Как коты захватили Стамбул и интернет

Кинообозрение с Андреем Загданским

Александр Генис: В сегодняшнем выпуске "Кинообозрения" его ведущий режиссер Андрей Загданский расскажет о милом фильме, нашедшем восторженную аудиторию среди поклонников главных героев картины “Кеди”, посвященной котам Стамбула.

Но прежде, чем передать Андрею микрофон, я как гордый владелец двух котов-абиссинцев хочу сказать несколько слов о кошках и интернете.

В эти дни, когда технологическая эйфория сменилась страхом перед уязвимыми социальными сетями и державными хакерами, есть один сетевой сектор, который предлагает убежище от политических споров. Какой – догадаться несложно. Когда сэра Тимоти Бернерс-Ли, считающегося создателя Всемирной паутины, спросили, что в ней его больше всего удивляет, он ответил, не задумавшись: “Котята”.

И действительно, тотальная эпидемия с большим трудом находит себе объяснение. Кошки появляются в Сети в четыре раза чаще, чем собаки. Причем, это чисто интернетский феномен. Собаки бесспорно лидируют в качестве героев книг и фильмов. Они незаменимы для сюжета, уже потому что верно ему служат и охотно подсказывают. Долго проживет герой вестерна, пихнувший собаку? Выйдет ли замуж героиня за жениха, согнавшего пса с кресла? Станем ли мы сочувствовать зайцу, если за ним гонится роскошная борзая?

Но кошки не годятся для сюжета вовсе. Во-первых, они не пойдут с вами на охоту – нужны мы им, как же. Во-вторых, коты никогда не делают того, чего от них ждут. Они вообще редко что-нибудь делают и никогда для нас. Интернет, как и мы, любит их не за что и не вопреки, а потому, что они есть, да еще у нас. Эта любовь уж точно побеждает все, ибо не требует пользы, объяснений, даже взаимности.

“Постить котиков” – самый распространенный способ отправлять их культ. Делясь образом, созданным не по нашему подобию, мы курим фимиам кошачьей тайне. Иногда она, как жизнь, мурлычет, и мы на короткий миг верим, что поймали ее за хвост. Но, как всякое счастье, это мимолетная иллюзия, оставляющая нас в недоумении. Развеять его нельзя, но и отступить не хочется. Коты – коан, решая который мы поднимаемся, лишь над собой, конечно. В этом именно кошки бесценны: если собака – друг человека, то кот – его альтернатива.

Ну а теперь Андрей Загданский представит котов на их исторической родине – ученые считают, что все наши домашние кошки произошли из тех мест, где теперь располагается Турция.

Андрей Загданский: "Кеди" или по-английски называется Cats.

Александр Генис: А по-русски "Коты", что очень просто.

Андрей Загданский: Вы знаете, не так уж просто перевести по-русски, потому что английское Cats и турецкое "Кеди" не передает род во множественном числе. Cats – это все, и коты, и кошки. Поэтому политически корректно в русском языке "Кошачье" или "Коты и кошки", никого нельзя обижать, это важно – это разные. Фильм о котах и кошках, о городе Стамбуле и о людях, которые делятся котами и кошками. Картина исключительно простая и в этой ее абсолютной незамысловатости есть, вероятно, самая главная ее привлекательная сторона. Она есть то, что она есть, она о кошках, городе и людях. Коты появились в Стамбуле порядка тысячи лет тому назад, может быть, еще раньше, но тысячу лет назад, когда была построена первая канализация, появились крысы, с появлением крыс людям надо было как-то защищаться от них, так появились коты и заняли свое прочное место в экологической структуре города. Но, думаю, так было во многих других городах, а может быть, именно точно так же. Есть несколько слов в фильме о природе разнообразия кошачьих в Стамбуле. Дело в том, что Стамбул – это портовый город, сюда приходили и приходят корабли откуда угодно, соответственно, коты и кошки делали остановку в Стамбуле, выходили на улицу, обзаводились потомством, рожали детей, возвращались на свои корабли или, может быть, не возвращались. Но во всяком случае на улицах Стамбула можно увидеть самых разных котов, в том числе и норвежских, которые выглядят достаточно экзотично на улицах южного Стамбула, вот эти огромные серые красивые мохнатые коты.

Александр Генис: Вы знаете, у каждого большого города свои коты. Куда бы я ни приезжал, я всегда обращаю внимание на кошек. Я помню, как в Риме есть пирамида Цельсия, где живут сотни кошек, они живут там уже, по-моему, с Древнего Рима, и они обладают особым выражением лица. Я не могу сказать про кошку морда, потому что сами вы морда. Они обладают особым высокомерием, я бы сказал, это римские кошки, это кошки, которые имеют отношение к римским императорам и легионам. И они никогда не мяукают, а они подходят и требуют своего. В общем, так к ним и относятся. Другие кошки, например, недавно я был в Истрии в Хорватии, где замечательные приморские городки, кошки там живут около моря, кормятся тем, что дают им рыбаки. Может быть, поэтому они такие нежные. Я никогда не видал таких кошек, которые так бы требовали ласки. Я погладил одну кошку, пришла другая, потом третья, потом четвертая, короче говоря, у меня выстроился забор кошек, и они мяукали, когда я их не гладил. Так что у каждого города есть свои кошачьи.

Андрей Загданский: Вы неслучайно, наверное, заговорили о Риме и об Истрии.

Александр Генис: Конечно, кроме всего прочего, Рим – это был первый Рим, а Стамбул – это второй Рим.

Андрей Загданский: И кроме того, есть что-то абсолютно средиземноморское в этих кошачьих в Стамбуле. Вообще, мне кажется, такой фильм можно было бы сделать и в Одессе, между прочим, в Барселоне, во многих других городах. Потому что кошки исключительно твердо вписываются в морской город, здесь есть рыба, здесь есть рестораны, здесь есть рыночные лотки, то есть масса всего такого, что привлекает кошачьих и создает им идеальные условия для жизни.

Александр Генис: Можно еще вспомнить Венецию, где тоже есть замечательные кошки гатти. У Бродского написано хорошо, что он шел однажды по Венеции, солнце, тепло, он только что вкусно пообедал в ресторане, он говорит: "И вдруг я почувствовал себя котом, наевшимся рыбой". Я понимаю, что это и есть состояние счастья.

Андрей Загданский: Во всяком случае в этом турецком фильме "Кеди", весь фильм состоит из таких виньеток, портретов разных котов. И каждый кот в той или иной степени – это персонаж плутовского романа. И это очень важно, поскольку они характеры. Это не просто зверек – это персонаж. Например, вот этот дымчатый серый очень красивый кот живет возле магазина деликатесов и питается там соответствующими деликатесами. Раньше он больше любил говядину, говорит продавец, а теперь он переключился больше на индюшку, но и сыр иногда испанский ест. У него такой выбор еды. Но при этом он никогда не мяукает, не клянчит еду. Он подходит к окну магазина и начинает барабанить лапами по стеклу, тогда все в магазине знают, что он пришел, требует свою порцию. При этом иногда его видят на мусорных ящиках, но это не возле магазина – это другая, менее аристократическая жизнь.

Александр Генис: Это такой фастфуд для него.

Андрей Загданский: Вот эту кошку, это совершенно замечательный персонаж, называют районный психопат за ее драчливый и командный характер. Собственно говоря, ее собственный муж, а у нее есть муж, постоянный ухажер, который ее тоже боится. И действительно, они замечательно снимают жанровые сценки с котами, появилась какая-то новенькая рыженькая кошка, и у нее какие-то виды на этого мужа нашего районного психопата. Та ее побила, немедленно прогоняет, рявкает на своего кота, тот, немножко поджав хвост, отползает. Мы понимаем, что она доминирует всю ситуацию, эту улицу, этот двор, этот пятачок.

Александр Генис: Держит двор.

Андрей Загданский: Она держит двор. "Районный психопат" называют ее. Другой кот – это такой кот, у него совершенно замечательное путешествие, потому что у него очень настойчивый характер, очень детерминированный кот. Он решил, что он будет ходить обедать к какой-то кошечке другой. Кошечка живет в доме, у кошечки есть хозяйка, кошечку регулярно кормят. Он ходит к ней, потому что он поставил себе задачу приходить именно в этот дом, он забирается на второй этаж по дереву, по крыше, там он обедает. Девочка, которая за ним присматривает, они все не в домах живут, они бродячие, но за ними присматривают, у них есть какие-то патроны, которые их охраняют. Это тоже очень важно, потому что это коты, которые выбрали людей, а люди выбрали котов, у них взаимные отношения. Она говорит: "Вы знаете, это такой кот, у него такой характер, если бы я выбирала, с кем пойти на свидание, то я бы пошла с ним. Потому что он такой веселый, приветливый, все его побаиваются на улице". Вереница этих персонажей складывается в картину.

Александр Генис: Вы знаете, дело в том, что коты самые успешные существа на земле. На каждую собаку приходится в мире три кота. То есть коты победили собак с явным перевесом. Причины эти неизвестны. Говорят, что у котов лицо такое, что мы на него проецируем свои чувства. У них огромные детские глаза, что бы мы захотели, мы можем вписать в их выражение лица. Я не очень в это верю, потому что все коты разные, выражение лиц тоже у всех разное. Но есть у них одно общее, об этом говорил Черчилль, он сказал, что собаки смотрят на нас снизу вверх, кошки смотрят на нас сверху вниз. И добавил: "Только свиньи смотрят на нас прямо, и поэтому я их люблю". Черчилль разводил свиней. Действительно, кошки, как бы мы ни относились к ним, они всегда на нас смотрят сверху вниз. И мы любим их за то, что они готовы быть нашими богами. Особенно, надо сказать, в мусульманских странах. Дело в том, что у мусульман есть особое отношение к котам. Те люди, которые так боятся и ненавидят исламские страны, но любят кошек, должны об этом помнить. Дело в том, что Мухаммед однажды заметил, что кошка спит на его плаще, чтобы не разбудить кота, он отрезал полу плаща и пошел по своим делам, оставив кота спать.

Андрей Загданский: В фильме есть несколько реплик по поводу пророка Мухаммеда и его отношений с кошками. Они утверждают, что это единственные животные, которых он пускал в комнату, когда он молился. Таким образом, кошка изначально в исламе приобрела статус особого допущенного к пророку существа.

Александр Генис: Попробуйте не пустить кошку в комнату. Я так задумался: как же я могу не пустить своих котов?

Андрей Загданский: При этом кто-то в фильме хорошо из людей, второй слой картины – это люди, патроны, которые присматривают за этими котами и кошками, сказал: "Вы знаете, собаки думают, что мы боги, кошки знают, что мы не боги, кошки знают, что мы всего лишь посредники и что нам дан шанс протянуть им руку помощи, помочь им". Поэтому кошка понимает, что человек – это тот, кто может заслужить себе лучшую жизнь благодаря кошке, лучшую карму. Очень симпатичная надпись в одном месте в фильме мелькает: "Эти чашки с водой стоят для котов, не трогайте их, не забирайте, если вы не хотите в вашей будущей жизни мучиться от жажды".

Александр Генис: Очень понятно и очень правильно.

Андрей Загданский: Второй слой фильма – это люди. Потому что совершенно понятно, фильм об уличных котах – это фильм об отношениях людей и зверей, людей и котов. Совершенно замечательные, очень колоритные, своеобразные персонажи эти сами люди, которые рассказывают какие-то невероятные истории, как один кот помог найти ему деньги, которые так срочно были необходимы для покупки лодки. Каждый раз это какие-то особые мистические отношения, связи человека и кота. Люди, которые безумным образом ими занимаются. 20, 30, 40 котов, женщина готовит им еду, выходит на улицу, толпы этих котов бегут за ней, потому что она единственная, кто их кормит. Жизнь этих котов и кошек абсолютно полностью зависит от этой женщины. Третий слой в фильме, это очень интересно – съемки сверху. Много съемок Стамбула с высоты птичьего полета. Мы видим лабиринты улиц, лабиринты города, мечети, иногда церкви, все это сверху. И это совершенно замечательно складывается монтажом с видом снизу. Потому что очень много в фильме снято с высоты кошки.

Александр Генис: С кошачьей точки зрения.

Андрей Загданский: Как они бегают, как они охотятся, как они ловят мышей, все это складывается в какой-то исключительно доброжелательный, приветливый взгляд на зверей, которые живут рядом с нами, которые нам так необходимы. Фильм заканчивается на очень высокой ноте. Он говорит: "Если кот подошел к вам, мяукнул, потерся о ногу, попросил еды, попросил помощи, попросил приласкаться, жизнь улыбается тебе. Осознавай – ты жив".

Александр Генис: Андрей, я прочитал среди комментариев к фильму о том, что единственными профессионалами в этом фильме были кошки, все остальное было сделано так себе. Как профессионал, как вы считаете, хорошо был снят фильм? И вообще, трудно снимать кошек?

Андрей Загданский: Вы знаете, я думаю, что это адский труд. Я, кстати, об этом думал, когда смотрел картину, сколько времени, труда, терпения требуется, чтобы снять этих зверей, следить за их перемещениями, за людьми. Это, наверное, требует адекватной любви к котам и кошкам такой же, как у героев фильма.

Александр Генис: Не знаю, мои кошки, как бы я их ни любил, но когда я их фотографирую, они всегда поворачиваются хвостом.

Андрей Загданский: В фильме есть один эпизод, когда мы видим крупные планы котов разных, они совершенно разные – зеленоглазые, черные, бурые, зеленые, какие угодно. И ты понимаешь, что это совершенно другая вселенная, это инопланетяне, это другие существа. Они дают нам шанс, какой-то туннель, который дает нам возможность путешествовать в неведомое. Каждый кот открывает нам дорогу в абсолютно неведомый, другой мир. Мы ощущаем, что мы в этой вселенной такие же песчинки, как и они.

Александр Генис: Вы знаете, Андрей, слушая вас, я подумал о том, что если мы видим мир с точки зрения кошки, то есть такой приземистый мир, снизу вверх, то когда нам показывают Стамбул с высоты птичьего полета – это мир, который мы видим с точки зрения кошек, это люди на них смотрят сверху вниз. Тут прослеживаются две точки зрения, но обе эти точки зрения кошачьи.