Два фронта Путина

На защиту режима призваны незаконные формирования — это уже гражданская война

Пушкинская площадь, Москва, 5 мая 2018 года Фото: Facebook / Максим Шевченко

Им уже мало дубинок, хотя используются они все чаще и активнее, — происходит, скажем так, «рутинизация» жестокости ОМОНа. Теперь им нужны еще и нагайки: казачество возвращается к своей исторически обусловленной функции — карательной. Просто какой-то калейдоскоп флешбэков — вот революция 1905 года, а вот еврейские погромы… Правда, в современном законодательстве РФ, в соответствии с которым мы, как считается, живем, причем в XXI веке, ничего не сказано о законности вмешательства ряженых бандформирований в урегулирование процессов митингов и демонстраций. Значит, это вмешательство незаконно, как и появление в роли добровольных помощников полиции всяких там мгеровцев и нодовцев и прочего ультра-отребья.

Готовятся боевые отряды четвертого срока — охрана режима усиливается незаконными формированиями. Нагайка спешит на помощь дубинке. Символ третьего срока — казаки, с нескрываемым удовольствием избивающие мирного демонстранта

Боевые отряды четвертого срока

Государство в очередной раз само отказывается от монополии на легитимное насилие. Так бывало всегда в нашей славной истории, полной побед без поражений. С конца 1950-х, впрочем, на основе соответствующего постановления, государство прибегало к помощи дружинников. А когда еще только на той же самой Пушкинской площади в Москве более 50 лет тому назад зарождалось правозащитное и диссидентское движение, уже существовало понятие «зиловцы с велосипедными цепями» — что-то вроде «коллективного «Уралвагонзавода» или сурковских молодежных движений, мастеров нелегитимных расправ и провокаций в гебистском стиле. О них уже подзабыли, а теперь приходится вспоминать.

Готовятся боевые отряды четвертого срока — охрана режима усиливается незаконными формированиями. Нагайка спешит на помощь дубинке. Символ третьего срока — казаки, с нескрываемым удовольствием избивающие мирного демонстранта, и омоновцы, тащащие на себе человека, у которого они только что отобрали маленькую брошюру.

Эта брошюра называется — Конституция Российской Федерации.

Пушкинская площадь, Москва, 5 мая 2018 года Фото: Facebook / Дмитрий Кузовкин

Москва, 5 мая 2018 года Фото: Twitter

«Соблюдайте вашу Конституцию!» Так это было сказано почти 53 года назад. Старые лозунги иногда оказываются гиперактуальными.

Жаль, что в России, как выяснилось, нет Конституционного суда — защитить Основной закон от казачества, молодежного наемного отребья, ГБ и полиции некому. Остальным государственным институтам некогда: они в это время заняты технологическим прорывом, срочной цифровизацией России — экспериментами с закрытием мессенджеров.

Происходит как будто бы специальная, а на самом деле проистекающая из глупости и безнаказанности начальников разного сорта политизация неполитического пространства

Политизация неполитического

Еще одна, помимо казачьих экспериментов, новинка: вертолеты, летающие над протестующими — чтобы не было ничего слышно. Глушилки, если использовать термин той эпохи, которая, мнилось, прошла навсегда, но вдруг вернулась. Вертолетный грай не только заглушает выкрикиваемые лозунги, но и крики избиваемых. Например, разрыв легочных тканей — это больно…

Подавление — от раза к разу все более жестокое — политических протестов — это всего лишь один фронт четвертого срока. Второй фронт открылся в новом сезоне раньше первого — протесты против бездарного управления, результата безразличия и коррупции. Кемерово и Волоколамск были модельными историями. Еще раньше — многочисленные конфликты с градо-, парко- и дворозащитниками, скандал со сносом пятиэтажек. Именно сюда же я бы отнес и конфликт вокруг мессенджера Telegram.

Все эти столь разные, казалось бы, сферы объединяет одно — власть сама для себя создает проблемы на ровном месте, вторгаясь в частное пространство граждан. Происходит как будто бы специальная, а на самом деле проистекающая из глупости и безнаказанности начальников разного сорта политизация неполитического пространства. Это не означает, что у всех пострадавших от дури и безалаберности властей немедленно проснется не только гражданское самосознание, но и понимание того, что есть прямая связь между методами управления страной и прорывом свалочных газов, свойствами политической системы и вторжением бульдозера в старый родной двор. Но поле для конфликтов в ходе четвертого срока — гигантское.

Первый фронт уже напрямую требует демонтажа гибридной монархии. Второй фронт этого не хотел бы, он все еще борется с «производными» от политического режима — префектами, мэрами, губернаторами. Прогнозировать соединение двух фронтов невозможно — не исключено, что этого и не произойдет. Но усугубляющуюся ожесточенность противостояния, учащающееся число конфликтов, расширение географии и поводов для протестов, их радикализацию предсказать несложно.

Четвертый срок будет отмечен перманентной гражданской войной. Она уже идет.

Нагайки и гайки

Мирный бумажный самолетик, казалось бы, мало что может противопоставить полицейскому вертолету. Против нагайки трудно идти с голыми руками, к тому же потом почему-то окажется, что вы сопротивлялись не карнавальному бандиту с кубанкой на голове, а представителю власти. Но сознательно радикализируя протест и одновременно оставаясь безнадежно неэффективной в практическом каждодневном управлении, власть делает ошибку. Так ведь можно пробудить гражданское сознание в незапланированно большом числе граждан. К тому же невозможно управлять страной постом и молитвой, дубинкой и нагайкой, надо еще уметь что-то делать в простом прагматическом смысле слова.

Проблемы горящих торговых центров и превращения целых регионов страны в свалки нельзя решить освящением георгиевских ленточек. Чего точно не будет в четвертом сроке, так это волшебства — всяких там прорывов и удивительной эффективности в управлении. Даже если тоннами возить сюда мощи всех святых, имеющихся в наличии на земле, и поназначать на все должности «технократов» и охранников из системы ФСО. Придется работать, но не нагайками и отвертками, закручивающими гайки, а головой и сердцем. Понимание этого к российским властям еще не пришло. И, скорее всего, уже не придет.

* Автор — руководитель программ Московского центра Карнеги, постоянный колумнист NT

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции