Александр Плющев: «Любит она вас, дураков, а вы не цените»

Вызвала огонь на себя. А могла бы одним росчерком: «Этот не годится — судимый, следующий!»

Вот ополчились все на Эллу Памфилову. Ну а что она могла сделать? Зарегистрировать Навального? Да нет, конечно, и все это отлично понимают. Можно, конечно, уйти в отставку, хлопнуть дверью, сказать, что все эти выборы — профанация и вы на ее месте именно так и поступили бы, несомненно. Ну или просто не соглашались бы на такую работу, где, как вы прозорливо предвидели бы, вам не пришлось подтираться собственной совестью или какое вы еще придумаете сильное выражение. Толку от этого, правда, было бы немного, пару дней поговорили бы, да забыли. Назначили бы очередного Чурова, и все опять пошло бы своим чередом. Но, слава богу, Памфилова малек похитрей вас будет.

Итак, вернемся, к вопросу, что она могла сделать во время вчерашнего заседания ЦИКа? Да именно то, что сделала! Во-первых, максимально дала возможность высказаться Навальному, то есть — предоставила трибуну. Во-вторых, изобразила училку, отчитывающую старшеклассника, притащившего в школу стикеры «20!8». Только разве про фашизм не было, да про учет в детской комнате милиции, а так — и интонационно, и эстетически, ну натурально. Зачем? Да чтобы вы возмутились, начали по соцсетям шарить, и чтобы до каждого студента, даже самого увлеченного сессией, все ее лулзы дошли, хоть и в мемасиках. Чтобы знали все от первого ботана до последнего двоечника, что злая баба Леху зарубила. И чтобы вы пошли своего Навального поддерживать уже, наконец. На улицу там, бастовать избирательно, или куда он вас там призовет. Чтобы вы эти пресловутые 12 лет ее трудового стажа себе на плакатик монстрационный потом перенесли, а то и написать будет нечего.

Вызвала ваш огонь на себя Элла Александровна. А могла бы тупо и бездушно, одним росчерком: «Этот не годится — судимый, следующий!».

Любит она вас, дураков, а вы не цените.

Источник