Не для памяти, а для cовести

Пресс-конференция по случаю открытия «Стены скорби» закончилась заявлением по делу Юрия Дмитриева. Это заявление не упомянул ни один центральный канал

30 октября в Москве на проспекте Сахарова будет торжественно открыт Мемориал жертвам массовых репрессий «Стена скорби» — памятник работы скульптора Георгия Франгуляна: гигантский двусторонний бронзовый барельеф, состоящий из схематичных силуэтов людских фигур.

Монумент создавался полтора года, прежде еще год занял конкурс на лучший макет памятника. На пресс-конференции, приуроченной к открытию «Стены скорби», заместитель мэра Москвы Леонид Печатников заявил, что стоимость создания и возведения монумента составила 300 миллионов рублей, их предоставило правительство Москвы.

«У памятника были противники, — рассказал Печатников. — Были запросы в прокуратуру от людей, которые спрашивали: зачем тратить такие деньги? Законно ли это? У этих людей своя правда, они еще долго будут при ней жить. Мы часто слышим вопрос: а как нынешняя власть относится к тому, что пережила страна с 1934 года до смерти Сталина? Этот памятник — ответ».

Глава Совета по правам человека и председатель Попечительского совета Фонда по сохранению памяти жертв репрессий Михаил Федотов напомнил, что идея создать общенациональный памятник жертвам репрессий появилась еще во времена оттепели, а теперь он будет открыт как часть Концепции государственной политики по увековечиванию памяти о политических репрессиях. По словам руководителя Фонда памяти и директора Музея истории ГУЛАГа Романа Романова, часть денег на создание памятника была собрана с помощью пожертвований — всего 45 282 138,76 рубля.

Помощь предлагали совершенно разные люди: «Однажды пришел мужчина, который сказал, что не может помочь финансово, но принес кусок бронзы для монумента, — рассказал Михаил Федотов. — Другая женщина принесла мешок медных монет».

— 30 лет мы добивались, чтобы этот памятник был, — сказала на пресс-конференции исполнительный директор Международного общества «Мемориал» Елена Жемкова. — Теперь он будет открыт первым лицом государства и от лица государства. Это значит, что государство говорит: террор — это преступление. Массовые убийства людей — преступление.

Больше всего участники Фонда говорили о том, почему необходимо установить памятник именно сейчас, столько лет спустя после Большого террора. Член Совета Федерации, председатель Фонда памяти Владимир Лукин призвал восполнить пробелы в национальной памяти: «Некоторые считают, что не надо ворошить кровавое прошлое, — сказал он. — Но для молодого поколения важно знать, что произошло, потому что, как говорил Спиноза, «невежество — это не аргумент». Невежество порождает инстинктивное стремление поступать так же, как поступали раньше».

Когда журналисты уже собирались расходиться, слово вновь взял Владимир Лукин. Очень напряженно, явно выверяя каждое слово, он сказал, что особенно важную роль в сохранении памяти о жертвах репрессий сыграл Юрий Дмитриев, человек «с очень высокой репутацией», который сейчас находится под судом «по обвинению, которое вызывает у общественности очень серьезные сомнения»: «Наш Фонд уполномочил меня попросить прессу, чтобы она донесла нашу озабоченность этим делом. Мы, конечно, не вмешиваемся в судебные дела, но считаем, что обвинения против Дмитриева должны быть проверены, и эта страница должна быть перевернута, еще лучше — если это случится до 30 октября».

Несмотря на то что на пресс-конференцию пришли журналисты большинства государственных телеканалов и новостных агентств, упоминание о Дмитриеве не появилось ни в одной статье или сюжете.

А В ЭТО ВРЕМЯ

В полиции сказали: «Репрессии вернулись, не беспокойтесь»

30 октября в 20 городах на более чем 30 площадках пройдет акция «Молитва памяти». Ее участники будут читать имена жертв политических репрессий и заупокойную молитву о невинно убиенных.

Семь лет назад акцию придумало «Преображенское содружество малых братств». Первые молитвы читались в Москве, Петербурге и Твери, затем на специальном сайте организаторы выложили подробную инструкцию, как провести «Молитву памяти» в своем городе. Для этого нужно подать уведомление в городскую администрацию (по закону молитва в публичном месте приравнена к митингу). Все пять лет к акции присоединялись все новые участники и города, но в этом году начались трудности.

По словам Алексея Наумова, одного из организаторов акции, прямых отказов организаторы молитв не получали, но часто городские власти или предлагали перенести акцию на окраины, или — в двух случаях — отказывались согласовывать места их проведения и не предлагали других (что приравнивается к отказу).

В одном из городов (Наумов просит не называть его) уведомление о митинге отказались принимать без визы отдела общественной безопасности. «В отделе безопасности состоялся абсурдный разговор, — вспоминает Наумов. — Нас спросили: «Зачем вы это делаете?» «Чтобы репрессии не повторились». «А они уже вернулись, не беспокойтесь». Но акцию все-таки согласовали».

Как рассказывает Андрей Васенев, главный редактор медиапроекта «Стол» и один из организаторов акции, проще всего оказалось провести молитвы в Москве, где «Преображенское братство» поддерживает Синодальный отдел по взаимоотношению церкви с обществом и СМИ. Сложнее всего — в Твери. Там организаторов отправили и в отдел общественной безопасности, и в отдел по борьбе с экстремизмом, но разрешения так и не дали.

«Недавно в Твери на той же площади не согласовали митинг сторонников Навального — сказали, что там занято, и других мест для них в городе нет, — объясняет Васенев. — Те все равно пошли, человек шесть задержали. Теперь администрация думает: если мы «Молитву памяти» разрешим — придется потом и сторонникам Навального митинг разрешать».