"Жесткое изъятие"

Федеральный центр отобрал у Сахалина большую часть доходов. В нарушении прежних соглашений и без оглядки на интересы региона, область лишают 68 млрд рублей, полученных от нефтегазового проекта "Сахалин-2". Сахалинские власти притом недавно заявили, что им удалось добиться от федерального центра уступок и условия перераспределения налогов будут пересмотрены. Но это неправда: на самом деле Москва забирает миллиарды почти без всяких компенсаций.

Москва намерена пересмотреть схему распределения доходов, поступающих в область от нефтегазового проекта "Сахалин-2". Если раньше регион получал 75% налогов, а 25% шли в федеральный центр, то с 2018 года соотношение меняется: Сахалину оставляют только 25%. За ближайшие три года область потеряет почти 68 млрд рублей.

В этой истории много примечательного: и то, как федеральная власть "раскулачивает" регион, и то, какими способами это делается - внезапно, без всякого согласования с местными властями и вопреки прежним договоренностям.

Сахалинская область сегодня одна из самых быстроразвивающихся и богатых в стране. В ней живет 480 тысяч человек – меньше, чем в Хабаровске или Владивостоке, но по объему иностранных инвестиций, доходам населения, ВВП и прочим критериям Сахалин лидер не только Дальнего Востока, но и всей России. В 2017 году доходы Сахалина приближаются к 130 млрд рублей.

Мы считаем, что это очень жесткое изъятие, и хотели бы предложить все-таки пересмотреть процент

Своими богатствами регион обязан исключительно нефти – отрасль дает 70% доходов бюджета. Нефть на Сахалине добывать стали еще 100 лет назад, с советских времен на севере острова работает компания "Сахалинморнефтегаз" (дочка "Роснефти"). Но настоящее богатство нефтянка стала приносить с приходом иностранных корпораций в начале 90-х годов. Они пришли на Сахалинский шельф на условиях соглашения о разделе продукции (СРП).

Сахалин первый и до последнего времени единственный регион страны, кто воспользовался этим механизмом освоения месторождений. Только недавно на условиях СРП стало осваиваться Харьягинское нефтяное месторождение.

Соглашение о разделе продукции подразумевает, что все расходы по разведке, освоению месторождений инвесторы берут на себя, как и добычу, переработку и транспортировку. Добытые ископаемые считаются собственностью страны, но она не получает доходов, пока затраты оператора проекта не компенсируются нефтью и газом.

На Сахалине период от начала освоения шельфа до поступления доходов занял почти 20 лет. Консорциум "Сахалин Энерджи инвест компании" (СЭИК) организовали компании Shell Sakhalin Holdings B. V. (55%) (дочка нидерландско-британской Royal Dutch Shell) и два японских конгломерата Mitsui Sakhalin Holdings B. V. (25%) и Mitsubishi Corporation (20%). Компания с уставным фондом 100 млн долларов зарегистрирована на Бермудских островах. В 1994 году СЭИКс одной стороны и правительство Российской Федерации и администрация Сахалинской области с другой подписали соглашение о разделе продукции (СРП).

Проект "Сахалин-2" получил Пильтун-Астохское нефтяное месторождение с попутным газом и Лунское газовое месторождение. Подписание СРП проходило через колоссальные трудности. Кроме понятных проблем, связанных с введением нового механизма, руководство области столкнулось тогда с сопротивлением на всех уровнях власти. Многие депутаты областной думы (в те времена региональные парламенты еще имели вес) высказывались резко против "разграбления страны иностранными компаниями". На тех условиях СРП, что предлагались на Сахалине, разрабатывают недра только в странах третьего мира, вроде Анголы, говорили они.

– Проект СРП никогда не даст ожидаемого экономического эффекта, это способ ограбления будущих поколений сахалинцев, – утверждал тогда один из самых ярых противников СРП, депутат сахалинской думы, нефтяник Анатолий Черный.

Противники СРП утверждали, что такая схема унизительна для страны, так как дает инвестору небывалую свободу, фактически освобождает от любого контроля со стороны России и обещает компенсацию абсолютно всех затрат.

И отчасти эти опасения оправдались: инвесторы пользовались СРП на всю катушку. Понимая, что абсолютно любые затраты будут компенсированы, они обрастали иностранными же субподрядчиками и ни в чем себе не отказывали, даже карандаши для офисов закупали за границей за несуразно большие деньги. Время от времени траты инвесторов становились поводами для скандалов, и местные СМИ обсуждали, почему песок для стройки необходимо покупать в Австралии, а обычные лопаты – в США? Неужели поближе нет?

Понаехавшие экспаты могли снимать жилье за любые деньги, и аренда квартир на острове стала недоступна местным. Вот данные Счетной палаты на 1 января 2004 года, "Сахалин Энерджи" заключила договоры аренды трех квартир в Южно-Сахалинске по цене 6 тыс. долларов США в месяц (при этом цена аренды 3-4-комнатной квартиры улучшенной планировки в Южно-Сахалинске сегодня составляет от 250 до 500 долларов в месяц, а аренда коттеджа – от 850 до 1150 долларов в месяц). "Сахалин Энерджи" также арендовала в поселке Смирных трехкомнатную квартиру по цене 767 долларов США в месяц, что превысило существующую рыночную стоимость аренды в поселке в 15 раз".

Смета затрат, составленная в 1994 году, со временем была значительно превышена. И за все в конечном счете нефтью и газом платила Россия.

Но одновременно иностранные инвесторы привозили на остров новейшие технологии. Благодаря им построен первый в России и один из крупнейших в Азиатско-Тихоокеанском регионе завод по сжижению газа. В области появился трубопровод и современные нефтегазовые комплексы. До недавнего времени одна скважина на месторождении Чайво (оператор "Сахалин-1") за сутки добывала нефти больше, чем все сахалинские скважины "Сахалинморнефтегаза" вместе.

А затем иностранные проекты стали приносить стране деньги. Как только начали качать нефть и газ, в бюджет стало выплачиваться роялти – 6% от добытого. В 2014 году, на два года раньше срока (благодаря скачку цен на нефть) "Сахалин-2" вышел на прибыль, и Россия стала получать 32% от дохода консорциума. Тогда от СЭИК Россия получила первый крупный транш.

Сегодня вся нефтяная отрасль дает региональному бюджету 70% доходов, причем именно СЭИК обеспечивает 80% этих поступлений.

Как эти деньги распределяются между Москвой и Сахалином, в СРП "Сахалина-2" не оговаривалось. В Бюджетном кодексе РФ прописали, что 75% будет оставаться в области, а 25% переходить в федеральный центр. Но если договор СРП защищен от изменений в российском законодательстве, то российские законы власть может менять как угодно. Вот она и меняет – с 2018 года Сахалин будет получать только 25% налогов "Сахалина-2". Область недосчитается трети бюджета – 33 млрд рублей. За три года потери составят почти 68 млрд рублей.

Для сравнения: в СРП по проекту "Сахалин-1" (добычу ведет компания "Эксон Нефтегаз Лимитед", дочка американской ExxonMobil) схема распределения средств прописана – в документе закреплено, что 22% от прибыли направляется в бюджет области, а 13% – в федеральный. Добыча нефти по "Сахалин-1" началась в 2005 году и продлится до 2040 или 2050 годов. И все это время схема распределения доходов сохранится – менять ее Москва не может.

В истории с отъемом нефтяных денег странно многое.

Мы готовы делиться, но не так жестко, как это происходит сейчас

Инициатива о пересмотре схемы распределения доходов принадлежит, по крайней мере официально, Минвостокразвития и его главе Юрию Трутневу. Считалось, что у Трутнева и сахалинского губернатора Олега Кожемяко очень тесный контакт. Но получается, министр даже не сообщил губернатору о планах центра отобрать у области большую часть нефтяных доходов, и сахалинские власти верстали бюджет, не подозревая о резком сокращении доходов.

И Кожемяко, и председатель Сахалинского правительства Вера Щербина, и депутаты позднее уверяли, что новость стала для них полной неожиданностью. Об этом же говорит и министр экономического развития региона Сергей Карпенко.

– Для всех это действительно неприятная новость. Попытка побороться будет. Действия нужны на поле Правительства РФ и в Федеральном собрании. За что биться – в тексте поправки в Бюджетный кодекс надо изменить цифры распределения налога между федеральным и региональным бюджетом. Шанс есть. Нужны аргументы, а не эмоции. И да, общественное мнение – важный фактор, – говорит Сергей Карпенко.

Но один из зампредов Сахалинского правительства в приватной беседе с корреспондентом "Сибирь.Реалий" утверждал, что переговоры о деньгах "Сахалина-2" правительство РФ вело с Сахалином больше года. И что региональным властям поначалу удалось отбиться от притязаний федерального центра. В январе 2017 года появилось распоряжение правительства, в котором шла речь о деньгах "Сахалина-2". И вроде бы это распоряжение защищало региональный бюджет.

В конце сентября сахалинские власти еще верили – или делали вид, что верят – в возможность отстоять нефтяные деньги для региона. Вера Щербина улетела в Москву на заседание Совета Федерации, где обсуждался бюджет страны на 2018 год.

– Мы считаем, что это очень жесткое изъятие, и хотели бы предложить все-таки пересмотреть процент. Мы прекрасно понимаем, что планируется повышение заработной платы во всех субъектах Российской Федерации со следующего года, мы готовы делиться, но не так жестко, как это происходит сейчас, – говорила тогда Щербина.

Министр финансов РФ Антон Силуанов, на том же заседании Совфеда объясняя решение забрать деньги, сказал, что область просто не может распорядиться доходами.

– 40 млрд рублей не использованы, лежат на счетах. Деньги, которые мы заберем, пустим на развитие Дальнего Востока, в том числе и Сахалина. Средства будут использованы более эффективно, – ответил он на выступление Щербины.

Справедливости ради, отчасти он прав. В области действительно много денег, которые работали не известно на кого: госструктуры часто, вместо того чтобы инвестировать, вкладывали миллиарды в банк. Куда шли проценты, можно только гадать.

У нас отняли все деньги, и мы умылись. За такое, по-хорошему, губернатору и всем единороссам нужно в отставку уходить

– Создана Корпорация развития Сахалина, которой из регионального бюджета выделили 50 млрд рублей. Худо-бедно вложили в дело 5,2 млрд. А остальные – на счетах. У нас нет документов, регламентирующих использование процентов. И Контрольно-счетная палата после проверок просто констатирует: есть проценты. На что истрачены, уже дело десятое. Вот, например, Сахалинская нефтяная компания получила из бюджета 580 млн рублей. Прокрутила в банке. Получила 19 млн в качестве процентов. И купила квартиры в модном жилом комплексе, – рассказывает депутат облдумы прошлого созыва Галина Подойникова.

Впрочем, на Сахалине версия о том, что на месте не могут распорядиться своими средствами, не популярна. Депутаты Сахалинской думы подготовили и отправили в Москву отрицательное заключение на решение пересмотра схемы. Они указывали, что область потеряет более трети доходов и придется сокращать 25 социальных и инвестиционных программ.

Сахалинцы были уверены, что время побороться еще есть. Ведь для того, чтобы перераспределить доходы СРП, требуется предварительно внести изменения в Бюджетный кодекс. Для этого их нужно было принять в Государственной думе.

Но 27 октября Госдума в первом чтении принимает бюджет страны, и оказалось, он сверстан с учетом того, что федеральный центр получит 75% налогов "Сахалина-2". Поправки в Бюджетный кодекс на тот момент еще не были приняты.

Примечательно, что в тот же день, 27 октября, в СМИ широко разошлась новость, что Олегу Кожемяко удалось отстоять часть сахалинских денег. Что, в 2018 году региону компенсируют потери 33 млрд рублей субсидиями, а в 2019-м схема будет выглядеть как "50 % доходов от СРП – Сахалину, 50 % – центру". Якобы об этом договорились на совещании у Юрия Трутнева, на котором присутствовал и глава Минфина РФ Антон Силуанов. Но в тексте протокола совещания нет ни слова про разделение "50 на 50", а что касается компенсаций за 2018 год, то сказано, что возможно субсидирование программ в сумме до 15 млрд рублей.

Откуда взялись данные победных релизов, непонятно.

– Да кого мы обманываем? Нет никаких 50%, нет никаких компенсаций. У нас отняли все деньги, и мы умылись. За такое, по-хорошему, губернатору и всем единороссам нужно в отставку уходить, – сказала депутат облдумы, член КПРФ Светлана Иванова 2 ноября на заседании регионального парламента.

Накануне, 1 ноября вечером, депутатам прислали проект федерального бюджета с предложениями внести поправки. Поправки требовалось подготовить, утвердить и внести менее чем за сутки, до 3 ноября. Депутаты делать этого не стали – это была заведомо невыполнимая задача. Но часть из них настаивала на том, что на этот проект нужно снова направить отрицательное заключение, чтобы как минимум выразить недовольство сахалинцев. Большинство, однако, отказалось это делать.

Потом стало известно, что днем позже, 3 ноября, на официальном бланке облдумы, за подписью председателя Андрея Хапочкина в адрес спикера Госдумы Вячеслава Володина ушло письмо, в котором сказано, что "полагаем возможным согласиться с проектом Федерального закона №274618-7 "О федеральном бюджете на 2018 и плановый период 2019 и 2020 годов" в редакции, предусматривающей покрытие части выпадающих доходов Сахалинской области за счет предоставления субсидий за счет федерального бюджета".

Когда история с письмом Хапочкина вскрылась, депутаты восприняли его как предательство и отправили уже свое обращение к Володину. Тем более и повод для обращения был веский – подтасовка при принятии поправок в Бюджетный кодекс.

Дело в том, что проект федерального закона № 235903–7 с названием "О внесении изменения в статьи 6, 56 и 611 Бюджетного кодекса Российской Федерации" был внесен в Госдуму 18 октября. По закону поправки перед первым чтением обсуждают в регионах, и местные депутаты могут внести свои предложения. Претензий к тексту у сахалинцев не было. Но ко второму чтению в проекте закона № 2437−7 появились поправки, которые концепцию кардинально поменяли. Но по закону поправки второго чтения регионалы не обсуждают.

"В законопроект внесены изменения, приостанавливающие с 1 января 2018 года до 1 января 2021 года действие абзаца четвертого статьи 50 и абзаца третьего пункта 2 статьи 56 Бюджетного кодекса и устанавливающие на 2018–2020 годов нормативы отчислений налога на прибыль по проекту "Сахалин-2" для федерального бюджета – 75 процентов и для бюджета субъекта – 25 процентов. Сахалинская областная дума выражает свое несогласие с принятыми поправками и обращает внимание на недопустимость в дальнейшем принятия ключевых для субъектов решений путем внесения поправок в законопроекты ко второму чтению без согласования с субъектами права законодательной инициативы в Государственной думе. Считаем, что исключение Сахалинской областной думы из законодательного процесса по рассмотрению проекта федерального закона № 235903−7 является нарушением права законодательной инициативы и права субъекта на отстаивание своих интересов", – говорится в письме депутатов облдумы в Госдуму.

Ну а спикеру Хапочкину пришлось оправдываться за свое письмо с одобрением решения Москвы.

– Переговоры с федеральным центром проходили на всех возможных площадках, дебаты и обсуждения проходили очень сложно. И для того, чтобы достичь компромисса, законодательная и исполнительная власти региона должны были показать, что готовы идти навстречу федеральному правительству.

Понимая, что счет идет на минуты, я от своего имени – за несколько минут до решающего совещания в Правительстве РФ – отправил письмо в адрес председателя Государственной думы. Таким образом, был достигнут компромисс и вместо "нуля" мы вернули в областной бюджет половину от "сахалинских" 33 миллиардов, планируемых федеральным правительством в 2018 году на развитие других регионов страны. И если мое письмо помогло вернуть в бюджет Сахалинской области 16,8 млрд рублей, я готов повторить его еще раз, – сказал Андрей Хапочкин.

Опытные депутаты уверены, что Хапочкин, занявший место председателя думы два месяца назад, не мог написать письмо без санкции сверху. Но отвечать за него придется именно ему. Тем более, возможно, область не увидит и обещанных 18 млрд рублей.

– Субсидии федерального бюджета – это не некая кучка денег, которую отложили для Сахалина и она лежит, пока не понадобится. Распределение субвенций четко регламентирует постановление Правительства РФ от 30 сентября 2014 г. №999 "О формировании, предоставлении и распределении субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации". По нему, чтобы получить деньги, область должна выполнить два условия: во-первых, представить проект или программу, под которые нужны деньги, а второе – софинансирование. Теоретически выполнить эти условия можно, но на деле это крайне сложно, а в нашем случае, когда до конца года считаные дни, и вовсе невыполнимо. За несколько недель область должна не только представить проект, подходящий под строгие требования центра, но и найти под него деньги в области, когда бюджет уже сверстан, – говорит Галина Подойникова.

В области уже почти не обсуждается вариант, что деньги СРП вернутся в область. Хотя бюджет области на 2018 год сверстан без учета необходимости экономить, хотя расходы сохранились на уровне 2017 года. Ну а дальше придется сильно экономить: доходы Сахалина на 2019 год ранее были запланированы на уровне 72,7 млрд рублей. Но Москва заберет порядка 17 млрд рублей. Чтобы понимать уровень ущерба для регионального бюджета, нужно знать, что это столько, сколько в 2017 году направляли на социальную поддержку населения. 16,1 млрд – затраты на госпрограмму развития образования, 16,4 млрд – программа поддержки здравоохранения на 2017 год. Фактически Сахалин остается без финансирования целых отраслей.

Но почти все понимают: во всей области в четыре раза меньше избирателей, чем в одном Новосибирске. В преддверии выборов президента России это имеет куда большее значение, чем планы маленького региона на его собственные деньги.