Врачи зовут чахотку «болезнью хандры» и социальным заболеванием, а обычные люди вспоминают о ней, разве что когда смотрят «Травиату» в оперном театре. Со времен Дюма она не только не отстала от человечества, но и научилась обходить лекарства, а также здравый смысл — рука об руку с ней идут антипрививочники и ВИЧ-отрицатели. Почему туберкулеза в Сибири много и как им не заболеть — в материале Тайги.инфо.

«Ребенок начал кашлять кровью»

Туберкулез — инфекционное заболевание. Его причина — туберкулезная палочка (бацилла Коха или микобактерия туберкулеза). Попав в организм, она начинает разрушать его изнутри. Пострадать могут различные органы: глаза, кожа, кости, суставы. Но чаще всего — легкие. Микобактерии туберкулеза очень живучие. Они долго остаются опасными в окружающей среде, особенно во влажных и запыленных помещениях.

«О том, как помочь близкому вылечить туберкулез». Разработано НГОО «Гуманитарный проект»

«Летом я привезла сына в лагерь. Оказалось, что одному из мальчиков справку о том, что в лагерь ему можно, дал гомеопат, — рассказывает жительница Новосибирска Татьяна. — Его мама начала давить на администрацию лагеря, чтобы они непременно взяли туда ребенка. Поскольку это было довольно громко, я так же неприкрыто сказала, что, если увижу ее ребенка тут, напишу на лагерь заявление. Мама ушла, матеря меня и руководство лагеря, но администрация, кажется, вздохнула с облегчением».

Татьяна всерьез испугалась, что рядом с ее сыном будет жить ребенок, который не прошел диагностику на туберкулез (ТБ) и не получил заключение фтизиатра, а не гомеопата. Опасения были небеспочвенны: за несколько лет до этого туберкулезом заболел одноклассник ее сына.

«В началке у всего класса внезапно начала прирастать Манту, и всех стали отправлять на дообследования. А потом у мамы, которая была очень ярой антипрививочницей, ребенок начал кашлять кровью, — объясняет Татьяна. — В результате ребенка положили в туберкулезный стационар, где ему убрали долю легкого и пролечили. Ну, и мой сын как контактный в течение года получал изониазид».

По словам собеседницы Тайги.инфо, семья одноклассника, заболевшего ТБ, была «хорошей и приличной», но мама заболевшего мальчика забрала его из класса, назвав других родителей «злобными людишками».

«Мораль у этой истории такая: туберкулеза много, и невозможно утверждать, что, раз ты хорошо живешь сейчас, у тебя все нормально и более или менее здоровый с виду ребенок, то ты его не подцепишь. Если ты отказываешься от любого вида диагностики, то это во вред в первую очередь тебе и ребенку», — уверена Татьяна.

Под ударом оказались и другие дети, которые, столкнувшись с туберкулезом так близко, принимали довольно тяжелые препараты в качестве профилактики.

«Мы пострадали из-за того, что она не хотела делать ребенку Манту, посещать фтизиатра. Если бы она это сделала, у него, скорее всего, осталось бы легкое, потому что его бы пролечили гораздо раньше, а мы бы не пили химиотерапию, — говорит собеседница Тайги.инфо. — Это было неприятно, долго, у моих детей и так были проблемы со здоровьем, а мы вынуждены были дополнительно нагружать организм».

«Мораль такая: туберкулеза много, и невозможно утверждать, что, раз ты хорошо живешь, то его не подцепишь»

Группа антипрививочников, которые кроме вакцинации отказываются еще и от пробы Манту, насчитывают в мессенджере Whatsapp сотни человек, объединяются они и во «Вконтакте», и в «Одноклассниках». Ставить прививки и вообще что-то вводить детям они не хотят по убеждениям, а посещать детские сады и школы хотят, поэтому ищут способы, избежав уколов, получать образовательные услуги в организованных детских коллективах.

Свои отказы от пробы Манту и других диагностических процедур родители обосновывают тем, что их дети не относятся к группам риска (не находятся в контакте с больными туберкулезом), а от похода к фтизиатру отказываются, потому что у детей не наблюдается симптомов туберкулеза. При этом родители напирают на то, что право ребенка на образование закреплено Конституцией.

«Считаю недопустимым нарушение конституционного права моего здорового ребенка на дошкольное образование, а также нарушение принципа добровольности противотуберкулезной помощи сотрудниками медицинского учреждения, требующими посещения фтизиатра для посещения детского сада/школы», — написано в «рыбе» отказа от туберкулиновых проб, ссылка на которую пересылается из чата в чат.

Те, кто по каким-то причинам отказывается от Манту, могут бесплатно пройти диаскинтест и/или рентген, или же сдать кровь на ТБ (платно). Если же все способы диагностики не по душе родителям, то и в этом случае право на образование у их детей остается в силе, только в организованных детских коллективах им не очень рады. «Хотите учиться — ради бога, — говорит Татьяна, — но тогда не в школе, есть же домашнее образование».

«Принимают ребенка, каким создала его природа»

Когда в помещении рядом кашляет, чихает или даже дышит больной с открытой формой туберкулеза, зараза остается в воздухе несколько часов. Основной путь заражения — через воздух, от больного человека к здоровому. В большинстве случаев, если у человека хороший иммунитет, вдыхание палочек Коха не приводит к болезни. Однако спустя месяцы и даже годы, если иммунитет ослабнет после другой болезни, плохого питания или стресса, бактерии туберкулеза могут начать размножаться. Тогда развивается активный туберкулез.

«О том, как помочь близкому вылечить туберкулез»

«Чтобы у ребенка выработался приобретенный иммунитет к туберкулезу, ему в три дня в роддоме по показаниям проводят вакцинацию БЦЖ либо БЦЖ-м. Ставится не человеческая микобактерия туберкулеза, а чистый вакцинный штамм. Заразить туберкулезом ребенка таким образом нельзя. Вакцина ставится внутрикожно, микобактерия туберкулеза с током крови проходит по всему организму, и начинается выработка иммунитета», — объясняет главный детский фтизиатр Новосибирской области Инна Егошина.

Дети, вакцинированные БЦЖ, все равно могут заболеть, но это, говорит врач, будет не туберкулезный менингит и не те формы, от которых умирают. «Мы, конечно, должны в первую очередь работать на профилактику, а не на лечение», — подчеркивает Егошина, и диагностика — проба Манту, диаскинтест, флюорография, в зависимости от возраста детей — важная часть профилактики.

В 2015 году в Новосибирской области заболели ТБ 159 детей до 17 лет, в 2016-м — 128, но на фоне небольшого снижения показатель заболеваемости по Новосибирской области все равно выше, чем в среднем по России, практически в два раза. Около 30% заболевших детей не были вакцинированы из-за противопоказаний, родители 6–7 детей отказались от вакцинации.

При подозрении на ТБ ребенок поступает в стационар, где врачи определяют, туберкулез ли это, и если диагноз подтверждается, начинается лечение. Если микобактерия оказывается без лекарственной устойчивости, лечение продолжается 6–9 месяцев, если со множественной лекарственной устойчивостью — примерно полтора года.

В случае с одноклассником сына Татьяны, болезнь обнаружили, когда она зашла уже далеко — на этапе кровохарканья, но вообще она никак себя не проявляет довольно долго, особенно у детей.

«Это у взрослого начинается слабость, а у ребенка такого нет. жаловаться люди начинают, когда уже тяжело больны»

«У туберкулеза нет симптоматики, и мамы говорят, что не видят симптомов, поэтому не будут делать тесты. Это у взрослого начинается слабость и недомогание, а у ребенка такого нет, он как бегал, так и бегает. Жаловаться люди начинают тогда, когда уже тяжело и глубоко больны, — объясняет главный фтизиатр Новосибирской области Дмитрий Степанов. — Чтобы обнаружить болезнь пораньше, когда и вылечить ее проще, применяются все эти методы обследования».

Возможность передачи инфекции в детских коллективах намного выше, чем во взрослых, говорят врачи. Те 128 детей, заболевших туберкулезом в прошлом году, не учились в одной школе или одном саду, говорит Степанов. Если представить, что по одному ребенку приходилось на группу или класс, то в зоне непосредственно риска заболеть туберкулезом — болезнью, которой, по распространенному в обществе, но ложному убеждению, подвержены разве что заключенные тюрем — тысячи социально адаптированных детей. Ученые и медики десятки лет пытались взять под контроль чахотку (и не только ее), чтобы в XXI веке эпидемию снова начали подогревать непуганые мамы-антипрививочницы, иронизируют специалисты.

«Говорят, что прививки нас защищают. Но правда это или миф? БЦЖ и вовсе странная прививка, — пишет, например, популярный блогер и женский коуч Ольга Валяева. — Есть два типа людей — мне многие гомеопаты об этом рассказывали. Есть те, кто предрасположен к туберкулезу. Они могут заболеть. Но прививка дает такой эффект, что у этих детей начинается туберкулез костей, туберкулез тканей и так далее. Т.е. для них прививка провоцирует болезнь. А есть те, кто никогда не заболеют. И им прививка не нужна. В чем тогда смысл? Наше повреждение началось именно с БЦЖ».

«ВСЕ ВАКЦИНЫ составлены и работают по одному принципу, они подавляют иммунную систему и содержат вредные и токсичные компоненты, чуждые организму человека. Но как же может ослабленная иммунная система выработать иммунитет к болезни? Это случай пробы Манту! — а это блог на baby.ru. — Ведь это не прививка, и после нее НЕ ОБРАЗУЕТСЯ иммунитет к болезни, хотя прививаемый вирус туберкулеза достаточно силен. Выходит, что виной тому — оглушенная иммунная система, временно не способная создать иммунитет!»

Против БЦЖ, пробы Манту, диаскинтеста и рентгена выступают не только процитированные выше последователи Валяевой, но и представители религиозных течений и сект. Свою позицию они довольно емко формулируют сами: «Антипрививочники — это родители, которые принимают своего ребенка таким, каким создала его природа».

Вопрос госбезопасности

Когда в семье появляется больной туберкулезом (независимо от формы заболевания), контакт ребенка с этим родственником нужно немедленно прекратить. Ребенок должен быть поставлен на учет у фтизиатра. Иммунитет у детей гораздо хуже, чем у взрослых, и риск заразиться туберкулезом очень высок.

«О том, как помочь близкому вылечить туберкулез»

«Откуда ноги этого движения растут? Я думаю, это информационная война, и это делается, чтобы сделать восприимчивым наше население ко множеству болячек, но этим занимаемся уже не мы — это вопрос госбезопасности», — уверен фтизиатр Степанов. Он не считает, что антипрививочников нужно наказывать, но сожалеет, что людям недостает просвещения.

В противостоянии родителей, которые вакцинируют детей и проходят диагностику, и антипрививочников последние находятся в более уязвимой позиции, поясняет он.

«Если вы спрашиваете, законны ли отказ от прививок и от посещения фтизиатра — да все законно, это их право, — подтверждает врач. — Как человек живет и как умирает — закреплено Конституцией. Это же касается и детей. Но как только родители хотят, чтобы их ребенок пришел в организованный детский коллектив, вступает в силу иные законы, которыми государство защищает социум от инфекций».

В Конституции РФ написано: «Граждане имеют право на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека» (статья 8) и «Граждане обязаны не осуществлять действия, влекущие за собой нарушение других граждан на охрану здоровья и благоприятную среду обитания» (статья 10). Именно поэтому непривитым и отказывающимся от посещения фтизиатра медики не рекомендуют посещать организованные детские коллективы без обследования, а не запрещают обучаться вообще.

Кроме того, родители имеют право узнать, с кем учится их ребенок, направив в администрацию школы запрос, есть ли в классе или в смене ученики (без фамилий и персональных данных), которые не прошли диагностики и допущены в школу, и решением суда вывести их из организованного детского коллектива.

Но вообще дети — это лицо заболеваемости туберкулезом взрослых, отмечает Степанов, и если в семье есть больные взрослые, вероятность заболевания детей возрастает многократно.

«Врачи бегают за больным»

Если выявлен туберкулез легких, в мокроте найдена туберкулезная палочка (это называют открытой формой), врач предлагает начать лечение в больнице. Надо соглашаться! Таким образом снижается риск для остальных членов семьи. Это важно по нескольким причинам: в стационаре проще привыкнуть к препаратам и справиться с побочными эффектами; в больнице гораздо проще правильно принимать лекарства, не допуская перерывов; в больнице проще соблюдать режим питания и отдыха, отказаться от алкоголя и наркотиков; в больнице проще контролировать состояние организма. Если добросовестно выполнять рекомендации, обычно уже через два месяца терапии выделение бактерий прекращается, и можно продолжить лечение дома.

«О том, как помочь близкому вылечить туберкулез»

После своего двадцать девятого дня рождения Анна (имя изменено по просьбе героини — прим. Тайги.инфо) почувствовала себя плохо, появилась слабость, на пустом месте возник сухой кашель.

«Я знала, что в Новосибирске превышен эпидпорог по туберкулезу поэтому решила сделать снимок, на котором уже были минимальные изменения, но их не заметили, — говорит Анна. — В течение двух недель состояние ухудшалось, и после пересмотра снимка сделали еще один, где уже были явные патологические изменения. Мне сделали бронхоскопию и сразу сказали, что это туберкулез».

Первой реакцией был шок: она понимала, что впереди — тяжелое лечение и вырванность из жизни. Когда диагноз подтвердился, Анна сразу позвонила всем друзьям, с кем контактировала в последнее время, чтобы предупредить их. Коллеги по работе тоже узнали сразу.

«Был большой страх перед множественной лекарственной устойчивостью (МЛУ). К счастью, у меня оказался лекарственно-чувствительный туберкулез, поэтому я лечилась первым рядом препаратов, это очень быстро дало результат, — вспоминает собеседница Тайги.инфо. — Но рядом со мной лечились ребята с множественной и широкой лекарственной устойчивостью, это лечение длится два года, из них интенсивная фаза — минимум восемь месяцев. Многие долгими месяцами лежали в стационаре, переносили неприятные процедуры и операции. Им, безусловно, было тяжелее, тем более, лечение вторым рядом препаратов более токсично».

В туберкулезной службе Новосибирска — несколько учреждений как регионального, так и федерального подчинения. Анна сразу хотела попасть в НИИ туберкулеза: «там еще можно жить более-менее нормально», а в областных стационарах, по ее словам, можно столкнуться с соседями по палате в активном употреблении алкоголя или наркотиков, что очень нервирует. Немотивированные пациенты часто срываются с лечения, залог успешности которого — непрерывность: пить нужно все препараты, выписанные врачом, в полном объеме и регулярно, как и проходить все назначенные обследования.

130389 Наноаэрозоль от туберкулеза изобрели сибирские ученые****

«По закону всю люди с активной формой туберкулеза должны находиться в больнице. Тот, кто хочет вылечиться, сам приходит и лечится, хотя бы доходит до состояния, когда он больше не заразен. А уходы из стационаров свойственны наркоманам, бомжам, алкоголикам, социально не адаптированным гражданам, — говорит главный фтизиатр области. — Поэтому статья №77 о принудительной госпитализации в федеральном законе появилась не зря. Ни про какую больше болячку в законодательстве не прописана принудительная госпитализация. Туберкулез — это единственная болезнь, при которой врачи бегают за больными: будь добр, лечись. Мы его заставляем лечь в больницу, он убегает, мы его с милицией привозим, он полежит два дня — и снова в бега».

Анна отчасти понимает тех, кто отказывается лечиться: и бывших заключенных, не очень хорошо устроенных в жизни, и тех, кто относит себя к обычным, в меру успешным людям. «Туберкулез — опасная и распространенная болезнь, и страх перед длительным лечением и необходимостью долгое время лежать в стационаре может отвращать людей от лечения, — считает она. — Особенно, к примеру, одиноких матерей, которым не с кем оставить детей».

Для нее болезнь прошла относительно без последствий, никак не отразилась на отношениях с семьей и близкими, не сказалась на работе, не считая 11-месячного листка нетрудоспособности: «Конечно, близкие за меня переживали. К счастью, никто не заразился. В больнице я провела 4,5 месяца, через два месяца стали отпускать на выходные, когда перестала быть бактериовыделителем. Потом семь недель была в санатории. Психологическая поддержка в период лечения очень нужна, но, по-моему, ее нигде нет».

Среди проблем заболевших Анна называет диагностику самой формы ТБ (открытой или закрытой формы, наличие МЛУ/ШЛУ), перебои с препаратами второго ряда для лечения лекарственно-устойчивого туберкулеза, с которыми сталкивались ее друзья, и отсутствие адекватной психологической поддержки. Многие ее коллеги по несчастью оказались вырваны из семьи, кто-то приехал из чужого города и несколько лет лечился в Новосибирске один, у кого-то просто гораздо тяжелее протекало заболевание и мучили тяжелейшие побочки.

Всем пациентам фтизиатрической службы важно снизить тревожность, понять, что лечение, если выполнять все назначения врача, — процесс длительный, но это не навсегда. Получить такую поддержку у профессионала в стационаре зачастую невозможно. За ней пациенты приходят друг к другу.

«Лекарства — не конфетки, а тубдиспансер — не сказка»

Вашему близкому человеку во время лечения туберкулеза очень важна психологическая поддержка, она поможет вовремя начать и закончить лечение, справиться с трудностями, которые могут проявиться в процессе.

«О том, как помочь близкому вылечить туберкулез»

«Когда я заболела, то вообще не знала, что делать. Например, когда мы с родителями думали, где я буду лечиться, то решили, что я вернусь из Москвы в Хабаровск, потому что дома они смогут меня поддержать, — вспоминает активистка Ксения Щенина. — Если бы мы знали, что кроме тубдиспансеров есть НИИ, куда можно лечь, то, конечно, обратились бы туда. А тогда мы рассматривали вариант поехать в Южную Корею — на Дальнем Востоке это один из вариантов. Потом тоже побоялись, что это далеко от дома».

Она узнала о диагнозе в 2008 году, а первый опыт связанного с ней активизма случился уже в 2009-м. Ксения лечилась вместе с женщиной из Комсомольска-на-Амуре, у которой было трое детей, открытая форма туберкулеза с множественной лекарственной устойчивостью и не было официальной работы до болезни.

«Ей некому было отдать детей, она уехала лечиться, денег не стало, некому было их кормить. Она очень боялась за них, стала уходить на подработки из больницы, — вспоминает Ксения. — И я начала ей помогать, доставать детские вещи, потом, по счастью, ее детей взяли в детский диспансер наблюдаться по контакту. И это один из многих примеров, почему в частной жизни у многих обычных людей есть причины, по которым они не могут себе позволить долго лечиться».

В лечении, говорит Ксения, было много пугающего: и побочки от лекарств, и страх операций, и восстановление после них. Часто врачи на жалобы отвечали: «Это не конфетки, а ты думала, в сказку попала?» С другой стороны, если бы все прошло гладко, она не стала бы активистом.

«Но даже при легкой форме, когда пьешь химиотерапию, ты слабый, ты не можешь нормально функционировать, — добавляет она. — Я видела много мужчин в стационаре, которых ситуация сломила. Женщины это легче переносят, правда, в хирургии я насмотрелась на кучу народа, кто был не из Хабаровска, а из Хабаровского края. Женщины лежали по полгода, потому что не могли уехать домой, и они никогда не сознавались родным, где они. „Муж узнает — выгонит“».

Осознать уровень стигмы было жутко, признается Ксения. «Если сравнивать с ВИЧ, то про него уже более менее знают, как он передается, а про ТБ все еще думают, что, раз ты оказался с больным туберкулезом в одном помещении, то сразу заболел. А это не так».

Есть две общественно-значимых истории, к которым Щенина причастна: организация TBpeople — активисты из разных стран, цель которых глобальна — менять законодательство по туберкулеза, и русскоязычное сообщество «Вконтакте» «Туберкулез: поддержка и ответы» с подзаголовком «Болеть не стыдно».

«Женщины лечились по полгода и никогда не сознавались родным, где они: муж узнает — выгонит»

«У нас одиннадцать админов, которые сами болели: это врачи, психологи, даже провизор, который сечет в лекарствах, как боженька. В нашей группе поддержки куча людей, которые просто ее читают или вступают под анонимными аккаунтами, потому что не хотят светиться с диагнозом, — объясняет Щенина. — Если встречаются тяжелые случаи заболевания, мы советуем, как обратиться в ближайшее НИИ, что делать, если у человека есть вопросы по лечению или трудности на работе из-за диагноза, и что делать когда перебои с лекарствами». С последним очень помогает «Пациентский контроль» и проект «Перебои.ру».

В группу пишут не только сами пациенты, но и родственники. Например, на днях: «Добрый день. Люди скажите у кого так было, у брата МЛУ, в правом легком динамика хорошая, но на левом появилось мягкие очаги. Как вы лечились? и что теперь будет?»

И Ксюша отвечает: «Правильно я понимаю, что вы очень переживаете за брата и ваш главный вопрос, будет ли с ним всё хорошо? Лечение продолжат то же, что и было, пока идет положительная динамика. Вы пробовали обратиться к психологу? Это можно и онлайн сделать. Просто, если сможете принять свою тревогу и то, что брат болеет, вы и ему в том числе сможете лучше помочь. Узнать подробности лечения других людей с ТБ сейчас — не лучший вариант. Брату это не поможет, а тревожность вырастет. Если хотите, у нас есть группа психологической поддержки, она закрытая, поэтому там можно написать всю историю, не скрывая чувств».

Иногда этого достаточно, чтобы успокоить, а где спокойствие — там и выздоровление.

«Как только ухудшается жизнь, туберкулез сразу поднимает голову»

Когда вы живете или общаетесь с больным открытой формой туберкулеза, ваш организм подвергается постоянным атакам, может наступить момент, когда организм не справится с натиском и не сможет успешно сопротивляться инфекции. Развитию туберкулеза способствуют: стресс, физическое перенапряжение, алкоголизм, наркомания, токсикомания, курение, неполноценное питание, болезни, ослабляющие организм.

«О том, как помочь близкому вылечить туберкулез»

«В Сибири и на Дальнем Востоке заболеваемость туберкулезом исторически повышенная. Например, если в европейской части царской России встречались с туберкулезом и некий иммунитет был наработан, то Якутия была стерильна. Когда туда стали приводить каторжан, шедших всю дорогу пешком, в тяжелейших условиях и очень тесном контакте, весь регион полыхнул, — говорит главный фтизиатр Новосибирской области Степанов. — Так же он пришел и в Сибирь: здесь суровые природные условия, питание дороже, социальные услуги труднодоступны, больше стрессов. Туберкулез ведь социальная болезнь: как только ухудшается жизнь населения, он сразу поднимает голову».

К тому, что все мы — просто маленький домик для микобактерий туберкулеза, надо относиться спокойно, считает врач, просто нужно выявлять это на ранних этапах. Борьбе с туберкулезом должно помогать и снижение стигмы, ведь человек, боящийся признаться, что он болен, будет с высокой вероятностью избегать лечения, а значит, станет маленьким двигателем эпидемии. Они нуждаются не только в медицинской, но и социальной помощи. В Новосибирске пациентам тубдиспансеров даже предлагают продуктовые наборы в процессе лечения.

«В 2016 году в Новосибирской области заболеваемость стала ниже сотни на 100 тыс. населения. Все, что выше этого — эпидемия. Можно сказать, что сегодня по заболеваемости мы ниже порога эпидемии», — радуется Степанов, но добавляет, что растет заболеваемость ВИЧ, который подавляет иммунитет, и поэтому растет количество больных с впервые выявленным туберкулезом, сочетанным с ВИЧ.

137274 ЖЕНЩИН В НОВОСИБИРСКОЙ КОЛОНИИ НЕ ЛЕЧАТ ОТ ВИЧ И ТУБЕРКУЛЕЗА

Новосибирская область, по его словам, одна из немногих целенаправленно выделяет деньги на профилактику туберкулеза среди ВИЧ-положительных: «Это значит, что людям с ВИЧ мы начинаем, при определенных показателях, давать противотуберкулезные препараты профилактически, чтобы на корню убить микобактерию, при этом они получают лекарства в Центре СПИД. В нашу общую сеть им нельзя ходить: как только он со своим иммунитетом встретится с больным туберкулезом, он тут же заболеет».

«Сейчас каждый третий впервые выявленный больной — это ТБ+ВИЧ. ВИЧ же тоже не имеет никакой симптоматики, — объясняет Степанов. — И ТБ по симптомам в таком случае проявляется раньше в связи с отсутствием иммунитета: кашель, кровотечения, изменения в легких. Вполне вероятна ситуация, что туберкулез как таковой исчезнет, скорее всего, году к 2020–2025, и будет только ТБ+ВИЧ».

Стратегия ВОЗ по ликвидации туберкулеза 2016–2035, одобренная Всемирной ассамблеей здравоохранения в 2014 году, призывает сократить к 2030 году количество случаев смерти от ТБ на 90% и показатель заболеваемости им на 80% по сравнению с 2015 годом, когда туберкулезом во всем мире заболели 10,4 млн человек.

<span id="selection-marker-1" class="redactor-selection-marker"></span>

Победить туберкулез возможно только при объединении усилий стран по всему миру, заявил президент РФ Владимир Путин на открытии глобальной министерской конференции Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), которая закончилась 17 ноября. «Президент Российской Федерации говорит о туберкулезе. С сегодняшнего дня говорить о туберкулезе с высокой трибуны больше не зазорно, — прокомментировал слова президента руководитель Евразийской сети людей, перенесших туберкулез, TBpeople Тимур Абдуллаев. — Если хотите, это конец политической стигматизации туберкулеза».

Текст: Маргарита Логинова
Фото: Кирилл Канин, Анастасия Кораблева, Наталья Гредина, facebook.com/tbpeople, pixabay.com