Оригинал материала
Тунеядцы снова в моде
Как известно, российская политика идет вслед за белорусской: автократы учатся друг у друга. Белоруссия ныне принялась бороться с «асоциальными» личностями — с опытом знакомился The New Times
Акции протеста против «декрета о тунеядцах» Фото: belsat.eu
20-летний белорусский дизайнер Алесь работает как фрилансер с заказчиками из Польши — рисует 3D-модели мебели и интерьеров. Официально он ни на каком белорусском предприятии не числится, трудовую книжку хранит дома. Получает при этом намного больше, чем «родители вместе взятые».
«Недавно мне звонили из исполкома, интересовались, где я работаю — мол, у них нет данных, — делится с NT Алесь. — Я ответил, что работаю не в Беларуси. Они предупредили, что поставят на учет как тунеядца. Я спросил — почему, ведь я с заработка официально плачу налоги в бюджет. А они ответили, что им все равно: трудовая книжка должна лежать на каком-нибудь предприятии, иначе я — асоциальная личность».
«Письмо счастья» по-белорусски
Звонок Алесю «из исполкома» — не случаен. Борьба с «асоциальными личностями» приняла в стране характер настоящей кампании, после того как в начале апреля в Белоруссии было опубликовано правительственное Постановление № 240 — «Об утверждении Примерного положения о постоянно действующей комиссии по координации работы по содействию занятости населения». За неброским названием скрывается вторая попытка белорусских властей обеспечить в стране всеобщую принудительную занятость.
Вторая — потому что свой первый декрет — «О предупреждении социального иждивенчества», который в народе сразу прозвали «декретом о тунеядцах», — Лукашенко издал еще в апреле 2015 года. А впервые Батька заговорил о «невидимых» для национальной экономики гражданах годом раньше, в 2014-м. Власти начали с рейдов по выявлению тех, кто неофициально работает в России: по разным оценкам, это от 500 тыс. до 1 млн белорусов. Их семьи пытались заставить платить за учебу детей в школе и за медицинскую помощь, но особого успеха инициатива не имела. Затем принялись отлавливать самозанятых — парикмахеров-«надомников», компьютерных мастеров, репетиторов и прочих. С высоких трибун называлась цифра: более полумиллиона белорусов формально нигде не работают, зато потребляют социальные услуги — возмутительно!
Апрельский, 2015 года, лукашенковский «декрет о тунеядцах» в обществе поначалу всерьез не восприняли. Но прошло полтора года — и осенью 2016-го Министерство по налогам и сборам начало рассылать извещения тем гражданам, которых оно посчитало «не участвующими в финансировании государственных расходов». Согласно президентскому декрету, если человек не работает 183 дня в год, то он должен оплатить специальный сбор — 360 белорусских рублей ($185, очень крупная по белорусским меркам сумма). Этот сбор в народе прозвали «налогом на тунеядцев». Всего налоговики разослали более 470 тыс. извещений на уплату «сбора на финансирование государственных расходов». Если отбросить маленьких детей, школьников со студентами и пенсионеров, оставив только трудоспособных граждан, то оказалось, что «письмо счастья» пришло каждому десятому гражданину страны. Уплатить сбор было нужно к 20 февраля 2017 года. Для многих белорусов это стало ловушкой.
Обычно послушные до анекдотичности белорусы платить «налог на тунеядцев» элементарно отказались. Несмотря на угрозы самых разных наказаний, вплоть до тюремного заключения, сбор оплатили меньше 10% тех, кто получил извещения
Например, Василий Темин живет в небольшом городе Миоры, это самый север Белоруссии. В городе 8 тыс. жителей, но реально, по словам Василия, работают меньше половины. «Хорошо еще тем, кто работает в исполкоме, школе или ЖЭСе — там хоть платят стабильно, из бюджета. А остальные, после того как ввели «налог на тунеядцев», попали в капкан, — разъясняет Василий в разговоре с NT. — Есть четыре небольших завода, но работают еле-еле, устроиться туда нереально. Люди сидят без работы, большинство перебиваются подработками или мотаются на заработки в Латвию. Регистрироваться безработным никто не хочет: пособие $8 в месяц, да и за них душу вынут. А если подрабатываешь — лишают статуса безработного. Короче, формально записей в трудовых нет. В результате «письма счастья» стали получать все подряд: я, моя дочка, мой сосед… Настоящие истерики в семьях были».
Президентский просчет
В итоге обычно послушные до анекдотичности белорусы платить «налог на тунеядцев» элементарно отказались. Несмотря на угрозы самых разных наказаний, вплоть до тюремного заключения, сбор оплатили меньше 10% тех, кто получил извещение. Остальные же начали кампанию гражданского неповиновения, ставшую сюрпризом и для властей, и для оппозиции.
Белорусы вышли на улицы. Причем впервые в новейшей белорусской истории массовые протесты, а их были десятки, охватили не только Минск, но и провинциальные города. Пик манифестаций против «налога на тунеядцев» пришелся на февраль — март 2017 года, участников акций протеста задерживали сотнями и тысячами.
Фото: intex-press.by
Причиной бунта стал банальный просчет тех, кто подсказал Лукашенко идею его «декрета о тунеядцах», считает белорусский экономист Андрей Аксенов. «Власти были уверены, что люди, официально не занятые и не зарегистрированные как безработные, работают в «сером» секторе экономики и не платят налоги, — поясняет Аксенов в разговоре с NT. — Но в реальности оказалось, что люди просто сидят без работы, либо перебиваются случайными заработками».
В марте 2017-го Лукашенко публично признал допущенные «перегибы». А к январю 2018-го был уже готов новый президентский документ — «Декрет № 1», по сути, тот же «декрет о тунеядцах», только переделанный. Власти решили отказаться от взимания денежного сбора с официально не работающих граждан, обязав их взамен возмещать так называемые «социальные услуги» — то есть оплачивать «по экономически обоснованному тарифу» услуги ЖКХ, образование и медицину. Подробного перечня госуслуг в декрете не было — определить это Лукашенко поручил кабинету министров.
Без права обжалования
И вот в апреле 2018 года правительство разразилось сразу двумя грозными постановлениями, в которых разъясняется, какие категории граждан отныне будут считаться «незанятыми в экономике» и какие конкретно госуслуги они будут оплачивать в 100-процентном размере. Составлять списки «тунеядцев» в регионах поручено специальным комиссиям при местных органах власти (райисполкомах). Они же будут определять, принципиально ли не желает работать конкретный гражданин, либо желает, но оказался в «тяжелой жизненной ситуации». Во втором случае ему могут скостить оплату услуг ЖКХ, а в первом — отправить в ЛТП (лечебно-трудовые профилактории, где принудительно приобщают к труду алкоголиков и наркоманов) или применить к нему «иные меры административного воздействия». Обжаловать решение районной комиссии «тунеядец» не сможет — ни в суде, ни где-либо еще.
Общегосударственную базу данных «не занятого в экономике» населения власти обещают создать к 1 декабря 2018 года, список «тунеядцев» будет обновляться ежеквартально. Но раскошелиться их заставят уже сейчас.
Опасаясь рецидивов массовых протестов, президент «заранее переложил ответственность за непопулярные действия на чиновников — и в правительстве, и на местах»
Сегодня население Белоруссии оплачивает потребляемую электроэнергию на 80%, тепловую — только на 20%. «Тунеядцам» придется платить по обоим счетам в 100-процентном размере. «Мы подсчитали: по новому декрету «тунеядцам» придется платить в два с половиной раза больше, чем по «декрету № 3» (2015 года. — NT). Только не в виде прямого налога, а в качестве платы за ЖКХ», — разъясняет в своем блоге известный белорусский кинорежиссер Юрий Хащеватский.
Согласно прогнозам Министерства труда, под действие лукашенковского «Декрета № 1» подпадут не менее 250 тыс. белорусов. При этом, как замечает экономист Андрей Аксенов, опыт провального декрета 2015 года «многому научил Лукашенко». Опасаясь рецидивов массовых протестов, президент «не просто поменял название декрета, но и заранее переложил ответственность за непопулярные действия на чиновников — и в правительстве, и на местах. При этом сам «начальник Белоруссии» остается как бы в стороне».
Тупиковый курс
Согласно официальным данным, безработных в Белоруссии около 0,7%. Но если считать по методике Международной организации труда, то фактический уровень безработицы вырос с 5,1% в 2014-м до 5,6% в 2017 году. Дело в том, что в Белоруссии пособие по безработице — менее $10 — выплачивается лишь в течение нескольких месяцев и при условии выполнения бесплатных общественных работ. Понятно, что оставшиеся без работы люди совсем не спешат регистрироваться в качестве безработных.
«Региональные «комиссии по тунеядцам» станут хорошим подспорьем для феодализма на местах, не более того»
«Если на местах всерьез возьмутся за «тунеядцев», это ударит, прежде всего, по жителям небольших моногородов и райцентров, где позакрывались убыточные предприятия, — отметила в разговоре с NT белорусский политолог Светлана Гречулина. — Дабы не потерять госсубсидии, люди начнут имитировать занятость, регистрироваться как ремесленники или как занятые на личном подсобном хозяйстве. А в реальности — переезжать в большие города и Минск, где есть шансы найти работу».
В свою очередь, белорусский экономист, экс-кандидат в президенты Ярослав Романчук считает, что новые попытки властей бороться с «тунеядством» ни к чему не приведут: «В лучшем случае власти начнут имитировать борьбу за рынок труда. В худшем — заставят граждан под страхом дорогих услуг ЖКХ работать за копейки на местных царьков. Региональные «комиссии по тунеядцам» станут хорошим подспорьем для феодализма на местах, не более того».
В Белоруссии средняя зарплата приблизительно $320, а в регионах — $200–230, напоминает Романчук. Повсеместно наблюдается острый дефицит рабочих мест, идут увольнения по сокращению штатов. «Проводить в такой стране курс на «всеобщее принуждение к труду» — это циничное издевательство над людьми», — резюмирует экономист.