«Я в винах не разбираюсь»

Начался допрос свидетелей обвинения по делу Никиты Белых. Главный свидетель опять не пришел, хоть и «обещал»

В среду, 25 октября, перед заседанием прокурор Дятлова, заметив у зала вызванных на этот день свидетелей обвинения, подошла к ним и тоном учительницы предупредила:

— Так, показания даем строго такие, что давали на следствии. Чтоб без противоречий и самодеятельности, хорошо?

— Угу, — не возражали двое мужчин среднего возраста.

— Где Зудхаймер-то? — уже не свидетелям, а про себя вслух произносила прокурор. Ей никто не отвечал. Главный свидетель обвинения, предприниматель Юрий Зудхаймер, в этот день снова не явился на процесс: ни сообщений, ни уведомлений о причинах неявки от него не поступало. Хотя ранее прокуратура заверяла, что он обязательно «приедет». Напомним, именно Зудхаймер в ходе так называемого следственного эксперимента ФСБ в одном из ресторанов в центре Москвы передал Белых подарочный пакет (якобы на день рождения), в котором оказались деньги.

— Ваша честь, а что со свидетелем Зудхаймером происходит? — первым делом после того, как его завели в зал, спросил Наталью Васюченко и сам Никита Белых.

— Он не явился. Никита Юрьевич, ну что я сделаю? Повестка отправлена. Не явился.

— Три раза уже не явился…

Судья устало вздохнула.

Деревянная трость Белых, на которую он опирается при ходьбе, висела на прутьях клетки, рядом с наручниками, которыми была закрыта дверь в эту самую клетку.

Вместо Зудхаймера первым свидетелем обвинения за трибуну встал Руслан Цуканов, генеральный директор Нововятского лыжного комбината (НЛК), в 2013 он также был гендиректором ООО УК Лесхоз. Свидетель пояснил, что Зудхаймера, будучи основным акционером НЛК, и предложил ему занять эти должности. Про вымогательство взятки губернатором Кировской области Цуканов ничего не знал. Однако прокуратура допрашивала его весь день, не дав выступить второму свидетелю, который в итоге ушел ни с чем, спеша на самолет.

— Вам что-либо известно об оказании Белых покровительства в деятельности УК «Лесхоз»? — спрашивала Цуканова прокурор.

— Дословно про покровительство не могу сказать. На встречах в правительстве, в том числе при участии Никиты Юрьевича, вопросы об участии УК «Лесхоз» и НЛК в инвестпроектах рассматривались, — по словам свидетеля, роль губернатора в части инвестиционных проектов регламентировалась внутренними актами правительства области. Собиралась комиссия на уровне правительства области, затем проект передавался в Минропмторг, где уже предпринимались дальнейшие решения. Губернатор же подписывал распоряжения о рассмотрении и внесении заявки по тому или иному инвестпроекту в правительство.

Судья Васюченко то и дело тормозила то свидетеля, то прокурора, требуя от обоих говорить громко и медленно.

— Вы понимаете, у нас секретарь в протокол записывает! Она не успевает! Я не могу потом все это расшифровывать в наушниках, — нервно говорила она, обращалаясь к прокурору и свидетелю. — У меня много дел. Помогите мне!

Прокурор стала произносить каждый вопрос с расстановкой и паузой между предложениями. Цуканов тоже сильно замедлил темп. Все работали на протокол.

Обвинение подняло тему непосредственно инвестпроекта УК Лесхоз. Белых, вспоминал Цуканов, предлагал на совещании в 2014 году что-то поменять в этом проекте, поскольку в таком виде, в каком его предложили, он не мог быть реализован. Инвестпроект находился в стадии отставания и невыполнения, у УК «Лесхоз» как раз менялся собственник (вместо Альберта Ларицкого им стал Юрий Зудхаймер). Зудхаймер пытался устранить проблемы и готовил письменные предложения в правительство. Сам Цуканов по этим вопросам контактировал с заместителями губернатора и отдельно с Белых на совещаниях. По словам свидетеля, он общался и встречался с губернатором исключительно «в рабочем ключе».

— Одна из крайних встреч состоялась 17 мая 2016 года. Накануне мне звонили из приемной губернатора и просили согласовать возможность проведения встречи.

— Это был необычный, или рядовой случай, что вам звонят из приемной губернатора и приглашают на встречу? — интересовалась прокурор.

— Ну, мне звонили первый раз. Я не знал тему встречи. Я позвонил собственнику, сказал, что меня приглашает на встречу Никита Юрьевич и тема мне неизвестна. Зудхаймер сказал, что это по его договоренности с Никитой Юрьевичем, необходимо прийти и изъяснить все текущие проблемы предприятий.

Встреча проходила 8–10 минут. По поручению собственника Цуканов озвучил губернатору основные проблемные для предприятия вопросы: реализация инвестроектов УК «Лесхоз» и НЛК, ситуация по выводу из-под нагрузки котельной НЛК и положение дел в отношениях с налоговой службой области. После вмешательства Белых стала проводиться «определенная работа». Прокурор спрашивала, обещал ли Белых помощь.

— Я был в курсе его встреч в органах федеральной власти, в Минпромторге…

Белых перебил:

— Не моих встреч, а Михеева (замгубернатора — Ред.).

— Прошу подсудимого не вмешиваться, это можно расценить как давление на свидетеля, — сказала сильно загоревшая (первый день как вышла из отпуска) прокурор Тарасова.

— А прокурора можно выгнать? — спокойно спросил Белых судью. — Она какая-то нервная после отпуска.

— Ваша честь, прошу сделать замечание подсудимому и предупредить, что после третьего замечания его имеют право удалить из зала заседаний, — подытожила Тарасова.

Судья предупреждения и замечания делать не стала, но попросила стороны «выражаться корректнее».

Цуканов же далее рассказывал, что третьим вопросом на его встрече с Белых обсуждали проблемы НЛК с налоговой службой: у предприятия была задолженность по НДС порядка 80 млн рублей, которая возникла «в результате деятельности предыдущего собственника». Налоговики зашли с проверкой на НЛК в конце декабря 2015 года, чтобы захватить для своей проверки период деятельности предприятия в 2012 году.

— Это как раз было то мутное время, опять же те преступные действия предыдущего собственника Ларицкого, — заметил свидетель. — Мы опасались, что нам насчитают большие суммы, к которым мы никакого отношения не имеем, так как мы в тот период не работали.

Спросив, какие отношения были между Зудхаймером и Белых (ответ: «рабочие»), прокурор двинулась глубже:

— А подарки для Белых Зудхаймер когда-нибудь просил вас передать?

— Перед новым 2016 годом он поручил мне подарить ему бутылку вина.

— Сколько стоила?

— Не знаю.

— Ну, примерно? — вопрос для прокуроры очевидно был важен.

— Я в винах не разбираюсь.

— А вам что-нибудь известно про передачу Зудхаймером денежных средств Белых?

— Я знаю это из средств массовой информации.

Однако на этом прокуратура не закончила и перешла к теме участия УК «Лесхоз» и НЛК в благотворительности.

Свидетель рассказал, что представители компаний участвовали в проведении различных конкурсов в лесной области, кроме того, Белых собирал все предпринимательское сообщество в апреле 2016 года с просьбой оказать посильную помощь в восстановлении храма и участии в других социальных проектах. После апрельского совещания, в первой половине июня, компании Зудхаймера направили средства на восстановление храма, и еще был другой перевод на счета фонда, «который занимался другими инициативами, в том числе восстановлением фасадов». Название фонда и суммы свидетель не помнил.

По словам Цуканова, владелец предприятий Зудхаймер об этих переводах знал, суммы согласовывалась с ним. «Навскидку скажу, что больше миллиона к 2016 году, а после встречи с губернатором мы сделали еще перечисления». Деньги перечислялись безналичным способом: «А как иначе?»

— А наличными предлагалось приносить? — спрашивала обвинитель.

— Мне об этом не известно.

Прокуроры выяснили, что Цуканов использовал диктофон на одной из встреч с Белых.

— Не каждый день встречаешься с губернатором, и чтобы для себя не забыть ничего, — пояснил он необходимость аудиофиксации. — Это не какая-то приватная встреча, а встреча в правительстве, поэтому я решил, чтобы ничего не упустить, так сделать. Ничего там такого неестественного не было, обычный разговор.

Перед тем как докладывать о встрече Зудхаймеру, Цуканов, по его словам, еще раз послушал запись, сделал для себя пометки. «Потом, когда было возбуждено уголовное дело, я рассказал о существовании записи Зудхаймеру. Потом у меня ее попросили сотрудники то ли ФСБ, то ли Следственного комитета», — вспоминал он.

Запись прокуроры врубили в суде. Итог: о вымогательстве губернатором денег у речи не шло. Обсуждались проблемы предприятий Зудхаймера.

Возможность задать вопрос свидетелю наконец появилась у Белых:

— Как вы могли бы охарактеризовать ваши отношения с правительством области? — продолжил подсудимый.

— Ну, Никита Юрьевич… Я смотрю с призмы своего подхода к делу. Понятно, что у правительства области очень много задач, функций… Лично на мой взгляд, ситуация сильно затянулась с решениями по нам по ряду причин и обстоятельств. То, что касается и инвестпроектов, и вывода котельной — она затянулась.

— Я-то как раз согласен, просто это обвинение считает, что я оказывал вам покровительство… — заметил Белых — Оказывалось ли покровительство, были ли необычны отношения губернатора с НЛК и УК «Лесхоз»? Позиция правительства в целом была, чтобы исключить проекты или сохранить?

— Мне только известно, что попытки сохранить инвестпроект предпринимались. Как наши, так и правительства.

— Отлично! Осуществлялось ли со стороны правительства что-то, выходящее за рамки делового общения между правительством и предпринимателями?

— Это были рабочие, деловые отношения, ничего выходящего я не вижу. Сложность и медлителньость взаимодействия по НЛК об этом говорит, везде бралась пауза для проработки того или иного решения.

— Вам известно о передаче Зудхаймером каких-нибудь денег Белых? — спросил адвокат Андрей Грохотов.

— Нет, мне неизвестно.

Следующее заседание по делу — 1 ноября.