Эксперты Центра имени Сербского завершили психиатрическое обследование карельского историка Юрия Дмитриева

Институт имени Сербского в Москве завершил комплексную психолого-сексолого-психиатрическую экспертизу главы карельского «Мемориала» Юрия Дмитриева. 19 января историка перевели из Института в СИЗО №2, «Бутырку». Об этом корреспонденту «7x7» сообщил адвокат Дмитриева Виктор Ануфриев.

Официальные результаты экспертизы пока не известны. По словам адвоката, заключение еще не подписано, поэтому опережать события и делать выводы некорректно.

— Срок изготовления у нее 10 дней. Они могут ее написать сегодня, а могут — через неделю. Экспертиза ко мне не приходит, она идет в суд. Практика такая, что из суда кто-то приезжает и забирает ее, — сказал Ануфриев.

Помимо экспертизы в психиатрическом стационаре, в Институте им. Сербского должны были провести экспертизу девяти фотографий из дела. Однако защите Дмитриева неизвестно, как обстоят с ней дела.

— Официально неизвестно, согласились они ее делать или отказались. Если отказались, то я уверен, что прокуратура, следуя свой цели посадить Дмитриева любой ценой, будет искать какую-нибудь помойку, в которой сделают экспертизу, как им надо. Кстати, я подал жалобу в Верховный суд Карелии на решение суда о проведении этой экспертизы. В деле достаточно экспертиз и заключений специалистов, чтобы на их основе вынести приговор. На мой взгляд, обвинение просто злоупотребляет своим правом, — заявил Ануфриев.

По информации адвоката, сегодня Юрия Дмитриева должны этапировать обратно в Петрозаводск. Когда состоится следующее судебное заседание, пока неизвестно. Ануфриев намерен в ближайшее время приехать в Петрозаводск, чтобы на месте контролировать ситуацию.

20 января члены Общественной наблюдательной комиссии Москвы побывали в «Бутырке», им удалось пообщаться с Юрием Дмитриевым. Об этом написала в«МК» заместитель председателя ОНК Москвы Ева Меркачева. По словам Меркачевой, Дмитриева доставили в СИЗО и поместили в обычную камеру, а не в так называемый «кошкин дом» (психбольница при СИЗО), что может означать, что по результатам проведенной комплексной судебной экспертизы карельский историк признан нормальным и неопасным для общества.

Сам Юрий Дмитриев настроен оптимистично: в разговоре с членами ОНК он сказал, что все18 дней обследования с ним общались вежливо, следили за его здоровьем.

— Утром и вечером давление меряли. Готов хоть в космос полететь, несмотря на свои 62 года. Передачки мне передавали, причем, совершенно неизвестные мне люди. Благодарность им! Не было ни одного дня без передач. Когда исчерпал лимит по продуктовым [передачам], то принимали книги и фотографии. Даже любимый «Беломор» мне достали, — рассказал Дмитриев.

Юрия Дмитриева задержали 13 декабря 2016 года. Уже больше года он находился в СИЗО в Петрозаводске. Обвинение настаивает, что Дмитриев фотографировал свою приемную дочь обнаженной. Защита историка утверждает, что фотографии — это дневник здоровья девочки для органов опеки.

1 июня 2017 года в Петрозаводском городском суде начался процесс. Дело рассматривают в закрытом режиме. Дмитриева также обвиняют в совершении преступлений по статьям 135 Уголовного кодекса России («Совершение развратных действий без применения насилия») и 222 («Незаконное хранение огнестрельного оружия»).

Адвокат Виктор Ануфриев 15 сентября добился, чтобы суд назначил повторную экспертизу фотографий. Предыдущая не устроила сторону защиты, поскольку в состав комиссии вошли неквалифицированные специалисты. Судья назначила новую экспертизу девяти из 114 фотографий дела в одном из учреждений Санкт-Петербурга — Федеральном департаменте независимой судебной экспертизы. Эксперты не нашли в снимках признаков порнографии.

Гособвинитель Елена Аскерова 26 декабря ходатайствовала об обследовании Дмитриева в психиатрическом стационаре и повторной экспертизе снимков приемной дочери обвиняемого. Судья Марина Носова удовлетворила оба ходатайства. Она также изменила меру пресечения Дмитриеву с ареста на подписку о невыезде с 28 января. 28 декабря Юрия Дмитриева срочно этапировали в Москву, историка доставили под конвоем на пассажирском самолете.