«Березовский — это кто?»: веб-сериал Андрея Лошака

Премьера трейлера на «Медузе»

25 февраля на фестивале кино и медиа 1990-х «Эпоха перемен» пройдет презентация и показ первой серии «Березовский — это кто?» — веб-сериала, который создавался одновременно с книгой Петра Авена «Время Березовского». В основу сериала легли десятки интервью Авена с политиками, бизнесменами и людьми из близкого окружения Бориса Березовского. Целиком сериал будет доступен онлайн в конце марта. «Медуза» представляет премьеру трейлера многосерийного фильма и публикует комментарий его режиссера Андрея Лошака.

Андрей Лошак

режиссер

Изначально была идея сделать книгу, фильм — для ленивых, которые не хотят читать книгу, — и веб-версию, чтобы запихнуть в нее все то, что не влезет в фильм, для тех, кто этой темой интересуется и захочет узнать больше. Так получилось, что подготовка материала длилась очень долго, почти три года. Петр Олегович [Авен] не мог остановиться: записывал и записывал новые истории. В результате получилось почти 30 интервью, каждое из них — объемом минимум два часа. И когда мы с продюсерами получили эти 60 часов материала, идею сделать фильм мы временно отложили и решили, что можно попробовать сделать что-то в вебе. В какой-то момент я понял, что напрашивается форма сериала: история хорошо делится на главы, как это, собственно, и в книге произошло. Только в книге получилось шесть глав, а у нас 10.

Мы придумали формулировку «веб-сериал» и начали разрабатывать под него свою диджитал-платформу. Навигация между сериями на ней может быть и линейной, и нелинейной. Кроме того, существуют информационные сноски, бонус-видео и так далее. Сериал довольно сильно отличается от книги, хотя материал в них один и тот же — но у нас с Авеном и разный подход, и разное отношение к героям и событиям. Например, в книге только одна глава посвящена лондонскому периоду, изгнанию, а у нас про него — больше трети сериала. История о конфликте Березовского и нынешней власти начинается с седьмой серии.

У нас получилась история человека, удивительного во многих смыслах, история успеха и история краха. А за этим — очень много слоев. И почему провалились либеральные реформы, и почему Россия не выбрала западный путь развития, и почему либеральные идеи в России постоянно проигрывают? Судьба Березовского очень символична. Что с ним произошло? Он придерживался либеральных взглядов, но сам при этом позволял себе далеко не либеральные поступки. Из-за этой безответственности, о которой много говорит Авен в книге, мы отчасти оказались там, где оказались. И часть личной вины за это лежит на Березовском: он считал, что знает, куда вести страну, но то, как он это делал, оставляло желать лучшего. Во многом это история про то, что средства не менее важны, чем цели.

С другой стороны, именно Березовский был первым представителем элиты, вступившим в открытый конфликт с нынешней властью. Если послушать его интервью 2000 года — он уже тогда говорил про Владимира Путина все то, что станет понятно многим сильно позже. Тут, конечно, был элемент битвы двух альфа-самцов, но был и мировоззренческий конфликт. Березовский, похоже, искренне верил, что Россия не сможет жить без свободы, а она очень даже смогла. Владимир Познер у нас [в сериале] вспоминает, что Березовский еще до эмиграции удивлял его тем, как позитивно смотрел на Россию, ее будущее и ее народ. Это было нетипично для людей его круга. Он был уверен, что возвращение к авторитарным формам правления невозможно. Познер говорит, что если в 90-х оптимизм Березовского его удивлял, то в годы первого путинского срока он казался уже откровенной дичью.

Мы даже сделали в качестве некоего послесловия бонус-видео, которое не имеет прямого отношения к судьбе Березовского, но имеет — к нашей общей судьбе. Это фрагмент интервью Петра Авена с [Анатолием] Чубайсом, где они спорят, что выше — родина или свобода. И Чубайс, активный участник либеральной команды [Егора] Гайдара, сейчас утверждает, что государство важнее. Либералы 1990-х проиграли в новом тысячелетии примерно все, включая убеждения. Но, в отличие от остальных, Березовский объявил авторитарным тенденциям бой — и обнаружил себя в полном одиночестве. Ни один прежний товарищ из сильных мира сего его не поддержал. Поэтому смертный бой «врага государства номер один» с «кровавым режимом» выглядел нелепо, даже карикатурно, но закончилось-то все настоящей смертью.

С точки зрения рассудительного [бизнесмена Михаила] Фридмана, Березовский — безумец, он всегда знал, что тот кончит плохо, потому что «заломать русскую власть безродному космополиту невозможно». А вот с моей точки зрения, в этой безумной схватке Березовского с Путиным есть что-то донкихотовское, что делает из Березовского не проходимца, а историческую фигуру. Чтобы подчеркнуть это ощущение, я даже предлагал заканчивать последние серии фрагментами инаугураций Путина — раз от разу они становились все величественнее, в то время как у Березовского дела шли все хуже. Но в результате решили ограничиться двумя инаугурациями.

Можно долго говорить про 1990-е, но, мне кажется, в этом проекте нам удалось заодно поговорить и про наше время. И несмотря на то, что о Березовском часто трудно говорить без улыбки, история-то на самом деле очень грустная.

Записала Александра Зеркалева