"Антипутиниана" поэта Бывшева

Орловскому поэту Александру Бывшеву грозит новый судебный процесс по обвинениям в экстремизме за стихи в поддержку Украины. 19 октября его допросили в Следственном комитете, с него взята подписка о невыезде. В 2015 году Бывшев уже был осужден на 300 часов обязательных работ за стихотворения проукраинской направленности. Поэт полагает, что новые претензии следствия связаны с приближающимися президентскими выборами.

Александру Бывшеву 45 лет, он живет в поселке Кромы Орловской области с престарелыми родителями. До августа 2014 года он работал учителем немецкого языка в средней школе, однако после публикации в местной газете "Заря" стихотворения "Украинским патриотам" его отстранили от работы, а бывшие коллеги и ученики выступили против него в суде. Стихотворения "Украинским патриотам" и "Украинские повстанцы", в которых Бывшев осудил действия России по отношению к Украине и Крыму, признали экстремистскими, самого поэта внесли в федеральный список экстремистов и заблокировали банковские счета. Летом 2015 года Бывшев был осужден на 300 часов обязательных работ за эти стихотворения по статье 282 УК РФ "Разжигание ненависти или вражды" по отношению к группе лиц "русские".

Александр Бывшев

Новое дело было возбуждено еще в сентябре прошлого года. Признаки экстремизма следователи усмотрели в стихотворении "На независимость Украины", которое, по словам Бывшева, является ответом на одноименное произведение Иосифа Бродского. В январе 2017 года у Бывшева прошли обыски, у него изъяли компьютер и вызвали на допрос, однако после этого следственные действия прекратились. На новый допрос поэта вызвали только 19 октября, а следующий запланировали уже на 25 октября.

Все это время Александр Бывшев, живущий в 7-тысячном поселке, подвергается травле и давлению – в окнах его дома выбивали стекла, он получал сообщения с угрозами, в местном копировальном центре отказались отксерокопировать ему нужные документы, поскольку руководству посоветовали не связываться с Бывшевым.

Александр Бывшев полагает, что новый виток его преследования связан с приближающимися президентскими выборами – власти нужно, чтобы он перестал писать стихи. Но поэт бросать творчество не собирается, хотя от нового уголовного дела "ничего хорошего" не ждет и полагает, что приговор уже предрешен.

В интервью Радио Свобода Александр Бывшев рассказал подробнее о новых претензиях следователей, травле со стороны местных жителей и творческих планах:

Это третье уголовное дело и опять за стихи украинского цикла

– 19 октября с меня взяли подписку о невыезде и о надлежащем поведении, якобы в связи с тем, что я могу каким-то образом надавить на свидетелей и повлиять на расследование этого уголовного дела. Предъявлена была экспертиза. "Лингвисты в погонах" нашли в этом стихотворении "На независимость Украины" экстремизм. Причем нас с адвокатом в известность не поставили, хотя мы могли задать свои вопросы. Нас поставили перед свершившимся фактом. Стихотворение абсолютно безобидное, это ответ на известные стихи Иосифа Бродского "На независимость Украины". Это третье уголовное дело, и опять за стихи украинского цикла. Все три уголовных дела были за стихи, которые, так или иначе, посвящены украинской теме. Само слово "Украина" все еще вызывает у власти такое бешенство. Ничего хорошего мы, конечно, не ждем, потому что уже предъявлено обвинение, материалы уже направляются в суд. Получается, что я уже трижды экстремист, то есть уже рецидивист. Приговор заранее предрешен, поскольку, я знаю, оправдательных приговоров по экстремистским делам в современной России не бывает. Я только недавно узнал, что, оказывается, даже в 1937 году при Сталине, в самый пик репрессий оправдательных приговоров было где-то в 30 раз больше, чем сейчас, хотя, конечно, не по политическим статьям. Насколько я знаю, Путин на одном из заседаний Совета безопасности в открытую дал указание органам, чтобы все дела по экстремизму были доведены до суда.

Меня предупреждали, что где-то ближе к президентским выборам, конечно, все это будет ужесточаться, ну, вот и закрутили. Поскольку только сейчас, спустя год, внезапно завертелось это новое дело. Допросы пошли буквально через несколько дней после того, когда мы с адвокатом получили из Страсбурга уведомление о том, что наша жалоба не получена и слушания по ней будут в начале следующего года. Страсбург направил Правительству России вопросы, ответить на которые надо до января. Они просят внятно сказать, что конкретно, какие последствия могли повлечь мои стихи, какую они представляют общественную опасность, как, допустим, сочетается внесение меня в список террористов России, арест моих счетов и счетов моей семьи, пожизненный запрет на профессию, с теми документами и договоренностями, которые обязалось добровольно выполнять Россия по соблюдению прав человека. Ясное дело, что это очень сильно раздражает власти, что нам удалось дойти до Страсбурга.

– Могли бы рассказать о том, что это за стихи по первому уголовному делу, по второму и по третьему? Когда они написаны, о чем? Что, с вашей точки зрения, не нравится в них власти?

– По первому уголовному делу было стихотворение "Украинским патриотам". Оно было написано 1 марта 2014 года, как раз в тот самый день, когда Путин в Совете Федерации получил единодушное согласие на введение войск России в любой регион Украины. По этому стихотворению как раз и был суд. Это стихотворение внесли в список экстремистских материалов. Оно запрещено и к публикации, и к перепечатке его на территории РФ. Второе уголовное дело было спустя месяц после этого – в июле 2014 года. Стихотворение называется "Украинские повстанцы". Я писал книгу о Второй мировой войне, которая вышла потом в Америке. Она называется "Кровавая память". В стихотворении есть фраза "что фашисты нам, что москали", то есть я их приравнял друг к другу. Потом эти два дела склеили в одно. И приговор по нему уже был 13 июля 2015 года. В последнем стихотворении, написанном в феврале 2015 года, по которому завели новое дело, посыл такой: я желаю Украине счастья и украинского выбора – стать полноправным членом европейского сообщества. Вот это тоже вызывает дикое раздражение у власти. Решили, очевидно, устроить такой показательный процесс, порку, чтобы другим не было повадно и заткнуть рот всем остальным несогласным. Поскольку украинская тема до сих пор остается у нас во всех центральных СМИ событием номер один.

Александр Бывшев в суде, июль 2015 года

– Как складывается обстановка вокруг вас сейчас в вашем поселке? Я читала, что вам выбивали стекла в квартире, отменялись поэтические вечера.

В некоторых учреждениях в открытую говорят: не хотите иметь никаких проблем – с Бывшевым не контактируйте

– В последнее время давление ужесточилось. В некоторых конторах отказываются сейчас меня обслуживать. Допустим, фотографироваться я решил на паспорт, отксерокопировать некоторые документы по моим судебным делам. В одной фотостудии отказались наотрез меня обслуживать. В приватном разговоре потом уже сказали, что был разговор с областными чекистами. И вот эфэсбэшники сказали: если не хотите иметь проблемы, контакты с Бывшевым прекратить. В некоторых учреждениях в открытую на своих планерках говорят, что если не хотите иметь никаких проблем, с Бывшевым не контактируйте. Люди очень сильно запуганы. Еще идет накачка в СМИ, пропаганда очень мощно работает. Ну, и потом – мой пример наглядный. Человек посмел высказать какую-то точку зрения, расходящуюся с общепринятой, и огребает по полной – работы лишился, счета все арестованы. Конечно, люди очень сильно напуганы. Причем это давление на психику людей будет усиливаться с приближением президентских выборов. Меня уже люди в погонах предупреждали, что перед выборами вообще надо замолчать.

Одна родственница по отцовой линии вообще заявила, что, была бы ее воля, она бы меня в кутузку надолго посадила

​– А есть люди, которые как-то вам помогают, поддерживают, которые не включились в эту историю травли?

– Есть люди, с которыми я могу поговорить, по крайней мере, о погоде, но прилюдно в мою защиту никто не выступил. На процесс никто не пришел. Одна родственница по отцовой линии вообще заявила, что, была бы ее воля, она бы меня в кутузку надолго посадила. Обстановка здесь тяжелая, потому все это накладывается на провинциализм. В провинции люди забиты, запуганы. Депрессивный у нас поселок. За копейку, за эту работу люди держатся зубами и ногами. И это понятно. Потому что если здесь работу потерять, то шансов найти что-либо вообще нет.

Акция в память о Борисе Немцове, февраль 2017 года

– А уехать из поселка вы не можете, не думали?

– У меня родители очень больные. Отцу 87 лет, маме 84. У мамы был инсульт. Она практически не двигается.

– А как вы сейчас живете, если ваши счета заблокированы, если вы не можете работать?

– Я уже четвертый год не работаю. Живу за счет пенсии родителей. Я благодарен Ольге Романовой (глава организации "Русь сидящая". – Прим. РС), которая лекарства присылала несколько раз. Это все очень тяжело, потому что все это отслеживается. Не так все просто сделать. Понятное дело, что трудно, но я понимаю, что есть люди, которые реально сидят, которым гораздо тяжелее, чем в моем случае. Хотя, как говорится, утешение слабое. Очень тяжело, потому что четвертый год вся эта травля идет. Честно говоря, ничего хорошего я в перспективе не ожидаю, тем более сейчас, под президентские выборы.

Я начал писать "антипутиниану" с самого начала, где-то с 2000 года, очень жесткие персональные стихи против Путина и этой воровской корпорации

​– Но вы продолжаете сейчас писать стихи?

– Да. Кстати, пишется очень много. Сейчас как раз пишу книгу, которая так и называется "2017", очень жесткие стихи, конечно... Такие стихи получаются, что если с точки зрения правоохранителей смотреть, то практически каждое из них тянет на уголовную статью. Наверное, в современной России только такие стихи и писать.

– А какие темы? О чем пишете?

– О Второй мировой войне, о современности, об Украине, о положении в России, осмысление того, куда мы сейчас попали. Такая, я бы сказал, политическая сатира, остро сатирические стихи. Я раньше писал детские стихи, была и любовная лирика. Сейчас время диктует совсем другие песни. Я начал писать "антипутиниану" с самого начала, где-то с 2000 года, очень жесткие персональные стихи против Путина и этой воровской корпорации. Возможно, решили меня по совокупности. А украинская тема, может быть, наиболее выпуклая, стала последней каплей, которая переполнила чашу терпения власти, и решили показать всем. Случай беспрецедентный. Можно уже в Книгу рекордов Гиннесса заявку подавать, потому что три уголовных дела за стихи... Таких прецедентов, по-моему, еще в мировой литературе не было, – заключает Александр Бывшев.

В январе этого года письмо в поддержку Александра Бывшева подписали 47 деятелей культуры, среди которых писали Владимир Войнович, Людмила Улицкая, журналисты Григорий Пасько, Александр Подрабинек и другие. Они призвали власти прекратить дело против Бывшева: "Мы рассматриваем "Дело Бывшева" как опасный случай преследования человека, вся вина которого лишь в том, что он публично выразил свои общественные и политические симпатии", – говорится в заявлении.