«Каромат Бакоевич не устроил никого». Российские власти высылают из страны лидера объединения таджикских трудовых мигрантов

12 декабря Московский областной суд рассмотрит жалобу на выдворение из России лидера организации таджикских мигрантов Каромата Шарипова. «Медиазона» рассказывает, чем занимался общественник, который после громкого конфликта рабочих из Центральной Азии с охранниками московского рынка в одночасье лишился российского паспорта, квартиры и свободы.

Вечером 30 ноября Люберецкий городской суд постановил оштрафовать на 5 тысяч рублей и выдворить из России главу Федерации мигрантов СНГ, в прошлом — руководителя движения «Таджикские трудовые мигранты» Каромата Шарипова. Суд признал 54-летнего правозащитника виновным по части 3.1 статьи 18.8 КоАП — нарушение иностранцем режима пребывания в России, выразившееся в отсутствии документов, подтверждающих его право на пребывание или проживание в России.

В постановлении говорится, что Шарипов — гражданин Таджикистана, это подтверждается справкой из посольства Таджикистана и свидетельством о возвращении в республику, выданным Шарипову посольством 25 ноября 2017 года. Еще одним основанием стало заключение начальника отдела гражданства УМВД по Смоленской области от 29 сентября, в котором говорится, что у Шарипова нет российского гражданства.

Сам глава Федерации мигрантов СНГ настаивает, что он никогда не имел гражданства Таджикистана, а российское получил на законных основаниях — как офицер Вооруженных Сил РФ. После заседания Шарипова поместили в центр временного содержания иностранных граждан в Егорьевске Московской области.

Фонд, лига, движение, федерация

Каромат Шарипов занимается общественной деятельностью как минимум с 2001 года, когда он зарегистрировал и возглавил фонд поддержки выходцев из Республики Таджикистан «Точик-Диаспора». Упоминаний этой организации в СМИ немного. В августе 2005 года издание «ЦентрАзия» публиковало письмо Шарипова, в котором тот представлял созданный фондом печатный орган — газету «Голос таджикистанцев». Через полгода там же появилось обращение представителей таджикской диаспоры Кубани, которые жаловались, что по инициативе «неуравновешенного и чрезвычайно амбициозного господина Каромата Шарипова» в регионе появилась новая организация, расколовшая таджикское землячество.

В 2003 году общественный деятель создал «Народную лигу "Таджики"». Эту организацию в прессе упоминали уже чаще — в основном журналисты приводили собранную лигой статистику, реже — рассказывали о ее деятельности. Как президент лиги Шарипов направлял обращения в Минюст и Генпрокуратуру с просьбой проверить сообщения о пытках граждан Таджикистана, Узбекистана и Киргизии в тамбовской колонии и критиковал вердикт присяжных обвиняемым в убийстве восьмилетней таджикской девочки Хуршеды Султоновой, часть из которых оправдали, а часть — признали виновными только в хулиганстве. В июле 2006-го глава лиги рассказал о создании рабочей комиссии по защите соотечественников.

При этом в 2013 году лига фигурировала в административном деле о представлении ложных сведений при осуществлении миграционного учета (статья 19.27 КоАП) как организация, предоставившая иностранцу поддельную миграционную карту.

В декабре 2008-го Шарипов зарегистрировал общероссийское общественное движение «Таджикские трудовые мигранты». Из всех созданных им организаций именно «Мигрантам» удалось добиться максимального медийного внимания. Редактор «Медиазоны» Дмитрий Ткачев, в те годы работавший в российском издании Esquire и интересовавшийся деятельностью Шарипова как журналист, вспоминает, что движение пользовалось тогда определенным авторитетом в среде московских рабочих-иммигрантов — как таджиков, так и выходцев из других государств Центральной Азии.

«Для них это была такая служба одного окна: кого-то кинул работодатель, кого-то побили нацики на улице, кого-то милиционеры, кому-то нужен адвокат, кому-то врач, кому-то переводчик, кому-то просто деньги на билет домой, — рассказывает Ткачев. — Я провел несколько дней в офисе Шарипова на Сретенском бульваре. Когда он принимал, под дверью всегда стояла очередь, многие приезжали с раннего утра и ждали во дворе. Из кейсов, которые я помню до сих пор — там был узбек, который утверждал, что ему удалось бежать из рабства где-то под Рязанью. Он рассказывал, что у рабочих отобрали паспорта и заставляли строить дачу какому-то милицейскому чину, причем охраняли объект местные омоновцы. Еще были люди, которые не могли отправить на родину гроб с телом умершего товарища, посольство им почему-то не помогало». Журналист отмечает, что в офисе «Таджикских трудовых мигрантов» «царила своя трогательная бюрократия»: все обращения документировались, Шарипов требовал, чтобы каждый проситель составлял письменное заявление, с которым затем работали юристы организации.

«Не мне судить, насколько эффективно этот профсоюз решал проблемы земляков, но ему тогда удалось по крайней мере привлечь к ним внимание. До этого ведь гастарбайтеров даже наиболее толерантная часть общества воспринимала только как героев анекдота: ха-ха, Равшан и Джамшут, ха-ха, они русские слова коверкают», — резюмирует Ткачев.

В 2009-2010 годах Шарипов как глава «Таджикских трудовых мигрантов» обращался в Роскомнадзор и прокуратуру с требованием проверить авторов скетч-шоу «Наша Раша» и фильма «Яйца судьбы», обыгрывавших карикатурные образы гастарбайтеров. В 2012-м он раскритиковал «Справочник трудового мигранта», в котором рабочие из Центральной Азии изображались в виде веника, валика и малярной кисти.

В разные годы Шарипов предавал огласке забастовки мигрантов и сообщал о случаях трудового рабства. При этом правозащитник оставался демонстративно лоялен российским властям. После вооруженного конфликта с Грузией в августе 2008-го Шарипов говорил, что многие активисты его организации — офицеры запаса — готовы отправиться служить в Южной Осетии: «Национальным диаспорам необходимо в целом больше поддерживать Россию, которая стала домом и работой для миллионов граждан СНГ».

Хотя глава «Таджикских трудовых мигрантов» последние 20 лет живет в России, это никогда не мешало ему высказываться по вопросам внутренней политики Таджикистана. Осенью 2011 года Шарипов предлагал создать в стране партию трудовых мигрантов: «Вот она-то и выиграет 90% мест в парламенте». В августе 2014 года после поездки на родину он призывал местные власти «проработать все пункты требований молодежи, выступающей за возрождение», и не дискредитировать исламское духовенство.

В августе 2016 года движение «Таджикские трудовые мигранты» было ликвидировано Верховным судом по иску Минюста, который указал на нарушения в уставе и протоколах учредительного съезда. ВС счел, что «Мигранты» предоставили в Минюст документы с неверными данными о региональных отделениях: в реальности их было якобы всего 38, а для общероссийского статуса организации необходимо присутствие как минимум в 43 регионах. В движении настаивали, что на самом деле у организации есть 46 филиалов; в Минюсте же в принципе сомневались в существовании региональных ячеек.

Каромат Шарипов называл ликвидацию «Трудовых мигрантов» заказной. По его словам, это было выгодно «российским кругам, которые не заинтересованы в раскрытии фактов нарушения прав граждан Таджикистана». Он связывал решение ВС с ситуацией вокруг рынка «Садовод», получившей широкую огласку в 2014 году. «Проверка Минюста почему-то совпала с событиями на рынке, и все эти два года министерство держит нас под прицелом», — говорил Шарипов. С тех пор правозащитник представляется главой Федерации мигрантов СНГ.

Два рынка

В августе 2014 года Шарипов рассказал, что готовится согласовать с властями Москвы митинг мигрантов с требованием прекратить использование «рабского труда» на городских рынках. Как писали «Известия», он рассчитывал вывести на улицу около 100 тысяч протестующих. Впрочем, уже в день публикации правозащитник открестился от этих планов: «У журналистов богатая фантазия, и они поспешили распространить слухи о готовящемся 100-тысячном митинге. Я лишь отметил, что такие митинги возможны, если немедленно не привести в законное русло ситуацию с таджикскими мигрантами».

Пять дней спустя — 25 августа — 150 граждан Таджикистана, работавших на московском рынке «Садовод», направили послу Таджикистана в России Имомуддину Сатторову письмо с жалобой на неназванные организации, которые распространяют слухи об унизительных условиях их труда. «На нас начали показывать пальцем и утверждать, что мы портим имидж нашей страны!» — возмущались авторы письма. Один из подписавшихся рассказывал Asia-Plus, что некие силы стремятся «заработать» за счет мигрантов. Регулярно заявлявший о фактически рабском положении таджиков на московских рынках Шарипов прокомментировал письмо, хотя его имя в публикации напрямую не упоминалось — он назвал обращение еще одним подтверждением тому, что его земляки находятся в неволе.

Через две недели после этого возле рынка «Садовод» произошла массовая драка между водителями компании «Желтое такси» и таксистами-частниками. В основном участниками конфликта оказались граждане Таджикистана. Несколько десятков человек задержали. В то же время «Таджикские трудовые мигранты» утверждали, что разногласия возникли не между двумя группами таксистов, а между мигрантами из Таджикистана и сотрудниками ЧОП, зачищавшими территорию возле рынка. Шарипов приехал к «Садоводу» для переговоров с работниками службы безопасности.

При этом двое мигрантов называли столкновение заранее спланированным и отмечали, что Шарипов появился у рынка после первого же звонка с места событий: «После обычной ссоры между нелегальным таксистом, гражданином Таджикистана, и таксистом рынка "Садовод" в течение 20 минут собралась толпа из граждан Таджикистана, якобы таксистов, заступающихся за своего коллегу, вооружившаяся камнями, ножами и огнестрельным оружием. После беседы с администрацией рынка толпа хотела разойтись, и тут кто-то из толпы, кто явно не хотел, чтобы люди уходили, начал кидать камни и куски металла и спровоцировали массовые беспорядки».

«Вместо того, чтобы мирно урегулировать конфликт, он (Шарипов — МЗ) начал громко кричать, что надо освободить наших рабов с этого рынка, как будто там кого-то насильно заставляли работать», — утверждали мигранты, работающие в районе «Садовода».

В конце октября в офисе Шарипова прошел обыск по делу о принуждении к сделке (часть 1 статьи 179 УК). По словам правозащитника, после обыска ему устроили очную ставку с представителями рынка «Садовод», которые обвинили его в попытке рейдерского захвата, но в итоге он остался в деле в статусе свидетеля.

3 июня 2016 года в квартире Шарипова вновь прошел обыск по этому делу. Правозащитник говорил, что в его преследовании заинтересовано руководство московской полиции. Через три дня после этого Шарипов сообщил, что на территории торгового комплекса «Москва» в Люблино арендатор ранил ножом гражданина Таджикистана. Правозащитник обвинял посольство Таджикистана в распространении дезинформации: по версии дипломатов, гражданин центральноазиатской республики пытался скрыться от арендатора, которого он якобы обворовал. Шарипов говорил, что посольство пытается скрыть истинную картину случившегося; он называл торговый комплекс «криминальной зоной», а руководство «Москвы» подозревал в причастности к «заказному» обыску в своей квартире.

20 сентября 2017 года у ТК «Москва» задержали более 50 мигрантов, которые пришли к рынку, услышав об избиении охранниками гражданина Таджикистана, работавшего там грузчиком. Источник «Интерфакса» утверждал, что в стычке с охранниками были готовы принять участие до 150 иностранных рабочих. В ночь на 21 сентября Шарипов рассказал телеканалу «Дождь», что охранники избили таджика до потери сознания, «замотали белой материей и выбросили за пределы рынка». В посольстве Таджикистана подтвердили госпитализацию 27-летнего гражданина республики Навруза Каримова в тяжелом состоянии. Полиция возбудила дела о побоях (статья 116 УК) и хулиганстве (статья 213 УК).

После этого инцидента в прессе также появлялись предположения, что сбор возмущенных мигрантов у торгового центра был спланирован и подготовлен. Президент Федерации мигрантов России Вадим Коженов отрицал избиение рабочего и говорил о провокации.

Служил России

Через неделю после инцидента у ТК «Москва», 28 сентября, начальник отдела по вопросам миграции управления МВД Смоленской области Наталья Колбасова пришла к выводу, что Шарипов получил паспорт гражданина России, не имея на это права. 4 октября сотрудник отдела по вопросам миграции УВД «Люберецкое» отобрал у него паспорт — последние годы правозащитник живет в подмосковных Люберцах. Согласно акту изъятия, в 2008 году отдел ФМС по городу Ельня Смоленской области выдал Шарипову российский паспорт с нарушениями.

Правозащитник подал административный иск к сотрудникам МВД с требованием признать заключение Колбасовой незаконным и вернуть ему паспорт. В обоснование своей позиции Шарипов приводит послужной список — уроженец Таджикистана, он с 1984 года проходил службу в Вооруженных Силах СССР; с 1985 по 1991 год служил в Восточной Германии; в апреле 1991-го его откомандировали в Туркестанский военный округ и направили на службу в Таджикскую ССР.

«В условиях гражданской войны в Таджикистане (1992-1997 г.г.) Указом Президента РФ от 9 сентября 1992 г. все формирования, находящиеся на территории Таджикистана, перешли под юрисдикцию России, — настаивает в своем иске Шарипов. — Весь этот период я и сотни моих коллег-военнослужащих находились за штатом в ожидании распоряжения Министерства обороны РФ». Шарипов в это время служил в 201-й дивизии, остававшейся под юрисдикцией России, а позже был переведен в войсковую часть №12129 в Ельне Смоленской области, где в 1998 году и вышел в отставку.

В иске Шарипов объясняет: при поступлении на военную службу у него забрали советский паспорт; новый, уже российский, он получил только в 1999 году. На время службы паспорт ему заменяло удостоверение офицера, в котором с июля 1993 года стояла печать со словами «гражданин РФ».

«Он стал автоматически гражданином Российской Федерации, поскольку до 1997 года он служил в Вооруженных Силах Российской Федерации. У нас не могут служить в Вооруженных Силах иностранцы», — говорит адвокат Шарипова Алла Паниткова.

Ускоренное судопроизводство

Днем 30 ноября Люберецкий городской суд в течение трех часов рассматривал иск Шарипова к миграционному пункту отдела по вопросам миграции МУ МВД «Люберецкое», его начальнику Надежде Воронковой, УМВД по Смоленской области и Колбасовой. Все ходатайства истца суд отклонил, с материалами проверки его не ознакомили. Зато по просьбе ответчика суд приобщил к делу справку из консульства Таджикистана, который признает Шарипова своим гражданином, хотя документ подписан уже бывшим генконсулом Ашрафом Гуловым. В итоге суд отклонил иск правозащитника и отказался возвращать ему паспорт.

Сразу после заседания Шарипов был задержан. На него составили протокол об административном правонарушении, и уже другой судья Люберецкого суда оперативно рассмотрел новое административное дело о нарушении правил пребывания в России — несмотря на то что решение о законности изъятия у правозащитника паспорта еще не вступило в силу. Судья постановил выдворить Шарипова из страны.

Как отмечает адвокат Паниткова, в тот же день в суде Шарипову неожиданно вручили повестку на еще одно заседание — по иску отдела по вопросам миграции Люберецкого МУ МВД. Люберецкая полиция требовала признать, что ответчик утратил право на квартиру, и снять его с регистрационного учета. Но вопросами прав на недвижимость занимается не МВД, а региональный департамент имущества, недоумевает защитник. «Каромат Бакоевич является на сегодняшний день собственником этой квартиры, и, соответственно, в этой квартире он зарегистрирован. Если предположить, что он не является гражданином Российской Федерации, это не основание, чтобы лишить его собственности. Иностранец на территории Российской Федерации может приобрести в собственность недвижимость. Поэтому этот иск — это полнейшая бредятина», — говорит Паниткова.

В четверг, 6 декабря, Люберецкий горсуд рассмотрел этот иск в отсутствие Шарипова и удовлетворил его частично. Пока неизвестно, в какой части требования УВД удовлетворены — представитель Шарипова еще не получила решение на руки.

Помощница Шарипова Гульбахор Кадырова пока не строит догадок о причинах его выдворения из России, но обращает внимание на недавние события в торговом комплексе «Москва»: «Он не ходил в Люблино, потому что понимал, что ему обойдется это так же, как и "Садовод". В "Садовод" его тоже звали, плакали — и получилось, мы были крайними».

«Поводом для проверки законности получения гражданства послужил запрос из ФСБ России по Смоленской области», — уточняет Кадырова. Она отмечает, что вместе с Шариповым на тех же условиях в 1990-х российские паспорта получили еще около 200 военнослужащих из Таджикистана, но ей неизвестно ни одного случая, чтобы законность их перехода в российское гражданство ставилась под сомнение. Сейчас общественник находится в Центре временного содержания иностранных граждан. Кадырова подчеркивает, что Шарипов нуждается в операции на позвоночнике, а его супруга недавно перенесла серьезную операцию на ноге и с трудом передвигается.

«Я надеюсь, что президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин… Все-таки, до него дойдет эта информация. Потому что я не понимаю, как военнослужащий, прослужив более 24 лет, как его можно просто так взять лишить, все года службы перечеркнуть, — говорит Кадырова. — Я думаю, что до Владимира Владимировича Путина хотят донести ложную информацию о данном гражданине. Видимо, это кому-то выгодно».

Член Совета по правам человека Евгений Бобров, к которому обратились родные Шарипова, говорит, что знает о похожих проблемах людей, родившихся в бывших советских республиках и получивших российские паспорта после распада СССР. Однако о случаях выдворения отставных военных по такой схеме он не слышал ни разу; случай Шарипова — особенный, считает Бобров.

Помощница Шарипова и его друг, оппозиционер Дододжон Атовуллоев, несколько лет назад покинувший Таджикистан, опасаются за безопасность правозащитника после высылки на родину.

«Я боюсь, что в любой день просто отвозят его в аэропорт, в аэропорту у них хорошие контакты, никто не спрашивает. И самолет его на следующий день уже будет в Душанбе. Что с ним будет в Таджикистане, я не даю никакой гарантии. Может, посадят в тюрьму, — говорит Атовуллоев. — Я помню, когда его объявили чуть ли не террористом таджикские власти, убийцей, как будто он кого-то убил и так далее». Он уточняет, что уголовных дел в отношении Шарипова в Таджикистане не возбуждено, но при необходимости «статья найдется».

По мнению Атовуллоева, к выдворению его товарища причастны таджикские и российские силовики и криминальные группы из Москвы, которые используют труд граждан Таджикистана.

В январе 2015 года в Москве исчез лидер молодежной организации «Молодежь Таджикистана за возрождение» 37-летний Максуд Ибрагимов, который сотрудничал с движением Шарипова. Родственники Ибрагимова говорили, что российские спецслужбы выдали его таджикским властям. Незадолго до этого активиста лишили российского гражданства; тогда же на него напали неизвестные, которые нанесли мужчине шесть ножевых ранений. Предположительно, Ибрагимова доставили в Душанбе и приговорили к 13 годам тюремного заключения по делу об участии в запрещенной в Таджикистане «Группе 24». Правозащитники рассказывали, что он дал признательные показания под пытками.

«Не знаю, что там у них наверху случилось, что Каромат Бакоевич не устроил никого. Я вчера звонила и НТВ, и РБК — люди, которые на протяжении стольких лет сотрудничали с Кароматом Бакоевичем, он им оказывал какую-то информационную помощь, помогал находить какие-то проблемные места, освещать их... А они говорят: мы не можем освещать, нам должна прийти команда от нашего руководства», — удивляется Кадырова.