимон. Неожиданно в заведение зашел бывший парень Татьяны Роман; отношения между ними закончились в январе. Молодой человек не стал приставать к девушкам с разговорами, он только задержал взгляд на Кузнецовой, и, так и не поздоровавшись с ней, ушел. Через некоторое время засобирались и подруги. Вместе с ними Татьяна дошла до поворота на свою улицу, там они и расстались.

Домой девушка в ту ночь не вернулась. Наутро испуганная мать бросилась обзванивать подруг Татьяны, но ничего не выяснила. «Никогда такого не было, чтобы моя дочь не пришла домой ночевать», — говорила она позже. О пропаже дочери Ирина сразу же сообщила в милицию.

Через три недели тело Татьяны нашли рабочие, расчищавшие занесенную снегом дорогу к нефтяному насосу. Труп девушки в нижнем белье лежал в снегу. Экспертиза зафиксировала кровоподтеки и ссадины, в заключении судмедэксперта отмечалось, что умершую от переохлаждения девушку перед смертью изнасиловали. В 20 метрах от тела обнаружили окурки, бутылку из-под шампанского, пластиковые стаканчики и два листа белой бумаги: один с машинописным текстом, на втором от руки синими чернилами было написано: «Начальнику ПДПС ГИБДД при МВД РБ полковнику милиции...».

Бывший парень и его друзья

Первым делом следователи опросили родственников, подруг и сотрудников кафе, где Татьяна провела вечер 18 марта. Администратор «Уюта» Владимир Цысь хорошо знал убитую. Он вспомнил, что после ее ухода в заведение заглянул молодой человек с родинкой на щеке. «Кузнецова Татьяна ушла уже?» — спросил юноша и, получив утвердительный ответ, вышел.

В мае задержали подозреваемых в убийстве — бывшего парня Татьяны Романа Миндибаева и его приятелей Рудика Минибаева, Ивана Смирнова и 17-летнего школьника Максима Волобоева. Последний, по словам Цыся, и был тем молодым человеком, который спрашивал в кафе про Татьяну. Один за другим молодые люди начали признаваться в преступлении. Их показания менялись от допроса к допросу и порой противоречили друг другу.

20-летний Минибаев рассказал, что в ночь с 18 на 19 марта молодые люди приехали в кафе «Уют» и увидели там Кузнецову, оставшуюся за столиком без подруг. Вместе с девушкой они сели в машину и отправились в промзону. Там его приятель Смирнов начал приставать к Татьяне: гладил ноги и трогал за грудь; несмотря на то, что девушка сопротивлялась, молодые люди стянули с нее джинсы. Кузнецова выбежала из машины, друзья догнали ее и начали бить. Татьяна потеряла сознание, они испугались и уехали. Позже Минибаев уточнил свои первоначальные показания: так, оказалось, что перед тем, как уехать, молодые люди поочередно изнасиловали потерявшую сознание девушку и засыпали ее снегом в овраге. Потом в деле появились и новые подробности — Татьяне якобы дали какую-то таблетку, от которой та упала в обморок.

Менялись и наполнялись деталями и показания другого подозреваемого — 11-классника Максима Волобоева. По его версии, вечером 18 марта он с друзьями сходил в кино на фильм «Сволочи». Ночью они встретили Татьяну у ее дома, посадили в машину, а затем вместе с ней поехали на окраину города. Там автомобиль остановился, а Максим уснул. Проснулся он, когда молодые люди снова садились в машину. Татьяны с ними уже не было. Максима повезли домой, про Кузнецову он друзей не спрашивал. «Если что, то тебя сегодня с нами не было», — предупредил его Минибаев возле дома.

О том, что в машине с молодыми людьми был Иван Смирнов, Волобоев на первом допросе не вспомнил; он рассказал об этом позже. Кроме того, оказалось, что школьник своими глазами видел, как приятели насилуют девушку. Сам Смирнов сознался, что принимал участие в изнасиловании, но забыл сказать, что Татьяну перед этим избили. Не сходились в показаниях подозреваемых и другие значимые подробности — по словам одного из них, Татьяна выскочила из машины голая, другой утверждал, что когда ее избивали, она была одета. Менялись и другие показания — о том, где именно выбросили тело, и при каких обстоятельствах Татьяна умерла.

Тем временем слух о том, что к смерти Кузнецовой причастен ее бывший молодой человек, разошелся по городу. Мать девушки вспоминала, что дочь несколько раз после расставания с ним говорила, что в парне чувствовалось «что-то тайное, скрытое, нехорошее». Ирине Кузнецовой Роман, сын бирского предпринимателя, никогда не нравился. Она настаивала, чтобы дочь перестала с ним встречаться: «Я говорила ей, что таким мальчикам все позволено, они что хотят, то и делают». После ареста молодого человека к матери Татьяны несколько раз приезжали родители Миндибаева, просили поговорить с их адвокатом, но она отказалась. Подруга Татьяны в беседе со следователями припомнила, что когда 19 марта она сообщила Роману об исчезновении Кузнецовой, он отреагировал на тревожную новость довольно сухо и, как ей показалось, совсем не удивился.

Оказавшись в следственном изоляторе, Смирнов и Минибаев отказались от своих показаний и рассказали родным, что следователи пытали их, вынуждая оговорить себя и друзей. В июле 2006 года Миндибаев, Минибаев и Смирнов обратились в «Комитет против пыток».

Родители Смирнова рассказали правозащитникам, что после первого же допроса сына в качестве свидетеля они заметили, что Иван плохо выглядит. «Сын был бледный, отхаркивал кровь изо рта», — вспоминала мать молодого человека. Иван всю ночь не спал, пил воду, отказался есть и жаловался на сильную головную боль. 5 мая 2006 года около восьми утра они приехали в больницу, но узнав, что юношу избили в милиции, врачи отказались его осматривать.

По словам Смирнова, следователи и оперативники, требуя нужных им показаний, били его в живот, а затем взяли стул и мягким сиденьем нанесли несколько ударов по голове. Один из оперативников пообещал, что если Смирнов не скажет, кто из его друзей убил девушку, то станет соучастником преступления. В кабинет, где допрашивали свидетеля, время от времени заходили другие силовики, в том числе — начальник уголовного розыска Саяпов. Еще один сотрудник, Дмитрий Чернов, предложил молодому человеку «поговорить по-мужски» и рассказать всю правду. Смирнов ответил, что он уже рассказал правду. После этого Чернов вышел из кабинета, а Ивана продолжили избивать.

На следующем допросе его приковали наручниками к батарее и принялись бить ладонями по голове. Молодой человек запомнил, что на столе в кабинете стоял компьютер, и следователи иногда прерывали допрос, чтобы посмотреть видео с пытками и казнями русских солдат в плену у чеченских сепаратистов. По словам Смирнова, избивавшие его мужчины периодически сменяли друг друга. Он запомнил, что среди них были следователи Мухаметшин и Хабибуллин. Последний также приезжал к нему в изолятор и угрожал изнасиловать его девушку.

Рудик Минибаев в разговоре с правозащитниками вспоминал, что после того, как он отказался оговорить друзей, Саяпов пообещал: «Раз ты не хочешь по-хорошему, я сделаю по-плохому». В ходе одного из допросов дверь в кабинет закрыли на ключ. На Минибаева надели наручники, буксировочным тросом связали ему через голову руки и ноги, после чего начали затягивать трос. Крики жертвы силовики заглушили громкой музыкой. Чтобы прекратить пытки, Минибаев подписал показания против самого себя и приятелей.

Роман Миндибаев также говорил, что следователи пытались выбить у него признание. Один из них нанес ему несколько ударов ногой в пах, бил кулаками по грудной клетке и ладонями по голове. Тем не менее, Роман остался единственным обвиняемым, от которого следователям так и не удалось добиться признательных показаний.

Миндибаев провел в СИЗО шесть месяцев, Минибаев и Смирнов на месяц дольше; Максим Волобоев в очередной раз поменял показания и сказал, что Ивана в их компании в ночь убийства Татьяны не было. Молодых людей пришлось отпустить после того, как пришли результаты генетической экспертизы: сперма, обнаруженная на теле Кузнецовой, не принадлежала ни одному из обвиняемых. Романа, Рудика и Ивана освободили с правом на реабилитацию. Миндибаев и Минибаев обратились в суд с требованием компенсации.

В деле об убийстве Кузнецовой было множество неувязок, а выводы следствия основаны на протоколах допросов, которые сочиняли сами следователи, говорит экс-сотрудник «Комитета против пыток» Владислав Садыков, проводивший общественное расследование по жалобам подследственных. По его словам, следователи умышленно составляли протоколы о задержании только через сутки после того, как задерживали подозреваемых — это давало им время на пытки: «Мы это пытались доказать, следственные органы упирались, разумеется, и все отрицали. Говорили в объяснениях, что пыток не было. Но в материалах дела мы нашли расхождения во времени, которые доказывали, что следователи солгали». Привлечь следователей к ответственности не удалось — с момента подлога прошло уже много лет. Суд присудил Миндибаеву 100 тысяч рублей в качестве компенсации за неправомерное уголовное преследование. Рудик Минибаев тоже подал иск о компенсации.

Бирский маньяк

Пока следователи прорабатывали версию о причастности к убийству Кузнецовой ее бывшего молодого человека и его друзей, в Бирске пропали еще несколько молодых девушек. 28 июня Ольга Сергеева пошла встретиться с друзьями и исчезла. 3 июля Ольга Муллоярова вышла на несколько минут во двор и домой уже не вернулась. В сентябре молодые люди, отдыхавшие на берегу реки Белая, слышали женский крик, а на следующий день в реке обнаружили тело 20-летней студентки Алены Ибагишевой. Опрошенные свидетели утверждали, что видели, как девушки садились в разные машины, которые увозили их в неизвестном направлении.

Испуганные жители Бирска все чаще говорили, что в городе появился маньяк. «Большой паники не было, но какие-то слухи по городу шли, что это один и тот же человек, скорее всего, совершает. Потому что до этого не было у нас серийной пропажи девушек», — рассказывал позднее начальник криминальной милиции ОВД по городу Александр Васенков. «Конечно, для нас это был шок, как и для всего района и для всей республики. Для города и района всегда шок, когда там работает серийный, допустим, маньяк, убийца или кто-то еще», — объяснял его коллега Валерий Климанов.

По словам начальника управления уголовного розыска МВД по Башкирии Владислава Гаркавцева, рассказы очевидцев на первых порах только запутывали следователей: «Находились свидетели, которые говорили, что девушки шли в ту машину, в другую машину. И всегда машины были разные. И представьте — мы начинаем отрабатывать одну марку машины, потом проходит несколько месяцев, исчезает еще одна девушка, и там уже другая машина».

После обнаружения тела Алены Ибагишевой, которая, согласно экспертизе, была изнасилована, а потом задушена, исчезновения девушек в Бирске на время прекратились. Однако 22 мая 2007 года в городе пропала 21-летняя Ирина Егошина. Она, как и другие жертвы, ушла на встречу с друзьями, но не появилась в назначенном месте и домой не вернулась.

Вскоре в милицию обратилась Ирина Абрамова (имена и фамилии выживших изменены). Девушка рассказала, что на нее напал незнакомец: затащил в машину, хватал за горло и начал раздевать, но его спугнул проходивший мимо мужчина. Абрамова запомнила номер автомобиля и передала его сотрудникам МВД. Они быстро выяснили, что в вечер нападения за рулем этой машины находился Олег Чижов — владелец частного автосервиса.

Предпринимателя задержали, допросили и тут же отпустили под подписку о невыезде.

«Чижов занимался ремонтом машин, у него был свой автосервис, и к нему по роду деятельности обращались люди, которые обладали какими-то полномочиями властными, — рассказывал позднее следователь Виктор Гурьев. — У него круг связей был отработан, и благодаря этим связям Чижов не был арестован, хотя ходатайство следователя было вынесено. Его отпустили под подписку о невыезде. Он пытался с потерпевшей этой девочкой, что осталась жива, контактировать, пытался предложить ей деньги, но у него в этом случае ничего не получается и он, поняв, что ему грозит тюремное заключение, сбежал».

Чижов уехал в Тольятти, успел устроиться на работу в автосервис, однако через месяц правоохранительные органы его нашли. На этот раз он был арестован.

Влиятельный человек

Олега Чижова в Бирске знали хорошо; школу Чижов окончил с отличием, служил в ВДВ, затем отучился в педагогическом институте и стал предпринимателем. В 1994 году Чижов женился, через два года у него родилась дочь, но семейная жизнь не задалась — в августе 2005 года они с женой разошлись, после чего Чижов отказался от отцовства.

Бывшая супруга бизнесмена отмечала, что муж был довольно вспыльчивым, выпивал и часто изменял ей. «Как-то на 8 марта я застала Чижова в постели с другой девушкой», — вспоминала она. По ее словам, были случаи, когда муж, напившись, бил ее головой об стену и душил, а на следующий день утверждал, что ничего не помнит.

Круг знакомств Чижова был на удивление широк — он общался и с молодежью, и с серьезными влиятельными людьми. Среди прочих, по свидетельству бывшей супруги, владелец автосервиса дружил с судебно-медицинским экспертом Рамазановым, адвокатом Айдаром Абдуллиным, сотрудниками прокуратуры — Булатом Биктугановым и другим, по имени Радик, а также мировым судьей Евгением Гурьевым. Чижов был душой компании — приглашал друзей на природу или выпивал с ними в своем гараже. Заместитель Бирского межрайонного прокурора Александр Борисов, который поддерживал с Чижовым приятельские отношения, рассказал следователям, что тот слыл человеком «открытым и доброжелательным». Автомобили Чижов чинил в гараже, расположенном во дворе своего дома.

Администратор кафе «Уют» Владимир Цысь, отец которого владеет также другим городским заведением — кафе «Транзит», рассказал, что Чижов любил выпить и иногда арендовал малый банкетный зал, чтобы устроить вечеринку для друзей. При этом работников кафе он предупреждал, что обслуживать его знакомых из суда, прокуратуры и милиции нужно, «обеспечив особую конфиденциальность застолья».

После ареста Чижова в правоохранительные органы с заявлением об изнасиловании обратились несколько жительниц Бирска. Одну из девушек бизнесмен изнасиловал в августе 2004 года, другую — 1 мая 2005 года. Еще одна жертва насильника — Марина Краснова — рассказала, что она пыталась жаловаться в правоохранительные органы сразу после нападения, но дело быстро замяли: по словам девушки, изнасилование происходило в квартире заместителя межрайонного прокурора в присутствии хозяина.

7 апреля 2005 года Чижов избил и изнасиловал официантку кафе «Транзит» Веронику Мартынову. На допросе она вспоминала, что пьяный Чижов «неоднократно избивал в кафе девчонок». Заведующая кафе Вера Николаевна, по словам Вероники, предупреждала персонал: «Лучше ему отдаться, а то он заставит», да и сами работницы заведения поговаривали, что если Чижов положил на кого-нибудь глаз, то девушке лучше согласиться со всеми его прихотями. Поэтому, когда он предложил Мартыновой выпить, та не стала спорить. Затем мужчина увез ее из «Транзита» и изнасиловал. По словам администратора кафе Владимира Цыся, Вероника заявила в полицию, но там ничего не сделали, «так как у Олега имелся большой круг знакомых как в милиции, так и в прокуратуре, и он этим всегда похвалялся». Через 10 дней Мартынову вызвали в прокуратуру, и она согласилась отозвать заявление, «потому что было бесполезно что-либо делать, у Чижова было все везде подкуплено». В прокуратуре официантка подписала бумагу об отсутствии претензий к Чижову.

Две жертвы насильника — Краснова и Мартынова — упоминали в разговоре со следователями фамилию судмедэксперта Рамазанова, который дружил с Чижовым. В своих заключениях эксперт указывал, что никаких повреждений у избитых девушек не было.

12 апреля 2006 года Чижов изнасиловал 18-летнюю Ингу Овчинникову, ловившую попутку на трассе. «Чижов сказал, что с заявлением в милицию мне обращаться бесполезно, так как у него много знакомых и связей. Проезжая мимо парка Победы [он] остановился и поздоровался с сотрудниками ДПС», — рассказывала жертва. Через два дня следователь Александр Луговой, возглавлявший следственную группу по делу об убийстве Татьяны Кузнецовой, вынес постановление об отказе в возбуждении дела. По ее словам, после того, как Луговой услышал фамилию Чижова, его отношение к потерпевшей внезапно изменилось — он стал сомневаться в том, что изнасилование вообще имело место, и под его нажимом Овчинникова переписала свое объяснение.

После того, как Чижов был арестован, бирский межрайонный прокурор констатировал, что в Бирской прокуратуре «не были поставлены на учет большое количество материалов об изнасиловании или по ним выносились незаконные постановления об отказе».

Новая версия

После многочисленных допросов Чижов признался в изнасилованиях и убийствах пропавших девушек. Своих жертв он увозил на автомобилях клиентов, оставленных ему на ремонт. Сознался он и в убийстве Татьяны Кузнецовой. По словам бизнесмена, 19 марта 2006 года около трех часов ночи он встретил уже знакомую ему девушку возле рынка и предложил ей прокатиться. Та села в машину, он вывез ее за город и изнасиловал. После этого он ударил Татьяну по голове бутылкой и бросил на снегу умирать. Показания Чижова подтверждались экспертизой спермы, обнаруженной на теле Кузнецовой: было установлено, что она принадлежит Чижову.

Однако уже через полчаса после первого допроса Чижов рассказал следователям новую историю, которую затем время от времени дополнял свежими подробностями. В обвинительное заключение эпизод с убийством Кузнецовой вошел в сильно измененном виде.

В своих итоговых показаниях Чижов рассказал, что Татьяну к нему привезли Рудик Минибаев и Роман Миндибаев — в качестве подарка на день рождения. Девушка была пьяна, молодые люди веселились, все много выпили. По словам Чижова, Татьяна была не прочь заняться с ним сексом, что они и сделали. После этого, утверждал Чижов, Миндибаев надел презерватив и изнасиловал свою бывшую девушку; следом то же сделал Рудик. Татьяна потеряла сознание, и молодые люди ее увезли. Через несколько дней Минибаев и Миндибаев снова приехали к Чижову, сказали, что Таня умерла, и попросили помочь им спрятать тело. Они поехали в лес, Чижов вытащил тело Кузнецовой из машины, оттащил от дороги и выкинул на снег.

Показания Чижова подтвердил Максим Волобоев, который к тому моменту уже окончил школу. «Я думал, что у Чижова могли быть связи, и он мог бы мне отомстить. К тому же, Чижов по возрасту старше меня и физически здоров. Я также боялся мести не только со стороны Чижова, но и со стороны Минибаева и Миндибаева, так как они меня предупреждали, чтобы я забыл, что было в ту ночь», — говорил Волобоев, объясняя, почему он ранее он излагал следователям другую версию событий.

На очной ставке с Миндибаевым юноша рассказал, что первые показания он давал под давлением сотрудников милиции и прокуратуры.

«Ну, когда приезжали с очной ставкой, можно сказать то, что нагло показывали места, где находилось тело, в каком районе. Можно сказать, что по частям, по времени, все мне вбивали. В том плане, что если сейчас ты не скажешь, то пойдешь с ними туда же со всеми», — говорил Волобоев. По его словам, при его первых допросах не присутствовали ни адвокаты, ни родители.

«Было их (сотрудников правоохранительных органов — МЗ), можно сказать, человек 10 в одной комнате. Каждый из них говорил свое. Было давление на то, что меня, как сказать, просто запутали сильно, сильно в тот момент, я не понимал, что я делаю в тот момент. И еще могу добавить то, что да, говорили, что пойдешь с ними со всеми, давай говори. Говорили, что делают с такими там на зоне и тому подобное», — утверждал молодой человек.

Так Роман Миндибаев и Рудик Минибаев снова стали подозреваемыми по делу об убийстве Татьяны Кузнецовой. Сотрудники прокуратуры, как выяснилось, не сомневались в их причастности к преступлению даже после того, как были вынуждены отпустить приятелей.

«Это дело находилось у меня в производстве, и лично я допрашивал и того, и другого. Без какого-либо физического или психологического давления эти лица давали добровольно признательные показания. Родственники Миндибаева инициировали кампанию против следствия, были задействованы и телевидение, где минуя нас, со слов только так называемых "правозащитников" и информации, полученной от родителей, информацию выдавали в эфир, где нас выставляли монстрами и фашистами. Это еще мягко сказано», — жаловался следователь Виктор Гурьев репортерам «Честного детектива».

Если бы Миндибаев и Минибаев назвали фамилию Чижова сразу, «то у нас не было бы дальнейших убийств», сетовал Гурьев. В интервью «Криминальной России» следователь хвастался, что именно он смог найти общий язык с Чижовым — оба мужчины служили в войсках ВДВ. Побеседовав с Гурьевым, Чижов согласился показать трупы Сергеевой, Муллояровой и Егошиной. Тела задушенных им девушек насильник закапывал в лесу.

«Негодяи из правоохранительных органов решили на бедных мальчиков повесить убийство невинной девушки. Они, дескать, бедные овечки», — саркастически поддерживал Гурьева глава управления уголовного розыска МВД по Башкортостану Владислав Гаркавцев.

«В отличие от показаний свидетелей существуют объективные доказательства, которые, в отличие от свидетельский показаний, сложно изменить: например, отсутствие телефонных соединений, сообщений между номерами Миндибаева и Чижова, а следствие получило детализации телефона Чижова за три года, что косвенно указывает на отсутствие знакомства Миндибаева с Чижовым, — рассуждает Владислав Садыков. — По версии следствия они привезли Кузнецову к Чижову в три часа ночи в качестве подарка, но перед этим даже не поставили его в известность об этом. Второе: сперма Чижова. Поэтому они делали упор в показаниях Чижова на то, что парни якобы надевали презервативы». Бросается в глаза и другая неувязка, продолжает правозащитник: труп Татьяны Кузнецовой, по версии следствия, несколько недель пролежал в лесу, но следов разложения на теле практически не было. К моменту обнаружения тело только начало коченеть, а значит Татьяна, вероятно, умерла намного позже, чем говорится в обвинительном заключении, предполагает Садыков.

Минибаеву и Миндибаеву в итоге были предъявлены обвинения в изнасиловании группой лиц с причинением тяжкого вреда здоровью (пункты «а», «б» части 2 статьи 131 УК), а также убийстве, совершенном в отношении лица, находящегося в беспомощном состоянии, и сопряженном с изнасилованием (пункты «в», «ж», «к» части 2 статьи 105 УК).

«Я хотел показать в суде, каким образом шьются дела в прокуратуре»

В суде Чижов признался, что оговорил Миндибаева и Минибаева. «Пришел Гурьев, сказал, что по данному эпизоду [убийству Кузнецовой] он подозревает меня и сказал, что он докажет мою вину», — сказал Чижов. По его словам, Гурьев рассказал, что Миндибаев и Минибаев добиваются выплаты компенсации. Следователь пообещал, что денег им никогда не заплатят, а он «докажет, что они виновны». Гурьев объяснил Чижову, что надо говорить на допросе: якобы Миндибаев с Минибаевым привезли Татьяну Кузнецову в гараж, где ее изнасиловали и убили.

«Я согласился с этими доводами Гурьева потому, что хотел показать в суде, каким образом шьются дела в прокуратуре, при этом Гурьев мне сказал, что если я откажусь от своих показаний в суде, то он повесит на меня еще два трупа», — объяснял Чижов. В суде убийца заявил, что их встреча с Кузнецовой не была первой — до этого девушка несколько раз занималась с ним сексом.

«Волобоев, который тоже проходил по данному эпизоду, очень странный человек. Как можно вообще верить его показаниям», — говорил Чижов, выступая в прениях.

Миндибаев в суде рассказывал, что он познакомился с Татьяной в декабре 2005 года, у них завязались отношения, продлившиеся, впрочем, всего два месяца — Роману не нравился образ жизни Кузнецовой, которая часто выпивала, поэтому он предпочел с ней разорвать и начал встречаться с другой девушкой.

В ночь пропажи Кузнецовой, Роман, по его словам, находился у себя дома. «Когда я шел от гаража в сторону дома, я встретил соседей, поздоровался с ними. Зашел домой, дома была мама и тетя, я зашел к себе в комнату, поговорил по телефону, включил компьютер, поиграл недолго и лег спать», — вспоминал он события той ночи. Около 11 часов утра ему позвонила подруга Татьяны, которая сообщила о ее исчезновении. «Она сказала, что Таня пропала. Я не воспринял это всерьез», — признался Миндибаев. Чижова до очной ставки Роман не знал.

«Я хочу еще сказать, что руководитель следственной группы Гурьев вел данное уголовное дело в 2006 году и в 2008 году, я ему заявлял отвод не раз, потому что я считаю, что он заинтересован в исходе дела, он намеренно хочет посадить нас», — настаивал Миндибаев.

Его приятель Минибаев в суде обратил внимание, что Чижов был знаком с судмедэкспертом Рамазановым, который вскрывал труп Кузнецовой; также у бизнесмена были друзья в милиции. Показания против молодых людей, считает Минибаев, Чижов дал с подачи руководителя следственной группы Гурьева, который с первого дня угрожал Миндибаеву, что посадит его.

«Гурьев не принимал во внимание результаты экспертизы о том, что сперма, обнаруженная у Кузнецовой, была не наша», — говорил он. По мнению обвиняемого, Гурьев склонил серийного убийцу Чижова к оговору, чтобы покрыть ошибки следствия.

«При анализе материалов любого уголовного дела легко определить ложность показаний свидетелей. Если показания корректируются в процессе изменения версий следствия — они ложные. При чтении показаний Минибаева, Волобоева и Смирнова бросается в глаза, что они каждый раз менялись, хотя их сочиняли сами следователи. Это делалось специально для того, чтобы в последующем у суда создать иллюзию, что показания были реальными — якобы они хитрили, поэтому меняли показания в деталях. Потому что сразу вызывает недоумение — если задержанные утверждают, что показания сочиняли сами следователи, то почему они менялись?» — рассуждает Владислав Садыков.

Волобоев, оставшийся в деле в статусе свидетеля, на суд не приехал — командир войсковой части, где он служил, прислал в ответ на повестку письмо: обеспечить явку «не представляется возможным в связи с малой штатной численностью войсковой части».

В суде был допрошен и следователь Луговой, которого называл своим приятелем Чижов; сам следователь это отрицал. Изъятые с места убийства Кузнецовой предметы — стаканчики, бутылка из под шампанского, исписанные листы бумаги, а также гипсовый слепок следа автомобильного протектора — не были признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств. По словам Лугового, эти предметы были осмотрены экспертом-криминалистом на месте, признаны непригодными к идентификации, а затем уничтожены.

Судмедэксперт Рамазанов, в свою очередь, рассказал, что с Чижовым он знаком с 2002 года. В 2006 году они ездили на отдых в компании федерального судьи Ахатова и прокурора Чекмагушевского района Андрея Шумского. При этом эксперт не смог объяснить, почему он не указывал в документах все повреждения, зафиксированные у девушек, обвинявших Чижова в изнасиловании.

В 2009 году Верховный суд Башкирии признал Олега Чижова виновным в восьми изнасилованиях, четырех убийствах и причастности к убийству Татьяны Кузнецовой. Несмотря на то, что родственники жертв были уверены в пожизненном сроке, он получил 22 с половиной года колонии строгого режима. Рудик Минибаев и Роман Миндибаев осуждены на восемь лет заключения в колонии общего режима каждый.

Эпилог

В начале 2017 года руководитель первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета по Башкирии Виктор Гурьев, расследовавший преступления «бирского маньяка», ушел в отставку.

В 2012 году в «Комитет против пыток» обратился 33-летний житель Башкирии Руслан Хаматханов, который рассказал, что был жестоко избит и изнасилован сотрудниками Следственного комитета. По словам Хаматханова, во время допроса его завели в тренажерный зал, связали тросом, надели на голову противогаз и стали пытать, а затем засунули в задний проход металлическую трубу от тренажера. Распоряжение пытать задержанного отдавал лично Гурьев, утверждал Хаматханов.

В управлении СК по Башкирии обвинения в адрес высокопоставленного следователя назвали «полной нелепицей». Представитель ведомства заверил, что его коллеги работают «в правовом поле с соблюдением всех норм уголовно-процессуального законодательства».

Минибаев и Миндибаев отбыли назначенный им срок и освободились из колонии. Роман устроился на работу и поселился в Уфе. Его отец Акзян Миндибаев уверен, что следователи с самого начала покрывали Олега Чижова, а его сын стал жертвой произвола: «Он (Чижов — МЗ) с 2004 года изнасилованиями занимался, и в прокуратуре об этом знали. И про Кузнецову, скорее всего, знали, но им был нужен козел отпущения».

Эксперт Рамазанов, по словам Акзяна Миндибаева, продолжает работать судмедэкспертом; ни один из силовиков, чьи имена всплывали в связи с делом Чижова, не был наказан. Прокуратура и суды идут на поводу у следствия, которое выбивает из людей нужные показания, подводит итог отец Романа. «За свои действия должен был Гурьев сидеть, а не наш сын», — считает он.