Мир остановился

На кинофестивале «Blick» Института Гете покажут фильмы Харуна Фароки

На большом экране появляется нечеткая зернистая фотография. Едва что-либо можно различить, — лишь чёрные тени на отдалённом белом фоне. Но закадровый текст делает видимым весь запечатленный на ней ужас. Это — аэрофотосъемка Аушвитца. Схваченный в чёрно-белом момент истории. Бараки, газовые камеры, вышки, ряды людей, застывшие то ли в ожидании отправки на работу, то ли смерти. Снимок сделан с одного из самолётов-разведчиков, которые занимались поиском заводов оружейной промышленности в восточной части германского Рейха. «Но они не занимались поиском лагеря, поэтому они его и не нашли», — скажет диктор.

Это — кадр из фильма немецкого режиссера Харуна Фароки «Картины мира и подписи войны», открывший в Москве в минувшую среду, организованный институтом Гёте, кинофестиваль «Blick» («Взгляд»).

Сын индийского врача, Харун Фароки, родился в 1944 году Судетах, а позднее переселился в Западный Берлин, где до своей смерти в 2014 году снял, в общей сложности, 130 фильмов. Сегодня работы Фароки переживают ренессанс. Их демонстрируют на многочисленных фестивалях во всём мире, от Берлина до Владивостока.

У Фароки было сильное тяготение к советским документальным фильмам, в первую очередь его вдохновлял Дзига Ветов. «Фароки, живший в свободной от цензуры Германии, пытался в своих лентах совершенствовать и актуализировать раннее советское кино», — говорит один из организаторов фестиваля Михаэл Бауте.

Недавно Институт приобрел права на все фильмы Фароки. Цель – сделать творчество мастера более доступным. «Невозможно после его фильмов смотреть на мир равнодушно. В зрителе что-то меняется», - говорит ответственная за культурную программу Института Гёте Астрид Веге.

Программа двухнедельного фестиваля, кроме самых выразительных работ Фароки, включает и показ фильмов других режиссеров. Это немецкие, российские и советские картины. В Центре документального кино и в кинозале Третьяковской галереи будут показаны «Замри — умри — воскресни» Виталия Каневского, «Йелла» Кристиана Петцольда, «Но слово «собака» не лает» Бернда Шоха и еще 18 работ Фароки, среди которых — знаменитые «Видеограммы революции» и «Кое-что становится видимым».

Тереза Вайсс