У меня все в порядке, но я немного хочу умереть

В России покупают все больше антидепрессантов. Как они влияют на жизнь и почему многие боятся их принимать?

Только по официальным оценкам, в 2016–2017 годах с депрессией жили от 100 тысяч до восьми миллионов россиян. По данным маркетингового агентства DSM Group, занимающегося исследованиями фармацевтического рынка, в 2017-м в России купили семь с половиной миллионов упаковок антидепрессантов, то есть на 3,4% больше, чем в 2016-м (отчет агентства есть в распоряжении «Медузы»). Однако многие по-прежнему настороженно относятся к таким препаратам, даже если их назначает врач. «Медуза» поговорила с людьми, которым прописывали антидепрессанты, а также с психологом и психиатром — и попыталась разобраться, какие сложности и предубеждения приходится преодолевать в процессе лечения от депрессии и других расстройств психики.

«За помощью обращаются только слабые»

25-летняя москвичка Аня больше полугода жила, ни дня не чувствуя себя счастливой. Никто не умер, не предал, личная жизнь устраивала, работа тоже. Но каждый день она спала по 12–14 часов, затем с трудом вставала, шла на работу и половину дня просто смотрела в экран компьютера, не в силах ничего делать. В метро иногда поглядывала на рельсы; не собиралась бросаться под поезд, хотя иногда это представляла. Думала: если так сделать, то все закончится. Что именно — сформулировать не могла.

Однажды, в гостях у мамы, с которой у Ани доверительные отношения, она вдруг разрыдалась, сказала, что жизнь отвратительна. Мама забеспокоилась и посоветовала пойти к психологу. Аня обратилась к частному психиатру, так как понимала, что психолог на этом этапе ей уже не поможет. На первом же приеме она призналась: «У меня все в порядке, но я немного хочу умереть». Ей поставили диагноз «эндогенная депрессия».

Депрессию не обязательно вызывает травматичное событие: потеря близкого человека, работы или домашнего животного. Бывает и так, что она развивается без какой-либо явной причины. Клинический психолог Александра Фунтова, которая с 2013-го ведет частную практику и работает с депрессивными состояниями и преодолением кризисных ситуаций, говорит, что многие люди годами живут в таком состоянии, стараясь не обращать на это внимания. «В таких случаях человеку говорят, что он с жиру бесится. Муж, дети, работа — все есть, все хорошо. Но в то же время ничего не хочется — и все плохо». Заведующая психиатрическим отделением городской психиатрической больницы № 7 им. академика И. П. Павлова в Санкт-Петербурге Наталья Корчагина добавляет, что в таком состоянии человек половину дня может чувствовать себя очень подавленно и бессильно, а другие полдня — вроде бы хорошо.

Симптомы депрессии бывают разными: эмоциональными, когнитивными и соматическими. Это могут быть подавленность, раздражительность и бесчувственность; ухудшение памяти или внимания, чувство вины или собственной никчемности; изменения веса и аппетита, нарушения сна, снижение либидо и потеря энергии, суицидальные мысли. Как говорит психолог Александра Фунтова, когда что-то подобное тянется несколько дней — это нормально, особенно если этому предшествовала сильная эмоциональная или физическая усталость. Обращаться к психологу, психотерапевту или психиатру стоит, если такой период затягивается на пару недель и дольше.

Аня вспоминает, что жить в таком состоянии было очень тяжело. Поэтому, когда психиатр прописал ей антидепрессанты, у нее не возникло вопросов. «Я просто взяла рецепт и пошла их покупать», — говорит она.

Подобное решение не всем дается легко. По данным опроса ФОМ, проведенного в 2014 году (более актуальных достоверных исследований на эту тему нет), 57% россиян в принципе исключали возможность обращения за профессиональной помощью. Лишь половина из них объясняла это тем, что у них все хорошо; 14% считали, что могут сами выбраться из проблем, 8% не доверяли специалистам, а еще у 5% на поход к ним не было денег.

На прием к психотерапевтам или психиатрам люди часто приходят, лишь когда им становится совсем плохо. Психиатр и психоневролог Виктория Жаденова, до начала частной практики работавшая в клинике психосоматической медицины, объясняет, что многие держат проблемы в себе и не делятся ими, так как боятся осуждения. «Многие больные тянут до последнего, пока их не отправляют к врачу близкие в совсем запущенном состоянии, когда нужно лечить медикаментозно», — объясняет Жаденова. Хуже всего, по ее словам, чувствуют себя пациенты-мужчины. «Если у женщины что-то кольнуло, то она быстро решила вопросы с врачом. А мужчина ни с кем не поделится и доводит депрессию до максимума», — объясняет Жаденова.

До того, как ей назначили антидепрессанты, Аня тоже считала, что за помощью обращаются только слабые люди. «Я считала себя сильнее этих несчастных, думала, что справлюсь сама. А на деле мы все уязвимы и ломаемся по разным причинам». Она считает, что поступила правильно, сразу начав принимать препараты. «Я ипохондрик. Если бы я начала читать о них на форумах, то, скорее всего, нашла бы в побочных эффектах осьминога головного мозга», — шутит Аня.

«Надо уметь расслабляться»

Психиатр Наталья Корчагина говорит, что негативные отзывы об антидепрессантах в интернете могут сильно пугать пациентов и мешать лечению. Одна из ее пациенток отказывалась принимать препарат, который ругали на форумах. Когда женщина наконец согласилась на лечение и препарат ей помог, то на форум она уже не вернулась — и положительный отзыв писать не стала. «Там [сидят] те, у кого не выходит лечение. Поэтому в русскоязычном интернете создается впечатление, что антидепрессанты — зло», — считает психиатр.

На популярном форуме Woman.ru пользовательнице советуют принимать прописанный ей антидепрессант «максимум неделю, не больше, а то будет привыкание организма» (на самом деле такие препараты не вызывают зависимости, об их эффективности можно говорить не раньше чем через шесть недель приема), а потом постараться «самостоятельно побороть депрессию». На форуме украинского сайта для родителей Kidstaff его участнице рекомендуют вместо приема антидепрессантов «уметь расслабляться» и выпивать «винчик иногда с подругой» (алкоголь является депрессантом и противопоказан во время депрессивных состояний и их лечения).

Журналистка и основательница крупного сообщества психологической поддержки в фейсбуке Алиса Таежная сама пережила тяжелую затяжную депрессию и публично рассказала об этом еще за два года до международного флешмоба #faceofdepression. Но к антидепрессантам она пришла далеко не сразу. Ей долго не удавалось найти врача, который поставил бы верный диагноз, подобрал эффективный препарат и объяснил, как он работает. Алиса говорит, что прежде опасалась антидепрессантов, так как почти ничего о них не знала. «Еще несколько лет назад в моем окружении расстройства психики и их лечение просто не обсуждали. Было несколько человек, которые принимали антидепрессанты, но про них говорили, что они лежали в дурке. Хотя они там не лежали», — вспоминает Таежная.

Два года у нее тянулась депрессия, у которой были лишь соматические проявления: быстрая утомляемость, проблемы со сном, потеря веса. «Я ходила к одному психологу, второму, третьему. Никто не помогал. Ни один специалист не обращал внимания на физические симптомы и даже не задавал вопросы о них», — говорит Таежная. Первый психиатр, к которому она обратилась после обострения (к этому моменту у нее было тяжелое расстройство сна и она не могла выходить на улицу без сопровождения), вел платные консультации в психоневрологическом диспансере. Он решил, что Алиса преувеличивает свое состояние, назвал ее поведение истерическим и прописал антидепрессант со словами: «Если вы сами справиться не можете, то принимайте таблетки».

Врач не предупредил, что препарат поначалу может усилить симптомы. Когда так и случилось, Алиса, сомневавшаяся в компетентности специалиста, просто прекратила принимать таблетки. «В инструкциях к препаратам в списке побочных эффектов есть примерно все, от чего можно умереть, — говорит она. — А на форумах множество неадекватных отзывов от людей с плохо подобранными антидепрессантами или тех, кто занимается самолечением».

Специалиста, который поставил верный диагноз, удалось найти только после очередного обострения — когда у девушки всерьез появились суицидальные мысли. У Алисы обнаружили биполярное аффективное расстройство и прописали непопулярный и недорогой антидепрессант. У лекарства было несколько побочных эффектов: Алиса вспоминает, что набрала больше десяти килограммов, а во рту была сухость. «Но по сравнению с суицидальными мыслями это ничто», — говорит она. Первое время врач выводил нужную дозировку, оценивая ее состояние, подробно объяснял, как работают лекарства. Справиться с болезнью удалось за несколько месяцев — однако спустя полгода Алиса перенапряглась, и это привело к рецидиву. Она вернулась к таблеткам, но уже лишь на два с половиной месяца. После этого депрессия больше не возвращалась.

«Если я принимаю таблетки, то я больной»

По опыту психолога Александры Фунтовой, многие пациенты боятся, что после назначения антидепрессантов их впереди ждет только больница. «Это общий страх, что если человек идет к психиатру, то ему поставят отметку, сообщат на работу и все узнают, что он сумасшедший, который не может без таблеток», — рассказывает она. К психиатру Виктории Жаденовой на прием тоже приходят люди, которые хотят поправиться, но не готовы к лекарствам. «Меня просят вылечить словом и говорят: „Если я принимаю таблетки, то я больной“», — говорит Жаденова.

Депрессия, биполярное аффективное расстройство, обсессивно-компульсивное расстройство, тревожное расстройство или посттравматическое стрессовое расстройство действительно входят в Международную классификацию болезней, разработанную Всемирной организацией здравоохранения. Они эффективно лечатся антидепрессантами, но, кроме этого, такие препараты могут прописывать при хронической боли или мигрени и даже тем, кто бросает курить. Задача психиатра — не только убедить пациента в том, что ему необходимо лекарство, но и подобрать правильный препарат и дозировку. Например, пациент может бояться какого-то конкретного побочного эффекта, и тогда ему можно сразу подобрать более подходящее средство.

Существует несколько групп антидепрессантов, у каждой из которых есть свои побочные эффекты. Это может быть тошнота, диарея, усиление тревоги, сонливость, суицидальные мысли, головные боли, снижение или повышение аппетита. Одна из самых распространенных групп антидепрессантов — селективные ингибиторы обратного захвата серотонина; в эту группу входит популярный препарат флуоксетин. Его частым побочным эффектом становится снижение либидо, хотя, как отмечают специалисты, к этому может вести и сама депрессия. «Когда психологически тяжело, секс часто уходит на второй план. Когда болезнь отступает, желание возвращается», — объясняет Жаденова.

У одной из героинь, с которой поговорила «Медуза», во время курса антидепрессантов оно пропало практически полностью. «Секса не хочется от слова вообще, становится трудно достичь оргазма, — признается 31-летняя москвичка Алена (имя изменено по просьбе героини). — Я сразу поделилась с партнером этой проблемой, и он отнесся с пониманием. Со временем мы подстроились так, чтобы и мне было не в тягость, и ему не в дефицит». Другим неприятным последствием приема антидепрессантов для женщины стал набор веса. Она говорит, что из-за препаратов ее сильно тянет на углеводы и неминуемо случаются срывы; за год Алена поправилась на 30 килограммов. Сейчас они с психиатром нашли подходящую комбинацию препаратов, и ее вес снижается.

Как правило, на привыкание к препарату уходит несколько недель. В каждом случае смотрят на индивидуальную реакцию организма; иногда врач принимает решение поменять лекарство. «От первых таблеток меня трясло, как листик на ветру, я все время нервничала, зрение периодически становилось туннельным и обострился нервный бронхоспазм», — вспоминает первая героиня материала, Аня. Ей сменили несколько препаратов, прежде чем один из них подошел.

Психиатр Наталья Корчагина считает, что, если постоянный побочный эффект вызывает у человека заметный дискомфорт, препарат обязательно нужно менять: «Лечение не должно быть карательной методикой, и здесь необходима чувствительность врача». В отдельных случаях в дополнение к антидепрессантам выписывают и антипсихотики — то есть препараты, снижающие тревожность. «У антидепрессантов такой эффект тоже есть, но он проявляется только через шесть-восемь недель. А хочется сразу начать помогать пациенту, так как ему самому мучительны вспышки гнева и раздражения», — объясняет Корчагина.

«Хотелось просто настроение повысить»

Для наиболее эффективного лечения депрессии и других расстройств психики желательна совместная работа психиатра и психолога или психотерапевта. Благодаря антидепрессантам человеку становится легче, а психотерапия дает поддерживающий эффект: помогает повысить самооценку, скорректировать поведение и образ мысли, наладить отношения с окружающими. Лучше всего, когда два специалиста — психиатр и психолог или психотерапевт — работают в паре, вместе анализируют состояние клиента и принимают решения о его лечении.

Роман понял это полгода назад. У мужчины годами длилась апатия, которая мешала ему жить. Но он решил не ходить к психологу, а только принимать антидепрессанты. «У меня многие друзья так делали, и я считал, что ничего страшного в этом нет», — вспоминает он. Роман обратился к психиатру, который за деньги выписывает рецепты, и начал принимать антидепрессант фактически без поставленного диагноза. «Сам не знал, зачем это нужно, хотелось просто настроение повысить», — рассказывает мужчина.

Он положился на таблетки, и ненадолго ему действительно стало легче. Но в то же время он вел нездоровый образ жизни, ходил на вечеринки несколько раз в неделю и принимал наркотики. Через пару месяцев антидепрессант перестал действовать, и состояние снова ухудшилось. «У меня не было цели побороть болезнь, поэтому я просто регулярно подбирал новые таблетки, чтобы становилось легче жить. Когда они переставали действовать, я усиливал дозировку или менял лекарство», — вспоминает Роман.

Так он прожил два года. «Мои друзья не были готовы смотреть на мое разложение, — говорит Роман. — Остался последний друг, с которым мы иногда встречались, но даже он в один момент послал меня. Я понял, что иду не той дорожкой. Люди отворачивались от меня, это привело к одиночеству, боли и сильной депрессии». Тогда Роман решил пойти к психотерапевту.

Благодаря терапии Роман осознал, что его проблемы в первую очередь связаны с наркотиками, и решил отказаться от прежнего образа жизни. Сейчас он ходит на курсы анонимных наркозависимых, принимает антидепрессанты и каждую неделю встречается с психологом. «У меня новая цель — вылечиться. Я не хочу барахтаться от одной таблетки к другой, как раньше. И с правильным лечением я впервые за долгое время стал больше общаться, приглашать друзей в гости, дарить подарки, проявлять инициативу. Раньше это для меня было тяжело физически и психологически: я быстро уставал от людей, хотел уйти и лечь спать», — говорит Роман.

«Вылечиться за месяц невозможно»

Как правило, первый этап медикаментозного лечения депрессии занимает от шести до двенадцати недель; после этого можно делать выводы, насколько оно помогает (если за шесть-восемь недель никакого заметного улучшения не случилось, препарат меняют). После того как удовлетворительный результат достигнут, наступает следующий этап: лечение продлевают еще на четыре-девять месяцев (в случае рецидива он может быть дольше). Виктория Жаденова в своей практике сталкивалась с ситуациями, когда пациентам через несколько месяцев приема антидепрессантов становилось лучше и они бросали их принимать. «Лекарства снимают симптомы, — объясняет психиатр. — Человеку через месяц стало хорошо, и он решает, что просто запутался, а теперь все ясно и можно бросить [антидепрессант]. Если пациент мне пишет об этом заранее, то я предупреждаю, что, скорее всего, произойдет откат».

По ее словам, чаще всего это случается уже через месяц; человека не просто отбрасывает в состояние до приема препаратов, но оно еще ухудшается. «Важно прислушиваться к ощущениям клиента [от лечения], но полностью опираться на его слова нельзя. Человек, который год находился в депрессии, часто хочет вылечиться за месяц, но это невозможно», — говорит Жаденова.

Алена уже шесть лет ходит к психотерапевту и считает, что таблетки — это лишь первый этап лечения. «Психотерапию мы подключили чуть позже, когда я более-менее стабилизировалась благодаря лекарствам», — объясняет она. По ее словам, после этого психолог или психотерапевт начинает прорабатывать с клиентом его проблемы, помогает выстроить новые модели мышления, чтобы человек в будущем иначе реагировал на прежние триггеры, не допускал токсичных отношений и ситуаций, стал психически более закаленным.

Аня говорит, что антидепрессанты — что-то вроде костыля или анестезии, «чтобы пережить всю жуть, кровь и кишки своей души», пока психолог помогает проработать их на сеансах. Лекарства, по ее словам, нужны для того, чтобы не умереть от душевной боли. «Мне попался хороший специалист: он мягкими лапами ходит по моей жизни. Только сейчас я начала к этому привыкать и делиться с ним чем-то сама, без вытягивания ответов клещами», — рассказывает девушка.

Лекарства ей для начала прописали на полгода. Она почти закончила курс и недавно сказала врачу, что хочет прекратить их прием: «Мы готовимся к тому, чтобы летом закончить [прием антидепрессантов]. Будет глупо, если я перестану принимать лекарства и снова почувствую себя плохо». Но она верит, что все получится: главное — очень медленно снижать дозировку, внимательно отслеживать свое состояние и продолжать работать с психологом. Виктория Жаденова говорит, что все ее пациенты, которые прошли курс антидепрессантов, в итоге справились с болезнью: «Они удивляются, что, оказывается, можно радоваться жизни и перестать говорить, что Москва — серый город».

Александра Сивцова