"Рисовать Путина скучно"

Очередная выставка камчатского художника Дениса Лопатина обернулась скандалом: посетитель счел карикатуру, посвященную конфликту вокруг фильма Алексея Учителя "Матильда", оскорблением чувств верующих и подал заявление в полицию (фамилия и имя автора заявления полицией не разглашается).

На экспозиции Лопатина была представлена целая галерея узнаваемых лиц: Владимир Путин, Дональд Трамп, Чарльз Дарвин, Владимир Ленин, Стивен Фрай, Николай Валуев, Рамзан Кадыров, Наталья Поклонская, Алексей Навальный, Виктор Шендерович, Дмитрий Песков и многие другие. В общей сложности публика на сей раз увидела более 50 полотен художника. Одну из предыдущих выставок Дениса Лопатина власти закрыли, с другой администрация музея изъяла изображения Путина и Медведева.

– Денис, вас куда-то вызывали по этому заявлению об оскорблении чувств верующих, как-то эта история развивается?

– Проверку, говорят, проводят. Полиция отправила документы в Следственный комитет, заказали экспертизу на предмет оскорбления. Меня никто не вызывал. Надеюсь, что прекратят дело. Теперь после этой истории мне хочется помогать вытаскивать людей из-под 148-й статьи УК, хоть чем-то – оглаской, моральной поддержкой​. Кстати, выставку я свернул 27 октября, на неделю раньше, чем планировал. Слишком много суеты было.

–​ А легко ли вообще было открыть выставку с такими карикатурами в Петропавловске-Камчатском? Не было проблем с согласованием и прочих административных преград?

– Никаких согласовательных моментов не было, просто потому что у меня сложилась абсолютно идеальная ситуация – свободный человек арендует помещение у предпринимателя, не связанного ни с какими администрациями. Формально все просто: предприниматель предоставил помещение одной барышне, которая в этом гараже организует арт-центр. Там вообще сначала валялся инструмент разный, стоял джип грязный. Отмыли-отчистили, теперь там клуб богемный, арт-квартал настоящий. Барышня сдает это помещение друзьям, знакомым фехтовальщикам, учителям пения, танцев фольклорных. В гараже есть все – фламенко, гитаристы, а теперь еще вот и художественная выставка добавилась. Получился эдакий рассадник богемы безо всякой господдержки!

–​ Заявление в полицию на вас было подано из-за карикатуры на Наталью Поклонскую и всю эту ситуацию с фильмом "​Матильда"​. Это вообще в каком-то смысле, наверное, радость для карикатуриста, когда происходит такой вот абсурд, который можно бесконечно высмеивать?

Патриотический фильм и ультрапатриотическая дама друг друга кусают! А нам, художникам, весело, да. Ну и просто Поклонская – она такая фееричная, что этот персонаж грех было пропустить

​– Патриотический фильм и ультрапатриотическая не очень, скажем так мягко, далекая дама друг друга кусают! А нам, художникам, весело, да. Ну и просто Поклонская – она такая фееричная, что этот персонаж грех было пропустить. У меня большинство друзей, процентов семьдесят, – православные. И я много лет сам ходил в церковь в девяностые, и это меня поддерживало морально. Но в последнее время наступило такое отчаянное мракобесие, что с церковью как организацией приличные люди уже дело перестали иметь дело. Но кто серьезно верующий, тот сам по себе православным и остается, независимо от всех этих церковных структур, которые превратились во что-то противоположное по сути. Достаточно посмотреть в лицо Поклонской, патриарха, протоиерея Чаплина... Несколько лиц еще осталось сияющих во тьме, как дьякон Кураев, например, но скоро и они погаснут, накроется все.

–​ А где вообще границы смеха для художника? Над всем ли можно смеяться?

– У художника должна быть свобода. И у редакции должна быть свобода. И это их свободный выбор – над чем смеяться. В моей биографии особенно хороша в этом отношении была подпольная анархистская газета "Новинки", которую я делал еще студентом в Минске. Это был настоящий филиал "Шарли Эбдо"! У нас хранилась их подшивочка, и я именно на них учился, не на "Кукрыниксах". Я и был, и есть "Шарли", и буду "Шарли". Я за ними следил и учился у них. Именно они сформировали меня как газетного карикатуриста, в той минской анархической газете. Мы не доросли еще до французского уровня понимания юмора, но у них свой тысячелетний стиль. Они его выработали в средневековых еще мистериях, когда на карнавалах практиковался отвязанный и отмороженный по-своему юмор. Он с карнавальных площадей перекочевал в их литературную традицию, поэтому у них был великий Рабле и многое другое!

Я и был, и есть "Шарли", и буду "Шарли". Я за ними следил и учился у них. Именно они сформировали меня как газетного карикатуриста

–​ Но многие в те дни трагедии в редакции Шарли говорили, что они перешли границы…

– Не нам их судить за отвязанность и отмороженность, нам бы дорасти до их свободы, способности к иронии и самоиронии. Я всю жизнь занимаюсь любимым делом, никто мне не приказывает и над чем смеяться тоже. Я не хожу с девяти до пяти на каторгу, а хожу с одиннадцати до девяти рисовать любимые картинки – и никто не может мне приказывать, над чем мне смеяться. Если хочешь принимать несвободу и то, что навязывают, этому можно, конечно себя научить и даже оправдать себя. Были времена, когда я на заказ делал картинки, и заметил, что когда рисуешь не то, что хочешь, когда это не изнутри тебя идет, то и рисуешь плохо. Нельзя заниматься творчеством, не будучи свободным человеком.

–​ Как и когда появилась ваша карикатура на Кадырова?

– В 2012 году ко мне обратились с "Эха Москвы", предложили вести на их сайте блог. А я им говорю, давайте я буду рисовать иллюстрацию к какой-то вашей топовой новости? Они согласились. И первой такой картинкой стал портрет Рамзана Ахматовича, который прострелил себе голову, но с ним при этом ничего плохого не случилось, он стоит и улыбается. А подпись была такой – "Каждый может сделать мир немножко лучше". "Эхо" на это ничего мне не ответило и забанило мой аккаунт у себя в блогах. И я тогда уже понял, что такое "Эхо Москвы". Они же сами мне предложили блог, я к ним не обращался, ну, и пес с ними! Сейчас эта работа находится на Кипре, в Лимассоле. Была там на выставках и осталась у карикатуриста Игоря Варченко. Надеюсь, будет еще выставляться. А здесь, на местной выставке, у меня уже новенький Кадыров есть, работа называется "Извинись перед сукой" – на ней гибрид Рамзана Кадырова с его любимой собакой Тарзаном.

Здесь, на местной выставке, у меня уже новенький Кадыров есть, работа называется "Извинись перед сукой"

–​ А когда вы рисуете карикатуры на него, последствий не боитесь?

– Я думаю, Кадырову мою карикатуру не показывали. Его подчиненные побоятся. Ведь он и отрежет чего под горячую руку, как восточный деспот гонцу, принесшему плохую весть.

–​ У вас здесь выставлен Залдостанов, а Милонова не писали?

–​ Милонов есть, но пока не повесил его, валяется. Ориентируюсь на реакцию людей – его меньше узнают, чем Залдостанова. Немного жидковат. Кстати, оба эти портрета были написаны для журнала "Максим" – того, глянцевого, с голыми тетками. Там есть сатирический раздел, и два года назад к выборам эти персонажи и были нарисованы.

–​ Пять лет назад перед открытием вашей выставки в Камчатском краевом художественном музее его администрация, не предупредив, изъяла с экспозиции несколько работ, в том числе карикатуры на Путина и Медведева. Часто такое бывало еще –​ чтобы с выставки пропадали карикатуры?

– Есть еще более веселая история 2005 года. Нормально готовили выставку. Все работы выходили в "Камчатском времени" и в "Вестях". Нормально, значит, развесили картины, в рамы вставили, и я публикую афишу. И тогдашнему губернатору коммунисту Машковцеву эту афишку подложили на стол. Он вдруг психанул. Потому что там была картинка за гранью фола. Если коротко, семья с унитазами вместо голов смотрит телевизор, который транслирует голый зад, выступающий перед микрофоном. На выставку пришел тогдашний культурный министр Ребров, долго орал матом и срывал картинки со стен. За два часа он все разгромил. Мы с моими работодателями, владельцами газеты, не растерялись, сгрузили экспозицию в машину и развесили все это в "Доме прессы". И славно повеселились, потому что холдинг владел тогда еще телеканалом, и вся Камчатка эту историю узнала. Посмотреть картины пришло три тысячи человек, народу было, как в автобусе, и мы получили истинный драйв и кураж от происходящего. Наш губернатор Машковцев был не псих и не реакционер, а большой любитель шума и пиара, поэтому он все организовал так, что и мне рекордную явку на выставку обеспечил, и сам по телевизору выступал, морализировал. Он и сейчас шоумен, руководит организацией "Коммунисты Петербурга и Ленинградской области", клоунская такая партия.

–​ В советское время все знали Кукрыниксов, как к ним сегодня ни относись. Почему сейчас так мало известных всей стране карикатуристов? Этот жанр у нас все же скорее жив или нет?

– В Питере есть когорта свободных карикатуристов – элита. Виктор Богорад, Вячеслав Шилов и целый список там… Москва по другому принципу работает. Например, Сергей Елкин в своих СМИ, Алексей Меринов при "Московском комсомольце", и они между собой не общаются. А в Питере – клан: они регулярно вместе квасят, обсуждают, издают совместно каталоги. То есть там есть настоящая богема. Это единственное место, где существует богема карикатуристов – кружок постоянно действующих и этим живущих! Ну, а Кукрыниксы были пропагандой. Художниками, получившими классическое образование, которые променяли искусство на службу за денежку в пропаганду. Нас пичкали Кукрыниксами, потому что это была кондовая пропаганда. Хорошие карикатуристы оказались в эмиграции.

–​ А можно ли сегодня заработать на жизнь, рисуя карикатуры?

– 95% моих рисунков – это портреты людей простых, небогатых. Им ко дню рождения подарка не хватает. Вспоминают за неделю, за два дня, за один день… И тут в памяти всплывает, что есть знакомый художник, находят телефон, я рисую шарж и получаю за это пропитание. Чаще всего деньгами, но бывало и продуктами рассчитывались. Моя мастерская – это квартира, доставшаяся от бабушки с дедушкой. Хватает ли на жизнь? Так всем не хватает. Но прокормиться можно. Именно шаржами и портретами. А карикатуру-то, особенно острополитическую, куда сегодня в России пристроишь и кому продашь?

–​ Вернемся к экспозиции. У вас, на мой взгляд, получилась забавная зарисовка Путина с Трампом...

–​ Да, это карикатура по мотивам "В джазе только девушки", они с Путиным танцуют танго. Трамп там в образе барышни. Он вообще – яркая фигура. И у людей эта веселая картинка вызывает только положительные эмоции. Есть, кстати, еще рисунок, на котором изображена аудиенция Путина у Махатмы Ганди.

Как объекты для карикатур они отвратительны. Большинство вызывают омерзение, от них возникает нечто вроде похмелья. Приходится тщательно мыть кисточки

–​ Насколько представители российской высшей власти, в частности сам Путин, для вас интересны как объект творчества?

– Как объекты для карикатур они отвратительны. Большинство вызывают омерзение, от них возникает нечто вроде похмелья. Приходится тщательно мыть кисточки. Да, есть среди них яркие личности, кто клоунами работает при Путине, типа Жириновского, но основных персонажей рисовать противно и скучно, настолько они невыразительны. Очень уныло все. Я имею в виду именно их медиаобразы, то, что мы знаем о них из интернета, - рассказал в интервью сайту "Сибирью.Реалии" камчатский художник-карикатурист Денис Лопатин.

Лопатин родился в Минске в 1977 году, окончил архитектурно-строительный техникум, получив профессию дизайнера. Затем учился в Белорусском государственном университете культуры, где стал дипломированным искусствоведом. На второй день после завершения учебы по семейным обстоятельствам улетел на Камчатку, где и живет по сей день.