Штраф башкирскому активисту Исмагилову по делу об экстремизме уменьшен втрое

Коллегия Верховного суда Башкирии (судья-докладчик - Маргарита Решетникова) уменьшила 64-летнему активисту башкирского национального движения Сагиту Исмаилову штраф по делу об экстремизме с 320 до 100 тысяч рублей. О разбирательстве, прошедшем в четверг, активист тогда же написал на своей ВК-странице.

На апелляцию явился оперативник ФСБ, участвовавший в фабрикации дела. Он подтвердил, что спецслужба так и не установила, кто сделал два репоста в ВК-группе Исмагилова, послужившие поводом к преследованию активиста. Помимо Исмагилова, заметил силовик, в деле было еще двое подозреваемых, и версию взлома страницы исключить нельзя.

Активист намерен далее обжаловать приговор.

Решение по делу вынесла 18 октября судья Ленинского райсуда Уфы Оксана Илалова. Исмагилов был объявлен виновным по части 1 статьи 282 УК (возбуждение национальной вражды к татарам). Прокурор запрашивал для активиста штраф 400 тысяч рублей.

О деле Исмагилова стало известно после обыска, прошедшего у активиста 13 февраля. В деле было два эпизода. Первый - публикация шести строк из поэмы средневекового татарского поэта Мухамедъяра "Свет сердец", написанной в 1542 году. Русский перевод этой цитаты, сделанный по казанскому изданию 1966 года, неоднократно публиковался разными пользователями интернета начиная по крайней мере с 2007 года.

Вторым эпизодом репост записи, помещенной во "Вконтакте" пользователем Ишбулды Абъялильбашем. Запись представляла собой комментарий к опубликованному Azatlıq Radiosı интервью с татарским политиком и общественником Фандасом Сафиуллиным, ссылка на которое приведена в этом же посте. Реплика Абъялильбаша была написана по-башкирски, а цитаты из интервью приведены в оригинале - на татарском. Сафиуллин рассказывал о закрытии Института национальных исследований, который занимался в частности историей башкирских родов, и открытии филиала Института истории им. Шигабутдина Марджани, который башкирские ученые обвиняют в "татаризации" истории. Об этих двух решениях и говорилось в возмущенном комментарии Абъялильбаша.

Как рассказывал лидер союза башкирских общественных объединений "Арҡадаш" Валиахмет Бадретдинов, выступавший в процессе защитником Исмагилова, самого Абъялильбаша "башкирские правоохранители знать не знают и он сам по себе им абсолютно не интересен", а эксперты, привлеченные следствием, в переводе поста на русский "сделали в 14 предложениях 23 ошибки". В результате смысл публикации оказался искажен, что и позволило сделать вывод о том, будто в ней противопоставляются башкиры и татары.

Автором экспертизы, как следует из нынешнего поста Исмагилова, была профессор Уфимского нефтяного технического университета лингвист Зилия Раемгужина. Она также давала показания на апелляции. Сам активист настаивал на исключении исследования Раемгужиной из дела как недопустимого доказательства, однако судейская коллегия в этом отказала.

В суде первой инстанции Исмагилов указывал, что репосты сделаны не им. При этом, однако, он назвал верным комментарий Абъялильбаша к интервью Сафиуллина. Относительно же фрагмента из поэмы Мухамедъяра активист заметил, что "Свет сердец" - литературный памятник, а литературные памятники согласно постановлению российского Конституционного суда не подлежат исследованию на экстремизм.

Действительной причиной фабрикации дела Исмагилов называл свою политическую деятельность. В частности, 10 декабря 2016 года активист участвовал в Съезде башкирского народа, принявшем решение образовать инициативную группу для организации референдума о выражении недоверия главе Башкирии Рустэму Хамитову, а 9 февраля 2017-го, за четыре дня до обыска, - в круглом столе, который провело только что учрежденное региональное отделение "Открытой России". Его участники также объявили о своем недоверии Хамитову и потребовали принять закон об отзыве депутатов, не исполняющих свои обязанности.