Покупатель за решеткой: почему сорвалась продажа 14% акций «Роснефти»

Фото: Government.ru

Попытка швейцарской Glencore и катарского суверенного фонда QIA найти покупателя на 14% акций «Роснефти», купленные в ходе приватизации в 2016 году, завершилась фарсом. Китайская CEFC, обещавшая заплатить за пакет $9,1 млрд, после ареста ее владельца Е Цзяньмина оказалась едва ли не банкротом, а сам бизнесмен, если верить китайской прессе — проходимцем международного масштаба.

• Сегодня Glencore и QIA официально уведомили китайского нефтетрейдера CEFC об отказе от сделки и роспуске консорциума, купившего в 2016 году 19,5% акций «Роснефти». Большинство пакета (18,93%) достанется QIA, которая передаст так и не проданные 14,1% своей дочерней компании. Glencore получит от катарцев за свою половину этого пакета €3,7 млрд. В рамках сделки «Роснефть» оценена на 4,4% ниже рынка, но на 10,4% дороже приватизационной цены 2016 года.
• О сделке с CEFC Glencore и QIA объявили еще в 2017 году. Покупатель с самого начала вызывал много вопросов — компания в начале 2010-х появилась буквально из ниоткуда и за несколько лет доросла до мирового рейтинга Fortune 500 с выручкой $42 млрд. «Ведомости» в итоговом номере за 2017 год назвали CEFC «загадкой года».
• В начале 2018 года у компании начались серьезные проблемы. Ее основатель и владелец Е Цзяньмин был помещен под домашний арест, все заключенные им сделки начали пересматриваться, китайские суды заморозили акции дочерних компаний CEFC, а в конце апреля компания предложила всем своим сотрудникам уволиться. Условия сделки по «Роснефти» CEFC также не выполнила — не смогла заплатить обещанные $1,8 млрд аванса.
• Неделю назад «Коммерсант» пересказал расследование китайского издания Caixin, вышедшее в день ареста Е Цзяньмина, но почти сразу удаленное с сайта издания. Рекомендуем прочитать материал полностью — это настоящий детектив.
• Из текста Caixin следует, что CEFC была фактически пустышкой с огромным оборотом, сделанным за счет фиктивных посреднических сделок с китайскими госпредприятиями. Взамен на помощь в сделках компания получала от госкомпаний льготные кредиты, которые вкладывала в разрозненные активы по всему миру. Е Цзяньмин при этом культивировал впечатление, что он связан с таинственными влиятельными покровителями в компартии Китая, а в компании было принято называть его «председатель Е» — по аналогии с председателем Мао.
• Крупнейшая в истории CEFC сделка с акциями «Роснефтью» должна была поддержать работу пирамиды, но на Западе финансирование для нее Е Цзяньмин не смог найти из-за санкций, а в Китае — потому что правительство не объявило о публичной поддержке сделки, писало Caixin.

Что мне с этого?

Не то чтобы мы этого не предполагали, но история с CEFC наглядно показывает, как устроена работа с инвесторами в крупнейшей российской нефтяной компании. А если вы инвестируете в акции «Роснефти», срыв сделки с CEFC может быть для вас хорошей новостью — появление в компании нового не очень понятного акционера не добавило бы ей предсказуемости. Более того, срыв сделки мог стать одной из причин, по которым «Роснефть» озаботилась ростом своей акционерной стоимости, предполагал на этой неделе бывший главный макроэкономист МЭР Кирилл Тремасов.

Петр Мироненко