Россия, Казахстан и Беларусь могли бы объединить усилия против свободного интернета — но каждый лидер предпочитает запрещать интернет по-своему

Вечером в понедельник, 23 апреля, президент России Владимир Путин одобрил законопроект, по которому в стране теперь можно блокировать сайты «с порочащей честь и достоинство» информацией. Технически это теперь будет выглядеть так: по решению суда сайт, на котором есть крамола, должен удалить ее, но если этого не будет сделано, то теперь тот же Роскомнадзор может смело блокировать ресурс нарушителя. Формально же необходимость в таком «рубильнике» могла возникнуть после дела Дерипаски, полагает руководитель Роскомсвободы Артем Козлюк.

«Такие ситуации теперь можно поставить на поток, когда не только группа юристов и высокопоставленные, приближенные к власти лица могли удалить информацию о себе, а чтобы эта опция была просто и приятно доступна всем тем, кто не готов мириться с альтернативной точкой зрения о себе», — говорит Козлюк.

Блокировка сайтов за «обесчещивание» — это еще один инструмент в арсенале российских властей в лице Роскомнадзора по борьбе со свободолюбцами в интернете вообще. Сейчас, по данным Роскомсвободы, блокировка отдельных ресурсов (с теми же ссылками для скачивания прокси и VPN) может проходить и без решения суда: «Роскомнадзор просто считает, что это нужно для недопущения доступа к какому-то другому ресурсу». Новый законопроект делает этот процесс более элегантным. «Сначала будет блокироваться по решению суда главный сайт, а потом начнут уже, чтобы не допустить «доступа», блокировать другие ресурсы с теми же «зеркалами», — прогнозирует Артем Козлюк.

Россия не одинока в своем желании защитить «честь и достоинство физических и юридических лиц». Неделю назад в первом чтении в Беларуси был принят законопроект, который вообще разрешает блокировать сайты во внесудебном порядке — в том числе и потому, что там могут быть «порочащие сведения». При этом белорусские законодатели аргументировали свою позицию тем, что

«нужно гармонизировать белорусское законодательство с законодательством России и Казахстана», а еще добавили, что внимательно следят за эпопеей с Telegram.

«Гармонизация» законодательства в части запретов в государствах Евразийского союза на высоком уровне пока не обсуждается, но странам точно есть чему друг у друга поучиться.

Каждому — свой запрет

В Казахстане, который за историей с Telegram следит не менее внимательно, чем официальный Минск, мессенджер Павла Дурова по вечерам «лежит» в течение одного-двух часов уже пару недель. Бывают просветы, но они связаны с тем, что в эфир не выходит главный оппонент Нурсултана Назарбаева беглый олигарх Мухтар Аблязов.

Когда он в онлайне — «падает» еще и Facebook, с перебоями работает YouTube. Сайты не то чтобы не открываются, просто открываются очень медленно.

Казахстанская власть открыто призналась, что замедление работы мессенджеров — это их рук дело.

«В рамках исполнения решения Есильского районного суда Астаны по запрету на распространение информационных материалов в поддержку движения «Демократический выбор Казахстана» (признанного экстремистским Министерством информации и коммуникаций) были направлены соответствующие уведомительные письма в адрес собственников иностранных социальных сетей и мессенджеров, посредством которых распространяются запрещенные материалы. В связи с этим возможны технические сбои в работе социальных сетей», — официально заявили власти.

Решения суда никто не видел, но то, что суд из Астаны, — это часть технологии по запрету и блокировке интернет-ресурсов в Казахстане — интересно.

«По-хорошему, это делается так: прокуратура идет в суд, один-единственный районный суд в Астане выносит решение о блокировке, — говорит глава фонда защиты свободы слова «Адил соз» Тамара Калеева. — Заседание проходит в ускоренном порядке, ответчика просто не зовут, якобы не находят».

После этого сайт блокируют либо автоматически, либо, если речь идет о мессенджерах, их начинают глушить через техническую службу, находящуюся в ведении Комитета национальной безопасности.

В особых случаях в дело вступает большое количество различных подзаконных актов, которые позволяют (при отсутствии на сайте «экстремистских сведений») «выключить» ресурс на других, даже формальных основаниях. К примеру, ресурс ratel.kz прокуратура и — внезапно! — Министерство аэрокосмической промышленности потребовали выключить на основании того, что владелец домена (он же один из редакторов сайта) умер, а на перерегистрацию времени дано не было. Теперь совладельцы сайта пытаются доказать незаконность блокировки в судах, а ресурс не открывается даже через VPN.

В 2017 году Казахстан заблокировал, по данным министра информации и коммуникаций Даурена Абаева, 9000 сайтов — формально за экстремизм, терроризм, пропаганду насилия и суицида. Однако нюанс в том, что список заблокированных ресурсов в широком доступе отсутствует. «Контролирующие органы объясняют это тем, что так они уберегают общество от соблазна залезть на запрещенный сайт», — говорит Тамара Калеева. Найти себя теоретически можно, если на сайте министерства вбить свой ресурс в специальную строку. Но выйти из этого списка непросто: решение по каждому ресурсу принимается ситуативно. Казахстанские власти в этом смысле просто решили не особо соблюдать приличия. «Полномочия по блокировке отдали силовым структурам, и вообще к мифу об интернет-вольнице в Казахстане подошли гораздо строже, — говорит директор Группы оценки рисков Досым Сатпаев. — Более того, когда речь идет об общественно-политических ресурсах, решение принимается коллегиально на уровне администрации президента — и на эти риски уже власти идут».

Белорусский вариант — внесудебная блокировка сайтов (в этом году, например, за «угрозу национальной безопасности» был заблокирован сайт «Хартия-97») — для Казахстана пока неприемлем. Зато внесудебной блокировкой сайтов занимается Россия (правда, пока только «пиратских»). В свою очередь,

Беларусь забрала себе от Казахстана норму об обязательной идентификации комментаторов на сайте, а Казахстан от России перенимает норму об обязательной авторизации через SMS в зоне доступного Wi-Fi.

Казахстан, однако, в этом трио все равно остается на передовых позициях в плане не только блокировки интернета, но и разнообразия блокировок. На этой неделе в республике, например, был заблокирован портал svpressa.ru — формально из-за того, что он совпадает в своем IP с порнографическим ресурсом на территории Казахстана.

Под евразийским куполом

Желание унифицировать свое законодательство под нужды Евразийского союза пока высказала только Беларусь, но технически это могут сделать все участники, считает Артем Козлюк из Роскомсвободы. «У государств, конечно, свои законодательные базы, но они могут договориться о единой политике: например, в отношении разделегирования доменов, — говорит Козлюк. — Допустим, казахстанские ресурсы, зарегистрированные в России, могут быть отключены по договоренности российскими спецслужбами, и наоборот».

Для этого даже не нужно менять в своей стране законы: достаточно скоординироваться между собой спецслужбам из трех государств. Надо сказать, о подобных договоренностях говорили еще в 2015 году, но с тех пор сотрудничество ближе не стало.

Возможно, все дело в том, что «единый евразийский файервол» не только сложен в техническом исполнении, но рождает у каждого лидера чувство ревности.

«Каждый хочет управлять интернетом по-своему, — уверен Досым Сатпаев. — В Казахстане опасаются, что Россия начнет под видом общих блокировок продвигать свои ресурсы. Кроме того, неизбежно встанет вопрос о центре, откуда будут исходить все блокировки. А в авторитарной стране каждый хочет блокировать и контролировать все — но в своей «квартире».

Поэтому вместо единой законодательной базы государствам удобнее брать друг у друга наработки и применять их к своим условиям. Министерство информации и коммуникаций Казахстана, скажем, примеряет на себя роль Роскомнадзора. Россия в дальнейшем может полностью отдать вопрос блокировок на откуп ФСБ. Беларусь может увеличить сроки за клевету в интернете до казахстанских масштабов (в самом тяжелом варианте — до 10 лет тюрьмы), а Астана, наконец, может отбросить приличия и убрать из процедуры блокировки необходимость спрашивать разрешения у суда.

И все в этом случае будут довольны, кроме интернет-пользователей, разумеется. Но тут тоже может помочь опыт соседей: в Казахстане, например, пользователи начали привыкать, что вечером в интернете людей становится гораздо меньше. И даже самолетики с улицы подбирать не пришлось.