Оригинал материала
"Нет экологическому геноциду!"
В этом году жители Сибири провели множество митингов и протестных акций в защиту экологии родных мест. Люди возмущены строительством на местных водоемах и заповедных землях вредных объектов, фактическим отсутствием запретов на ядовитые выбросы и многим другим. "Сибирь.Реалии" о том, почему акции протеста собирают сотни жителей Иркутской, Новосибирской и Омской области, Якутии, Красноярского края и дают ли они эффект.
Красноярск
Полгода назад красноярский активист Игорь Шпехт, организатор интернет-платформы "Красноярск. Небо", начал устанавливать в городе датчики, создавая сеть независимого мониторинга, чтобы получать объективную информацию о состоянии воздуха и делиться ей с горожанами. Однако вскоре им занялась прокуратура: в декабре было заведено административное дело, которое уже передано в суд. Это произошло после того, как выяснилось, что показатели датчиков Шпехта отличаются от официальных данных. В соцсетях начался флешмоб в поддержку Шпехта и его проекта.
8 декабря в Красноярске, в сквере Серебряном, несмотря на мороз, собралось несколько сотен человек – многие были в медицинских масках и респираторах: таков был прозрачный намек на бедственную экологическую ситуацию в городе, отапливаемом углем. Это был уже второй в нынешнем году митинг "За чистое небо". Первый, в марте, собрал больше тысячи участников. С тех пор в городе и регионе сменились власти, но экологическая ситуация не поменялась.
И люди вышли напомнить о своих требованиях: в частности, перевести все производство тепла в черте города с угля на природный газ, повысить штрафы за превышение нормативов, запретить временно согласованные выбросы, перенести мощности завода КРАЗ за пределы Красноярска или снизить его валовые выбросы к 2022 году наполовину.
Красноярцы довольно инертны, возможно, это связано с тем, что мы особо не верим в действенность таких мероприятий... На весенний митинг власти вроде отреагировали, но только на словах – на деле ничего не изменилось
– Мы, конечно, долго терпели, – объясняет один из организаторов митинга "За чистое небо" Андрей Сковородников-Эрлих. – Красноярцы довольно инертны в этом плане, возможно, это связано с тем, что мы особо не верим в действенность таких мероприятий. Дело в том, что на весенний митинг власти вроде отреагировали, но только на словах – на деле ничего не изменилось. Город опять в режим неблагоприятных метеоусловий погрузился. Мы понимаем, что некоторые пункты, например, вынос мощностей КРАЗ за пределы Красноярска или перевод всего теплопроизводства в черте города на природный газ, не исполнить в несколько недель и даже месяцев. Но ведь можно было повысить штрафы за превышение нормативов загрязнения воздуха или сократить квоты на выбросы основных загрязняющих веществ. Это ведь вполне реально за семь месяцев сделать.
Текст скопирван
width px height px
The URL has been copied to your clipboard
No media source currently available
0:00 0:02:27Организатор митинга пообещал, что, если к весне ситуация никак не изменится, на улицы выйдет куда больше возмущенных горожан, нежели в марте и декабре. По мнению Сковородникова-Эрлиха, городские власти пытаются проблему "черного неба" объяснить исключительно выхлопами транспорта, делая вид, что выбросы предприятий, в том числе Красноярского алюминиевого завода, здесь ни при чем, а также игнорируя тот факт, что город отапливается в основном угольными котельными.
Ряд экспертов полагает, что именно эти два фактора и являются основными причинами задымленности в Красноярске. Их аргументы подкреплены картой угольных ТЭЦ города, составленной волонтерами – географическое положение теплоисточников четко совпадает с зонами самого сильного задымления. Кроме того, самые сильные завесы дыма накрывают город именно в отопительный сезон.
Река Лена, Якутия
На протяжении практически всего 2017-го активисты Якутии протестуют против строительства Усть-Кутского завода полимеров в Приангарье, возведение которого, по их словам, планируется начать уже в следующем году. Экологи уверены, что отходы химического предприятия загрязнят реку Лена, поскольку располагаться завод будет именно в ее верховьях. Из Приангарья загрязненная вода потечет через всю Якутию прямиком к Ледовитому океану.
– Мы уже и запросы отправляли, в том числе в саму Иркутскую нефтяную компанию, планирующую строительство завода, – рассказывает глава якутского общественного движения "СИР" ("Земля") Иван Степанов. – К неравнодушным иркутянам обращались, чтобы вместе сохранить общую реку. Пока не помогло, в ИНК отписались, что это пока планы, проекта нет, но из региона поступают нехорошие новости: недавно в верховьях Лены опять утечка нефтепродуктов произошла, прогнившая цистерна разлилась. И все это происходит в Год экологии, объявленный в стране!
Иркутская нефтяная компания, планирующая строительство завода, уже объявила, что все работы ей удастся закончить за четыре года. Кроме того, руководство предприятия указало на два вероятных участка под строительство будущего завода – оба поблизости от берега Лены, один площадью 173 гектара, второй – 257.
– Специалисты компании "Рэмболл Энвайрон", которая занимается пpoвeдeнием экoлoгичecкoй и coциaльнoй экспертизы, уже побывали в районе предполагаемого строительства, предварительно проконсультировались с работниками нефтяной компании и администрациями муниципалитетов, госучреждений и общественников Усть-Кута. В результате к детальному плану работ по формированию оценки воздействия на окружающую среду уже приступили, – пояснили в пресс-службе холдинга. – Усть-Кутский завод будет выпускать продукцию с высокой добавленной стоимостью – до 600 тысяч тонн полиэтилена ежегодно. Он станет кульминацией газового проекта, который компания реализует уже семь лет. В целом проект вмещает четыре установки по подготовке газа на месторождениях компании, продуктопровод до Усть-Кута и строительство объектов газопереработки в полутора километрах от границы Усть-Кута возле мыса Толстый.
Правда, руководитель пресс-службы ИНК Сергей Евчик отметил, что информация о начале строительства завода в 2018 году недостоверна – проекта еще нет, пока ведутся предварительные изыскания.
Якутские экологи сетуют, что Лена "будто магнитом притягивает химические и гахзохимические заводы", поскольку многоводна. Некоторые из них отмечают, что потенциал самоочищения реки уже на пределе, так как через нее проходит нефтепровод "Восточная Сибирь – Тихий океан".
Строительство промобъектов в верховьях реки, безусловно, негативно отразится на нерестящейся рыбе, будет уничтожен запас пресной воды. Лена чуть ли не последняя чистая река в стране из числа крупных
– Пока река несильно пострадала от промышленности, но все к тому идет, – уверен кандидат биологических наук Игорь Воронов. – Строительство промобъектов в верховьях реки, безусловно, негативно отразится на нерестящейся рыбе. Плюс будет уничтожен запас пресной воды, которую еще можно назвать пригодной для питья. В этом смысле Лена чуть ли не последняя чистая река в стране из числа крупных. Здесь хотя бы нет пока химпрома и ГЭС.
Активисты вполне согласны с тем, что промышленное производство Якутии необходимо, но только в том случае, если доказана его безопасность, в том числе с экологической точки зрения. По словам Ивана Степанова, как только общественники получат подтверждение по проектам будущих заводов при отсутствии публичных слушаний, они вновь выйдут на улицы митинговать.
– В Лене, случается, тонут суда, сливают нефтепродукты, – добавляют активисты. – Мы только-только отстояли ее от угрозы строительства на берегу газохимического завода по производству карбамида. Лишь после целой серии масштабных акций протеста решение отменили. И вот новая беда.
В июне якутский министр охраны природы Сахамин Афанасьев заявил, что запросил в профильных ведомствах Приангарья документы на законность строительства Усть-Кутского завода полимеров. О результатах проверки с тех пор публично не сообщалось.
– Якутская топливно-энергетическая компания, по последним данным, планирует строить на Лене метаноловый завод, – добавляет Иван Степанов. – Там пока неясно вообще, что за проект, какие отходы. Причина наших волнений – как раз скрытность этих процессов: показали бы документы, провели бы общественные слушания. Получается, с 2014 года мы только и делаем, что отбиваем одну за другой атаки на Лену.
Озеро Байкал и река Ангара
Этим летом в соцсетях жители прибайкальских сел и деревень сообщили о массовом строительстве гостиниц прямо в водоохранной зоне Байкала. Застройка сопровождалась рубкой сакрального Шаманского леса на острове Ольхон. Вскоре к ним присоединились экологи и активисты, создавшие массу публикаций в сети с комментариями жителей и фотографиями с мест.
Вред, уже нанесенный природе заповедника, экологи оценивают как "колоссальный". Только из-за несанкционированной прокладки дорог на острове ущерб почве и фауне Ольхона достиг трех миллиардов рублей, заявила глава общественного проекта "Ольхон – территория развития" Эльмира Семенова. По ее словам, оценка велась по методике Минприроды России, согласно данным лесоустройства Прибайкальского нацпарка, топографической карты и итогам дешифрирования космоснимков.
– Расчет провели по 406 участкам острова протяженностью почти в 565 километров. Постоянное негативное воздействие идет на площади почти в 2 миллиона квадратных метров и на глубину в три сантиметра, – приводит цифры Семенова. – В степях Ольхона необратимо гибнут эндемики острова.
Экологи подтверждают, что в нацпарке уже исчез ряд редких растений и птиц, которые больше нигде в мире не встречались.
Из Ольхона сегодня уже выжили его визитную карточку – белоголовых орлов! Они попросту исчезли с острова, не вынесли такого шума
– Любой шум, даже от палаточных городков, не говоря уже о гостиничных комплексах, вынуждает осторожных зверей и птиц отселяться, – сообщает иркутский эколог, кандидат биологических наук Виталий Рябцев, в прошлом замдиректора по науке Прибайкальского нацпарка. – А куда им переселяться с острова? Так из Ольхона сегодня уже выжили его визитную карточку – белоголовых орлов! Они попросту исчезли с острова, не вынесли такого шума.
Иркутские активисты признаются, что уже осознали неэффективность даже самых массовых митингов и протестов. Теперь они предпочитают сразу писать в профильные ведомства. Правда, каждый раз стараются дублировать заявление в соцсетях – для огласки.
– Мы уже навострились строчить жалобы и грамотные заявления. Для более продуктивной борьбы изучили множество законов, проштудировали все природоохранные кодексы. И в этом случае мы не ограничились резонансом в сети: начали отправлять иски в прокуратуру, Росприроднадзор и Роспотребнадзор, поскольку речь шла о загрязнении питьевой воды в том числе, – рассказывает известный в Приангарье общественный деятель, председатель ТОС "Рубин" Любовь Аликина. – Прокуратура вскоре выяснила, что местные власти – муниципалитетов, района – абсолютно незаконно вывели из состава федеральных земель лакомые участки по берегу Байкала в частную собственность.
Но даже сейчас местные жители слышат "стук молотков" в Прибайкальском национальном парке. Активисты признаются, что на тех участках, где по их жалобе был наложен запрет, стройка точно не ведется. Однако по ряду незаконно выведенных земель жалобы направили позже, по ним решение еще не вынесено, поэтому там землевладельцы продолжают вести работы.
– Это чистая формальность, там такое же нарушение, что и по остальным участкам. То есть и им со временем запретят, только они успеют, конечно, попортить природу. Непонятно, на что они еще надеются. Вероятно, думают купить кого-то. Но шансы у них нулевые: каждый кусок земли вернется обратно в статус охраняемых территорий! – убеждена Аликина. – Мы пытались недавно выяснить их мотивацию, звонили одному из этих незаконных землевладельцев – талдычит одно и то же: "У меня есть документы муниципалитета, земля в моей собственности". Тот факт, что выдано оно ему незаконно, понять и принять отказывается.
Борьба за Шаманский лес уже вышла за цивилизованные рамки. Жительнице острова Ольхон Гале Сибиряковой, одной из тех, кто громко протестует против незаконной застройки берега, неизвестные в этом году подожгли дом. Свидетелей нет, активистка напугана, опасается как-либо комментировать происшествие и не рассчитывает на помощь государства.
Река Издревая, Новосибирск
Против строительства мусорного полигона в селе Раздольное в опасной близости от реки Издревая сотни жителей Новосибирска выходят митинговать уже больше года – практически каждые два месяца с тех пор, как летом 2016 года областное правительство подписало с компанией "Экология-Новосибирск" концессионное соглашение.
– Во-первых, есть чисто экологический момент: устье реки Издревая новосибирские ученые несколько лет приводили в порядок, с волонтерами тонны мусора вывезли с побережья, облюбованного местными садоводами под свалки. Только приучили всех к порядку, только привили садоводам норму не мусорить, добились для территории статуса особо охраняемых земель, как тут же решают строить на этом месте мусорный полигон, – возмущается новосибирская активистка Светлана Каверзина. – Непонятно, почему власти решили, что там самый оптимальный участок. Напротив, это худший выбор! Экологи говорят, что там не только вода слишком близко находится, там еще и возвышенность, с которой все будет разлетаться.
По мнению новосибирских экологов, во время паводка или таяния снега отходы окажутся в почве, а затем попадут в притоки двух малых рек, из которых местные жители берут воду. Кроме того, там обитают рыбы, занесенные в Красную книгу. А по словам юристов, если завод построить у Раздольного, он попадет в радиус 15 километров от аэродрома завода им. Чкалова, что нарушает Воздушный кодекс.
Вторая причина протеста заключается в условиях договора концессии – соглашение позволит подрядчику установить завышенные тарифы на сбор и переработку мусора, даже для рядовых горожан.
– Условия концессии таковы, что мы будем платить непонятно за что, народ просто ограбят. Это проблема не только экологии, но и экономики, – заявляет Каверзина. – "Экология-Новосибирск" уже открыто заявила о том, что с учетом стоимости строительства и регулярных расходов за прием мусора компания будет брать в три раза дороже, чем мы платим сейчас. Это еще без стоимости собственно переработки мусора, только за прием.
По словам активистов, 40-летнее соглашение гарантирует инвестору доход в 121 миллиард рублей, притом что большинство рисков, по условиям концессии, ложится на бюджет региона.
Весной новосибирцы провели несколько митингов за отставку прежнего губернатора области Владимира Городецкого, в том числе по причине его отказа решать проблемы экологии. Новый глава региона, врио губернатора Андрей Травников в конце октября обещал расторгнуть соглашение правительства региона с "Экологией-Новосибирск". Тем не менее новосибирцы не стали отказываться от октябрьского митинга, заявив, что поверят руководству области только после подписания документа о расторжении. Вскоре после этого Травников заявил, что создаст заново рабочую группу по формированию параметров "мусорной" концессии. По его словам, обсуждение "периодически" будет открытым.
Омск
В десятку российских регионов с наиболее высокой протестной активностью в третьем квартале 2017-го из СибФО попали Новосибирская и Омская области. Последняя оказалась в списке, в частности, благодаря экологическим протестам. Омичи возмущены тем, что в их городе загрязняют не только воздух, но и воду, и почву. Чаще всего это делают местные предприятия, тайком организующие несанкционированные свалки, обычно – в опасной близости от реки, сообщает омский активист Вячеслав Сибирский.
– Загрязнение воздуха, конечно, заметнее. В воде его не сразу определишь. Но у нас и загрязнение почвы тоже есть. Очередной крупный выброс вредных веществе мы заметили в начале ноября – это было уже в четвертый раз. Да так, что химикатами прямо по всему Омску тянуло. А вообще, в промышленной зоне города практически каждый день выбросы происходят. Тогда ветер доносит химический запах, в основном в два района – Левобережье и район Нефтяников, – рассказывает Вячеслав. – Конкретно кто выбрасывает? Вот завод синтетического каучука поймали недавно на загрязнении почвы. На свой полигон твердых отходов они сливают химические жидкости. Выложили фото, написали жалобы. Проверка идет, но нарушений они не находят. Хотя там все цвета радуги и дышать рядом с этими водоемами невозможно. На днях Росприроднадзор вынес решение – все нормально у них, оказывается. Только в городе дышать нечем.
По словам Сибирского, весной этого года по всему Омску ощущался резкий химический запах. Но виновников тех выбросов до сих пор не нашли.
– Дела-то возбуждают, но толку нет, – комментирует активист. – На том же заводе каучука несколько лет назад произошел взрыв и горение, которое длилось трое суток. Пламя потушили, но тлело еще долго. Только через месяц власти признали, что произошли ядовитые выбросы, опасные для здоровья. А до этого, сразу после катастрофы, они все отрицали.
Несколько лет назад правительство Омской области провело исследование на тему "Атмосферный воздух и здоровье населения". Данные проверки показали, что в округах с большим числом промышленных предприятий жители чаще страдают сердечно-сосудистыми, онкологическими заболеваниями, поражениями дыхательных путей, в том числе астмой. Наиболее неблагоприятными с точки зрения экологии были признаны Советский и Октябрьский округа Омска. В первом причиной загрязнения назвали нефтезавод, заводы пластмасс и синтетического каучука, во втором – машиностроительные "Омскшину" и "Полет", нефтехимический "Омсктехуглерод". В Ленинском районе экологическую обстановку портят "Омсктрансмаш", ПО "Иртыш", "Омсквагонзавод" и крупные ж/д станции.
– Конечно, нас это беспокоит, омичи постоянно выходят на митинги, – говорит Вячеслав Сибирский. – Только я сам в этом году провел два митинга весной, когда пошли первые серьезные в этом году выбросы. На каждом было порядка 200 человек. Еще пикеты проводили – за год раз пять. Но потихоньку мы в этом разочаровываемся. В итоге власти не то что ничего не предприняли, а как будто не заметили этих протестов. Они ведь даже простейшие меры безопасности в случае выбросов игнорируют – не распространили информацию о том, как надо действовать в этих случаях.
Омичи постоянно выходят на митинги... Еще пикеты проводили – за год раз пять. Но потихоньку мы в этом разочаровываемся. Власти как будто не заметили этих протестов
Просто их отрицают: "Вам померещилось, все нормально". Какие рассылки МЧС? Когда жители туда звонили, им дежурные отвечали: "Да вы, наверное, не знаете, как воздух должен пахнуть. Что вы там фантазируете?!" В Москву тоже бесполезно жаловаться: они наши обращения пересылают сюда, а местные власти им рапортуют в ответ: "Ну что вы, у нас все в порядке"!
В декабре вышел очередной экологический рейтинг Общероссийской общественной организации "Зеленый патруль" – его составили по итогам осени. В числе аутсайдеров оказались, в том числе, Еврейская АО, Бурятия и Иркутская область. Среди дальневосточных и сибирских регионов снижение позиций показали Кемеровская, Магаданская и Тюменская области.
– К сожалению, в Еврейской автономной области часто случаются аварии и природные катастрофы, которые держат регион в конце рейтинга, – говорит директор природоохранных программ "Зеленого патруля" Роман Пукалов. – Отсутствие реальных мероприятий по ликвидации накопленного ущерба на берегах озера Байкал не позволяет подняться в рейтинге Иркутской области и Республике Бурятия. На Дальнем Востоке негативное влияние оказывают угольные порты и использование угля для тепловой генерации. Это проблема для Находки, Ванино, Сахалина. Многогранность ситуации демонстрирует Красноярский край. Знаменитое "черное небо" возникает там все чаще. Это происходит из-за застоя воздуха и температурных инверсий, когда город накрывает, как крышкой, теплым воздухом сверху и не дает рассеиваться загрязнениям. В Красноярске количество источников угольной тепловой генерации превышает все разумные пределы. При этом высока активность населения, и людям удается влиять на ситуацию. Кроме того, в Норильске закрылся завод по производству никеля, загрязнения там снизились на 30% – в итоге регион по сумме характеристик улучшил позицию. А вот Кемеровская область "упала". Это был молчащий регион, а Год экологии дал людям возможность высказаться. Информация дошла наконец до Москвы. Осенью прошло много негативной информации по проблемам, в том числе связанным с угольными разрезами, а вот решений пока не видно.