Председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев поддержал идею правозащитников о введении института следственных судей/ Денис Абрамов / Ведомости

Для более эффективного контроля за деятельностью органов расследования и дознания «следует обсудить вопрос о введении в Уголовно-процессуальный кодекс института следственного судьи», заявил во вторник председатель Верховного суда России Вячеслав Лебедев, выступая на совещании председателей судов в Москве. Он отметил, что в прошлом году суды рассмотрели 120 000 жалоб на действия дознавателей и следователей, более 19% из них (т. е. почти каждая пятая) были удовлетворены.

«Я сейчас не могу еще окончательно сказать, надо ли вводить и как, – признался Лебедев журналистам в кулуарах совещания. – Но если вводить, то не надо откладывать принятие института на 10 лет. Потому что будут одни разговоры, как это у нас бывает, а реализации никакой. Пострадает не только само предложение, но станет менее эффективным и то, что есть». Поэтому нужно тщательно проработать вопросы компетенции – какие дела эти судьи будут рассматривать, добавил председатель Верховного суда: «Думаю, что в том числе аресты и продление сроков содержания под стражей надо отдать [следственным судьям]. Ну и затем подсчитать финансовую составляющую». Сам Верховный суд не готовит такую инициативу, но ранее с идеей введения института следственных судей выступил Совет по правам человека (СПЧ) при президенте, напомнил Лебедев.

Действительно, с предложением о введении института следственных судей как формы контроля за законностью предварительного расследования на встрече с президентом Владимиром Путиным в октябре 2014 г. выступила судья Конституционного суда в отставке, член СПЧ Тамара Морщакова, и президент тогда рекомендовал Верховному суду изучить эти предложения. Суть идеи состоит в том, чтобы компенсировать процессуальное неравноправие обвинения и защиты: де-факто судебные доказательства формируются стороной обвинения, в то время как защита такой возможностью не располагает, а судебный контроль за следствием носит исключительно формальный характер, полагают правозащитники. По их мнению, следственные судьи должны проверять законность и фактическую обоснованность возбуждения прокуратурой уголовного преследования и иметь право прекратить дело при нехватке доказательств. По завершении следствия такой судья должен принимать решение о направлении дела в суд, причем решения должны приниматься в заседаниях с участием представителей обеих сторон. Тогда процесс действительно может стать полностью состязательным, считают в СПЧ.

В 2015 г. на площадке Комитета гражданских инициатив Алексея Кудрина была представлена концепция соответствующего законопроекта: по замыслу его авторов в России должны появиться 336 следственных судей – по четыре на субъект Федерации, их функция – контроль за предварительным следствием по особо важным делам. В компетенцию следственных судей предлагалось передать дела об убийствах и умышленном причинении вреда здоровью, повлекшем смерть, о содействии террористической деятельности и публичных призывах к ее осуществлению. Таким судьям также предлагается работать на этапе расследований по уголовным делам с экономической подоплекой: о мошенничестве, присвоении или растрате, незаконном предпринимательстве и т. п.

Предложения СПЧ не получили поддержки заинтересованных ведомств – в частности, отрицательное отношение к введению нового института выразили Генпрокуратура и МВД. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков не ответил на запрос «Ведомостей» о позиции Кремля в отношении института следственных судей.

Член постоянной комиссии СПЧ по гражданскому участию в правовой реформе, судья в отставке Сергей Пашин говорит, что предложения СПЧ в итоге были переданы в администрацию президента, своего отношения к ним глава государства пока не высказал. Возможно, следует собрать конференцию и провести обсуждение концепции, в том числе с участием представителей Верховного суда, полагает он.

Идея введения института следственных судей довольно активно обсуждалась на разных площадках и вызвала оживленную дискуссию, вспоминает научный руководитель Института проблем правоприменения Вадим Волков: например, ее поддержал председатель Конституционного суда Валерий Зорькин. По мнению эксперта, концепция оставляет впечатление не до конца проработанной: непонятно, за счет чего следственные судьи станут более независимыми, чем обычные, и как функции нового института соотнесутся с полномочиями следственных органов и прокуратуры. Но хорошо, что Лебедев призывает к дискуссии – возможно, в процессе обсуждения удастся найти ответы на эти вопросы, надеется Волков: главное, чтобы это не стало поводом для номинального сокращения нагрузки на судей и простого увеличения их штатной численности.

Вячеславу Лебедеву нужны следственные судьи