Три билборда и восемь надолбов

Как выглядит политическая активность в Ленобласти и против чего борется сельский оппозиционер.

Днем 14 февраля село Русско-Высоцкое Ломоносовского района взбудоражило урчание спецтехники. В центр поселка, как танки на Красную площадь, мчались кран, контейнеровоз, экскаватор, грейдер, бортовой КамАЗ и погрузчик. Кавалькада остановилась напротив магазина Дмитрия Скурихина, перед которым торчали бетонные надолбы (противотанковые заграждения в виде пирамиды), а чуть далее – красный контейнер с надписью: «Скажи Путину нет!» Из-за этой надписи и возникла суета.

«Нам велено убрать эту хрень!» – крикнули парни, имея в виду надолбы, огораживающие подъезд к контейнеру.

Рабочие замазали агитационное граффити, перед криминальным красным контейнером, как ширму, поставили еще один контейнер – без художеств, пожужжали техникой и уехали.

Его борьба

43-летний Дмитрий Скурихин не совсем типичный селянин: он ярый либерал, причем весьма активный. Его фольксваген украшен логотипом «Открытой России», а на торпедо наклейка «Исаакий – городу!». Политические чаяния Дмитрий излагает открыто – пишет плакаты и лозунги на своем магазине и том самом контейнере, который от греха подальше закрыли специально пригнанные люди.

Дмитрий знает, что выглядит чудаком и возмутителем спокойствия, и сравнивает себя с Ходжой Насреддином. Это делает его чужим даже среди своих. Михаила Ходорковского считает легендой и реальным мужиком, но даже того смутил агитпиджак с антиправительственной вышивкой. Дело было в 2016 году в Хельсинки, на конференции «Открытой России». «Ходорковский сказал, чтоб я снял пиджак, а то больно фриковый», – вспоминает Скурихин.

Злые языки сравнивают экстравагантного интеллигента в очках с Бродским, прописывая ему «принудительное лечение». Сам он поэзии не чужд, но предпочитает Бродскому Высоцкого. Лучезарно доброжелателен, любит деревню, лыжи, Льва Толстого и русские песни.

Фото: Елена Лукьянова

Скурихин родился в Русско-Высоцком, как и его жена Татьяна. Семья живет в соседней Ропше, в скромном кирпичном доме, рядом со своим первым магазином, а всего их у него три. Дмитрий занимается бизнесом уже 22 года: после окончания Военмеха он не остался в городе, а вернулся домой и открыл три продуктовых магазина. Татьяна при нем бухгалтер.

Плакаты Дмитрий начал развешивать с 2014-го – с Крыма. До этого ограничивался наклейками на машинах. Путин, Украина, Сирия, Немцов, экономика – основные темы его воззваний. Дмитрий уверен: врагов у него нет, а есть люди, которых он не еще не сагитировал.

«Читая мои лозунги и сравнивая их со своим экономическим положением, граждане понимают: в стране что-то не то! – рассуждает он. – По телику все хорошо, а к врачу придешь…»

Активист признает, что когда пошел против Путина, большинство селян от него отвернулись. На агрессию он реагирует спокойно, хотя иногда на него и с кулаками лезут, и детей подговаривают обидное сказать.

«Поначалу власти не знали, что делать: на моей собственности висит плакат, я хожу рядом. Раньше висели по две недели, снимал, когда теряли актуальность, а теперь дольше пяти часов не висят. Но моя задача разбудить общество!» – поясняет Дмитрий, чувствуя себя декабристом, разбудившим Герцена.

Фото: Елена Лукьянова

Как завяла «Ирень»

«Когда обо мне узнал губернатор области, он спросил: «Что это за идиот Скурихин?» Мне так друзья передали. Губернатору объяснили, и к моему дню рождения дорогу к магазину перегородили», – смеется бизнесмен. Теперь магазин «Ирень» бестолково торчит у перекрестка, но подъехать к нему нереально.

«В Русско-Высоцком с чиновниками у нас борьба политическая, – говорит оппозиционер. – А вот Ропшинский муниципалитет ко мне нормально относится, чиновники из Кипени – мои друзья, хотя я и прилепил там наклейку у муниципалитета «Стоп, Путин!».

Скурихин сам был муниципальным депутатом в Русско-Высоцком с 2009-го по 2014-й. Из десяти депутатов девять были единороссы, а он – самовыдвиженец, его и назначили председателем комиссии по ЖКХ. Обнаружив финансовые махинации в руководстве района, Скурихин поделился информацией с жителями, которые вынуждены были жить без тепла и горячей воды. В поселок приехали телевизионщики, а угрожавшего ему главу администрации Евгения Устинова посадили. Рейтинг мундепа вырос.

«В 2012-м, когда последний раз были выборы президента, я провел в своем поселке агитацию против Путина и испортил ему показатели. Если в соседней деревне он набрал 85%, то в Русско-Высоцком – 55», – с гордостью вспоминает свою агитацию Дмитрий.

Политическую карьеру Скурихина – человека неудобного и неоднозначного, но за народ ратующего, оборвал Крым, присоединение которого он осудил, из-за чего, как сам считает, и потерял популярность у населения.

Заэзопить плакатик

Люди относятся к агитации земляка по-разному, но Скурихин уверен: все понимают его призывы, хотя порой он может «шибко заэзопить» тексты. Например, клич «Америка, режь наш рак» – сложноват. На фасаде скурихинского магазина закреплены рамки для плакатов и пестреет надпись: «Мир Украине, свободу России». А перед магазином торчат надолбы – их Дмитрий притащил со свалки, восемь штук. Это, говорит, символ сопротивления. Потом пришла идея проводить конкурс «Вспомним войну» перед 9 Мая. Победитель за текст или рисунок о войне получает от Скурихина приз – 5 тысяч рублей. Если присмотреться, на бетоне можно рассмотреть сделанные маркером надписи и рисунки участников. Во время разговора Дмитрий не сидит сложа руки: сначала он притащил лестницу и повесил новый плакат, потом украсил контейнер новым текстом. Невысокий мужичок подходит, вчитывается в надпись и одобрительно крякает.

Фасад магазина Дмитрия Скурихина // Фото: Елена Лукьянова

Плакаты заказывает в рекламном агентстве, но там не всегда готовы воплощать творческо-политические затеи Дмитрия. Как-то его друг-дизайнер даже запил с досады, отказавшись печатать что-то особо провокационное. Плакат обходится Дмитрию примерно в тысячу рублей. Недавно он «подправил» баннер на Ропшинском шоссе, агитирующий за действующего президента: написал слово «надоел», но испорченный плакат заменили новым.

За расклеивание агитации против Путина в трех деревнях Скурихина оштрафовали – по 500 рублей за штуку. Теперь, когда появляется очередной плакат, кто надо сообщает бдительной администрации, та звонит в полицию, а уж оттуда привозят людей для борьбы с креативом. Но останавливаться Дмитрий не намерен: «Если я долго не вешаю плакат, мучаюсь, как будто что-то не сказал». На фасаде магазина в Русско-Высоцком кто-то маркером накарябал: «Скурихин, выходи!» Как мыши коту Леопольду.

Сталин в подарок

Свою нежную супругу оппозиционер называет кремнем, но с политикой на нее не наседает, на митинги не таскает. В отличие от мужа Татьяна считает, что переубеждать людей практически невозможно, если только они этого сами не хотят. Покойный тесть разделял точку зрения Дмитрия – помогал вешать плакаты. А Татьяна, хоть и уважает политическую борьбу мужа, уверена, что семья важнее. Говорит: «Я такого мужа выбрала – интересного, простого не хотела, но не ожидала, что он увлечется политикой».

У Скурихиных пять дочерей, старшей 19 лет, младшей скоро четыре. Отец считает, что английский в жизни необходим, поэтому оплачивает языковые школы и посылает в Англию и племянников, и дочек. Сам занимается с детьми английским.

Дмитрий Скурихин с супругой // Фото: Елена Лукьянова

Младшая дочь родилась 6 марта, и Дмитрий решил сделать жене экстравагантный подарок. Рассуждал просто: машины, шубы есть, тропический рай был. Вот он и сделал… павильон автобусной остановки, который украсил плакатом со Сталиным в гробу, приписав: «Дракон умер, но дело его живет». Дальше шел призыв убить дракона в себе. Жена почему-то не очень обрадовалась.

Вскоре к многодетному отцу подошел председатель местной ячейки КПРФ и посетовал, что он «обидел стариков». Власти снесли политизированную остановку. Теперь в ожидании автобуса люди мерзнут на оставшейся от былой роскоши бетонной плите.

По тревоге

После того как грабители залезли в его магазин, Дмитрий начал носить с собой травматический револьвер. Но не думал, что им придется пользоваться в политических целях.

«Знаете, как устроены выборы в муниципалитеты в селах? Избирателя подкупают, но поскольку это преступление, составляют договор оказания агитационных услуг, – рассказывает Дмитрий. – Агитировать не надо, а надо проголосовать за кого следует. Дают деньги: тысячу рублей до, пятьсот – после. В 2014-м мы с друзьями нашли пункт массовой покупки голосов за единороссов. Выглядело все как медосмотр, во время которого заключался договор агитатора».

Дело было в ДК: ширмы, врачи и маленький столик с кипой документов. Скурихин подошел к столику и вызвался быть агитатором, но даму-оформителя не устроила его прописка: на другом участке. Договор ему не дали, но он сам взял, после чего дама произнесла слово «тревога». Подлетели дюжие парни, скрутили. «Я говорил: «Парни, спокойно, я фотографирую!» Достал фотоаппарат. Начался мордобой. Меня прижали к стене, я дергался, выхватил травмат, выстрелил в пол и вызвал полицию», – вспоминает Дмитрий.

Фото: Елена Лукьянова

«Осу» у него изъяли на следующий день: мировой суд решил, что Скурихин не имел права стрелять, поэтому в полиции пистолет уничтожили. Дмитрий подал апелляцию в районный суд и выиграл – судья постановил вернуть оружие. Пришлось полицейским взамен уничтоженного выдать ему другой, который шел на списание. Кстати, народ поступка Дмитрия не оценил: полторы тысячи для них, видимо, существеннее.

Народ шепчет

В Русско-Высоцком живет около шести тысяч человек. Когда-то птицефабрика была градообразующим предприятием, сейчас большинство ездит на работу в Питер. Днем тут можно встретить только пенсионеров, безработных или молодых матерей. «Магнит», муниципалитет, Сбербанк, поликлиника – все как везде. Кстати, поликлиника – та боль, которая объединяет людей разных убеждений и возрастов. Врачей не хватает, пробирок нет, чего ни хватишься – всего нет, но народ пока держится.

В местной группе ВКонтакте политику не обсуждают, зато постят собачек и ищут пропавшие ключи. Администратора группы Александра Гукова в Скурихине «раздражает излишнее желание запихать народу в глотку свое мнение». Его оппозицию он считает игрой и добавляет, что «в деревнях и так не очень красиво, а тут еще одно из центральных зданий завешано самодельными плакатами с угнетающими лозунгами, которые априори не могут призвать народ к действию, а только портят настроение».

Фото: Елена Лукьянова

От вопроса «Новой», что они думают о плакатах, селяне шарахаются. Молодая мать 36-летняя Юлия не считает уместной открытую критику «действующего президента», хотя некоторые ее знакомые думают иначе. Пенсионерка Людмила (62 года, работает дворником, потому что на пенсию 11 300 руб. не прожить) считает Дмитрия умным, за хозяйственные доблести хвалит: то сварщика в садик привезет, то что-то починит, и вообще он Дедом Морозом был. И семья у него хорошая. И человечный, но…

---

Людмила долго подбирает слова и торопливо говорит: «Я за Путина знаете почему? Во-первых, больше не за кого. Во-вторых, я за Крым. Езжай, запишись на прием к Путину – поговори, а этой лабудой ничего не добьешься, только здания портит».

---

Ирина Павловна тоже причисляет себя к «рабочему сословию». Следит за Украиной, где жила, и за событиями в Сирии, которые «полностью поддерживает». Узнав про присоединение Крыма, «верещала от счастья». «Говорят, пенсионеры – «угнетенная нация», но посмотрите на меня!» – шутит Ирина Павловна, поглаживая шубу – подарок детей.

Другая дама в летах и мехах, услышав о Скурихине, скривила сиреневые губы и заявила, что «ей насрать». С ней солидарны немногочисленные местные молодые мужчины. Если парню в наушниках до политагитации дела нет, то хозяин резвого спаниеля Джерри свою осторожную позицию сформулировал так: «У меня семья, дети, мне не до политики!»

Олег у «Магнита», щурясь из-под трикотажной шапочки, услышав о плакатах и беспокойном Скурихине, насторожился: «А вы сама-то за кого?» Хотя на выборы не пойдет. «Смысла нету, – пояснил свой бойкот Олег. – Там наверху все решено! У Димы что-то с головой: рано или поздно приедет кто-то и даст ему по голове – и полиция приезжала, а он все пишет».

Игорь Михайлович, которого мы встретили у Сбербанка, оказался радикальнее односельчан. При упоминании фамилии оппозиционера он занервничал и сказал, что повесил бы автора лозунгов.

Лариса Ивановна не хочет

Скурихин обратился в полицию с просьбой привлечь к ответу того, кто закрасил надпись на его контейнере. Ситуация забавная: снимать плакаты с частной собственности нельзя, поэтому заявление в полиции приняли.

По дороге в Лаголово, где находится отделение, Дмитрий рассказывает, как его плакат «Скажи родине "да!", Путину "нет!"» – сочли агитационным. А он уверен, что это творческий жест. На него жалуются и чиновники, и жители, вот полиция и реагирует. За годы пламенной борьбы полиция и Скурихин притерлись друг к другу. По словам полицейских, по-человечески он им симпатичен. «Наши отношения приняли взаимоуважительный характер, – уверен оппозиционер. – Рядовые полицейские разделяют мое мнение, а раньше начальник отдела полиции смотрел на меня, как солдат на вошь».

Ларису Ивановну Волкову – главу администрации Русско-Высоцкого – Дмитрий называет «Путиным в миниатюре». Но ее поймать на рабочем месте оказалось делом хлопотным. Корреспонденты «Новой» заранее попросили об аудиенции, но в ответ получили отказ: дескать, должна присутствовать на заседании совета депутатов. Вторник – приемный день. И мы потоптались под дверью госпожи Волковой (заходили дважды: первый раз нам отказал ее зам). Спустя время забежали на удачу снова: Лариса Ивановна предложила войти, но вдруг передумала, нахмурилась, заподозрив недоброе, и посоветовала поговорить с «людьми», к которым себя, видимо, не причисляет.

***

Плакат Дмитрия провисел недолго. Когда он вернулся из Лаголово, к нему с ответным визитом уже приехали люди в форме снимать очередное художество. Оппозиционер не отчаивается – повесит новый.

Фото: Елена Лукьянова