«Персимфанс»: импорт-экспорт

14 декабря в Москве произойдет достопримечательнейшее событие: в зале Чайковского выступит сводный оркестр, состоящий из небезызвестного партизанского коллектива «Персимфанс» и Дюссельдорфского симфонического оркестра. Дирижера, естественно, не будет.

Московский концерт — вторая серия проекта, который затеяли харизматичный Петр Айду, воскреситель исторического Первого симфонического ансамбля, и отважный импресарио Рафаэль Шварцштейн, а поддержали не менее героические руководители дюссельдорфского концертного зала «Тонхалле» — директор Михаэль Бекер и заведующий отделом художественного программирования (в Германии эта должность именуется «драматург») Уве Зоммер-Сордженте. Не сочтите за name-dropping: как всегда в случае незаурядных акций, все держалось на личном энтузиазме зачинщиков и деятельной поддержке Гете-института. А два подряд концерта с сочинениями Майзеля, Вышнеградского, Мосолова и других абсолютно неизвестных немецкой публике авторов периода с 1917 по приблизительно 1932 год (когда был распущен исторический «Персимфанс») — радикальный шаг со стороны музыкального менеджмента в буржуазно-респектабельном Дюссельдорфе.

Оговоримся сразу: и был им успех. Благо подвернулись такие инфоповоды, как столетие, как ее называют в Германии, «русской революции», а заодно юбилей партнерства между городами Дюссельдорф и Москва.

Оба вечера прошли под общим программным девизом «Саунд утопии» 7 и 8 октября. Им предшествовал трехдневный репетиционный период, в ходе которого надлежало впрячь в одну музыкальную телегу оркестрантов «Дюзи», как сокращенно именуют дюссельдорфских симфоников, и горячих парней и девчат из «Персимфанса» (Петр Айду описывает свой проект как «отряд музыкальных партизан», выбегающих из лесу для реализации музыкального набега, а затем снова исчезающих в чаще). «Дюзи» же просчитывают, как и все штатники немецких оркестров, свои усилия в сменах и сверхурочных. Репетиции протекали бурно, особенно волнующими были для немецких музыкантов решительные руководящие действия контрабасиста Григория Кротенко. «Как бы струны не порвал», — делились со мной своими опасениями немецкие музыканты, которым сперва было непросто смириться с ролью ведомых. Причем ведомых не дирижером.

На повестке дня была зарплата Герхарда Шредера в новой должности председателя совета директоров «Роснефти». Зарплата хорошая.

Потом все как-то нашли общий язык на почве общей любви к импровизации, и концерты прошли на ура. Первый концерт в субботу, 7 октября, мог бы вместить и на несколько десятков больше слушателей (что, впрочем, не редкость для цикла «Супернова», в рамках которого проходил этот проект). Зато во второй день, в воскресенье, в сферическом зале «Тонхалле» (когда-то здесь была, кстати, обсерватория) яблоку негде было упасть.

Отчасти успеху второго концерта способствовал популярный кабареттист Кристиан Эринг в качестве ведущего. Эринг регулярно проводит воскресные концерты в Дюссельдорфской филармонии и развлекает публику как занятными рассказами об исполняемой музыке, так и шутками на актуальные и не относящиеся к музыке темы. Так, 8 октября на повестке дня была зарплата Герхарда Шредера в новой должности председателя совета директоров «Роснефти» — в некотором смысле еще одна русско-немецкая тема. Зарплата хорошая. Скетчи же на ее тему с музыкой русского авангарда сочетались плохо. Зато Кристиан Эринг выучил и очень душевно прочитал стихотворение Крученых «Дыр бул щыл», элегантно предварив «Прасонату» немецкого дадаиста Курта Швиттерса. Все вместе именовалось «Вводный курс в мировую революцию».

Проект получил исключительно широкий для такого события резонанс в немецкой прессе. Вот несколько цитат.

Газета Frankfurter Allgemeine Zeitung, Керстин Хольм:

«Музыка нашего общества без дирижерского диктата

Ленин играет на контрабасе: русский ансамбль “Персимфанс”, играющий принципиально без дирижера, привез в Дюссельдорф музыку революции.

Визит революционного московского оркестра “Персимфанс” содержал сразу ряд политических посланий. Два концерта, приуроченных к столетию Октябрьской революции, воскресили новую, неиерархическую, при этом высококлассную музыкальную культуру, возникшую некогда в России в результате социального перелома. <…> Сегодня ввиду возрастающей агрессивности общественного климата в стране принцип горизонтальной камерно-музыкальной коммуникации важен как никогда, полагает пианист и саунд-артист Петр Айду.

<…> Музыкально наиболее сильное впечатление произвели конструктивистские сочинения Александра Мосолова, звезды двадцатых годов, чьи до сих пор неизвестные сочинения были обнаружены недавно в архиве».

Радиостанция SWR, Йорг Ленгерсхоф:

«Музицирование, свободное от господства

Эксперимент прикладного музыкального коллективизма стал в свое время жертвой сталинских репрессий. В Дюссельдорфе он был воскрешен.

Persimfans — сокращение русского словосочетания Perwy Simfonitscheski Ansambl. Музыканты, собравшиеся в свое время по инициативе профессора скрипки Льва Цейтлина, были пионерами и страстными идеалистами, о чем уже говорит изначальное значение слов “симфонический” (“созвучный, звучащий едино”) и “ансамбль” (“общность, единство”). По сути, речь идет о перенесении принципа камерной музыки на большой оркестр».

Радиостанция BR, Томас Шульц:

«Два оркестра — и ни одного дирижера

Дюссельдорфские симфоники и российский оркестр “Персимфанс” музицировали под подходящим случаю девизом “Саунд утопии”. Музыкальный идеал времен Октябрьской революции в Дюссельдорфе.

Исторический “Персифманс” обрел международную известность вскоре после своего основания. Он исполнял не только классику прошлого, но и сочинения современных композиторов — например, Третий фортепианный концерт Сергея Прокофьева с самим композитором в качестве солиста. В 1928 году именно “Персимфанс” осуществил мировую премьеру Десятой симфонии Николая Мясковского. То, что ансамбль был распущен всего через десять лет после основания, было связано не только с разногласиями среди музыкантов. Во времена господства Сталина идеал “коллектива без вождя” не пользовался особой популярностью. То, что ансамбль был заново основан в 2008 году Петром Айду, внуком одного из участников исторического “Персимфанса”, также не является случайностью».