"Каждый день мы видим, как уходят составы с деревом в Китай..."

Сегодня, 13 февраля, в Новосибирске у здания полпредства президента в СибФО состоялся пикет против вырубки лесов в Горном Алтае. Около 10 жителей Республики Алтай приехали в столицу соседнего региона, чтобы привлечь внимание федеральных властей к своей проблеме.

По словам Ольги Коноревой, одной из участниц и организаторов акции, они хотят остановить "варварское истребление природы Горного Алтая".

– Возмущение в обществе уже зашкаливает. Это будущее наших потомков и по сути, будущее всей Сибири, потому что у нас там природа уникальная. Телецкое озеро у нас располагается в 40 километрах от вырубки леса. На Алтае живут малочисленные коренные этносы. Их жизнь всегда была связана с тайгой. Они собирают там грибы, ягоды, орехи. Сейчас вокруг их домов все деревья вырублены подчистую, а по дороге на Телецкое озеро (входящее в список Всемирного природного наследия ЮНЕСКО. – С.Р) остались одни пни, – говорит Ольга.

Активисты утверждают, что недалеко от уникального озера китайские предприниматели собираются строить деревообрабатывающие комплексы. После предыдущих протестных акций никакой реакции республиканских властей не последовало. Поэтому активисты решили ехать в Новосибирск.

В общественной приемной полпредства у пикетчиков официально приняли бумаги, доказывающие, по их мнению, незаконность лесозаготовок, и пообещали ответить в установленный законом срок.

Решение провести сегодняшний пикет было принято в конце января, когда в алтайское село Паспаул съехались жители нескольких районов Республики Алтай и ее столицы Горно-Алтайска. Они устроили митинг, на котором протестовали против решения местных властей о передаче 20 тысяч гектаров бывших сельхозугодий, покрытых лесом, в аренду китайской фирме "Юйхэн" сроком на 49 лет. По словам участников акции, в Чойском районе идет активная вырубка леса, который затем без какой-либо переработки на месте вывозится в Китай. Именно поэтому все происходящее Ольга Конорева называет "китайской экспансией".

– Иностранные граждане скупают деревообрабатывающие предприятия, лес и земли за суммы, которые не могут предложить местные жители. Сейчас китайские предприниматели покупают предприятие барнаульского бизнесмена, запасаются древесиной. Они приезжают сюда с большими деньгами. А рубят деревья для них наши же жители. С сентября 2017-го на площади в 250 гектаров вырубили огромное количество леса. Каждый день валили по 2000 кубометров, по словам наших чиновников. Мы провели три акции протеста, писали жалобы в администрацию президента и другие инстанции. Это не дало никакого результата. В Чойском, соседнем районе, недавно выяснилось, что дорога, по которой возили срубленный лес проходит через кладбище. Значит, когда землю продавали, никто не разбирался, что делать с кладбищем. Это кощунство. В нашем районе таких случаев тоже полно. Люди уже ни во что не верят, становятся злыми, начинают сжигать трактора и вагончики лесорубов. После этого активистов подозревают в поджогах, к нам приходит полиция с обысками. Никакой спокойной жизни у нас нет, – рассказывает Конорева.

По ее словам, представители коренных народов Алтая решили объединиться и выйти на митинг против вырубки леса 20 февраля в селе Турочак Алтайского края.

Подобные пикеты и митинги регулярно проходят также в Иркутской области, в Забайкалье и Бурятии.

6 февраля активистка из Иркутска Ольга Жакова передала в администрацию президента России почти 170 000 подписей жителей Сибири в защиту леса. Осенью прошлого года активисты нескольких регионов запустили в сети петицию с требованием ввести мораторий на экспорт необработанной древесины из России. В тексте говорится, что в 2015 году только в одной Иркутской области было вырублено 33 миллиона кубометров леса, еще 522 тысячи га​ сгорели. В 2016-м эти цифры не уменьшились. Сибиряки опасаются, что тайга скоро исчезнет.

В интервью корреспонденту "Сибирь.Реалий" Ольга Жакова рассказала, что борется за спасение лесов с 2016 года, когда Сибирь мучили лесные пожары.

– С 2014 года мы задыхались от дыма и гари, – рассказывает Жакова. – У нас сгорало по 500 тысяч гектаров леса, и никто с этим ничего не мог сделать. Каждый день мы видим, как уходят составы с деревом в Китай, как лесорубы варварски вырубают деревья. И вот неравнодушные жители собрались и начали эту акцию. Позже ее подхватили в Бурятии и Забайкальском крае. Мы со всеми активистами скоординировали и начали совместное движение, собирали подписи на улицах, устраивали акции. Потом решили запустить петицию в change.org. Она получила отклик, за пять месяцев ее подписали 146 тысяч человек. На улицах наших городов нам удалось собрать еще 30 тысяч подписей.

В 2016 году участники общественного движения записали открытое видеообращение к Владимиру Путину. По словам активистов, до этого они неоднократно пытались достучаться и до местных властей. В 2017 году они отправили письмо в Законодательное собрание Иркутской области.

–​ В письмо мы включили несколько пунктов: чтобы добровольцам позволили участвовать в тушении пожаров и чтобы власти ввели мораторий на экспорт древесины. На что нам ответили "отпиской": якобы мы не соблюли формат обращения, –​ говорит Жакова.

Кроме того, в прошлом году жители обращались с просьбой запретить вырубку леса к губернатору Иркутской области. После этого в регионе был введен-таки мораторий на экспорт необработанной древесины. И это, по словам Ольги Жаковой, должно было способствовать развитию местного деревообрабатывающего бизнеса. Однако мораторий отменили через семь месяцев.

–​ Люди уже начали закупать оборудование, запускать производство и нанимать рабочих. Дело вот-вот должно было пойти. Но поскольку у нас депутаты разных уровней заняты в лесной отрасли, полиция покрывает этот бизнес. Лесное лобби продавило, и мораторий отменили. Мы поняли, что на местном уровне это не решится, даже если на то есть воля губернатора, –​ делится Жакова.

Забайкалье

Активист Стас Захаров участвовал в сборе подписей в Забайкалье и координировал общественное движение за сохранение озера и леса.

– На наших глазах вокруг Байкала иностранцы вырубают лес, в 300 метрах от озера создают двухэтажные свалки, – рассказывает Стас. – Однажды на моих глазах в лесу водитель КАМАЗа вывалил из кузова груду опилок и уехал. В июле прошлого года мы с жителями Бурятии встретились и решили, что нужно создать движение за сохранение Байкала и открыть сбор подписей. Мы сделали листовки для китайцев, чтобы они повлияли на свою власть. Перевели их на китайский язык. Добровольцы распространяли их на территории КНР. Байкал – это мировое достояние, может быть, китайцы задумаются над этим.

По словам Захарова, главное требование местных жителей – запрет экспорта древесины.

– Пусть рубят лес, но перерабатывают у нас, строят заводы и фабрики. Это дополнительные инвестиции в регион, – считает активист.

Бурятия

Наталья Козырева координировала сбор подписей и общественное движение за спасение природы в Бурятии.

– Последние 10 лет беспощадно вырубаются деревья, лес горит, а может быть, его специально поджигают, чтобы потом купить дешевле. Из-за этого пересыхают мелкие реки, питающие озеро. Байкал мелеет, – рассказывает Наталья Козырева.

Козырева говорит, что если к защитникам леса не прислушаются в администрации президента, они планируют обратиться в международные организации и будут требовать отставки высокопоставленных чиновников.

Алексей Ярошенко, руководитель лесного отдела Гринпис России, считает, что главная проблема лесного хозяйства России сегодня не в иностранных предпринимателях, а в "безумии" российских законов.

– Винить во всем Китай будет большой ошибкой. Он потребитель примерно половины заготавливаемой продукции. Во-первых, лес заготавливают в основном российские компании, во-вторых, они обращаются с лесом так, как им позволяют российские законы. Наше законодательство позволяет с лесом обращаться как с одноразовым ресурсом. К этому добавляются огромные пожары. Сгорает леса примерно в 3–4 раза больше, чем вырубается, – объясняет Ярошенко.

По его мнению, единственный путь сохранить лес – это переход от добычи бревен в диких лесах к полноценному лесному хозяйству, при котором лес будет выращиваться на освоенных землях.

– Одна из самых больших проблем кроется в вопросе восстановления леса. Многие чиновники любят говорить, что они якобы достигли баланса между вырубкой и восстановлением леса. Это абсурд и не имеет отношения к реальности. Чтобы вырос целый лес, за ним надо ухаживать примерно 15–20 лет. У нас такого ухода нет. Его даже в документах очень мало, а то, что есть, – халтура. Реально у нас выращивают полноценный лес примерно на 1% от площади, которая теряется, – говорит эксперт.

Алексей Ярошенко уверен, что активисты совершают ошибку, требуя запретить экспорт необработанной древесины и вырубку леса.

– У нас и так большая часть древесины экспортируется в обработанном виде – целлюлоза и пиломатериалы. Запретить рубку тоже невозможно, она все-таки кормит сотни тысяч человек. Меры, которые просят принять подписанты петиции, бесполезны и нереалистичны. Требовать надо полного изменения системы обращения с лесами. Человек не может отказаться от леса, но может хозяйствовать правильно. Попытка все сваливать на Китай снимает ответственность с наших чиновников. На северо-западе европейской части России никаких китайских предприятий пока нет, а в лесу такое же безобразие, как и в Сибири и на Дальнем Востоке. Вырубка и истощение лесов Архангельской области ничем не отличаются от того, что мы видим в Иркутской. Это подтверждает, что всё дело в безумии российских норм и правил, – заявляет эксперт.