Орден для дезертира. Семь вариантов пацифизма

Май – время шествий "Бессмертного полка", танцев в гимнастерках, приступов патриотизма на премьерах "Собибора", время колбасы, украшенной георгиевской ленточкой. Хочется закрыть глаза и оказаться в здании под названием "Черный алмаз", в Национальной библиотеке Дании, где проходила выставка "Долой оружие" (2015).

Трусы, коллаборационисты, иуды, изменники Родины, пособники врага – как только не называют пацифистов в военное время. Получается, датчане сделали выставку про предателей?

Во время Первой мировой войны Дания желала остаться нейтральной страной. "Конечно же, войны следует избегать. Но что я буду делать, если на страну нападут?" – размышляли датчане. Семеро из них – пацифистка Элине Хансен, социалистка Мария Нильсен, министр Петер Мунк, литературовед Георг Брандес, синдикалист Андреас Фрицнер, солдат Кристиан Кампрадт, переводчица Ингеборг Стеманн – не желали участвовать в военных действиях. Каждый из них, как мог, противостоял историческим обстоятельствам неодолимой силы. Каждая из семи частей выставки представляла собой коллаж из личных вещей, фотографий, записок, книг, осколков войны, политических символов эпохи.

Вариант действия №1: помощь военнопленным

Ингеборг Стеманн (1889–1973), огромный портрет которой находился в самом начале экспозиции, была учительницей и переводчицей. С детства она считала важным изучение различных культур. Ингеборг продолжала гуманитарную династию – мать писала исторические работы, бабушка переводила. Учеба в Копенгагенском и Парижском университетах, самообучение – и кроме родного датского, Стеманн заговорила на десяти языках: исландском, шведском, латинском, греческом, французском, немецком, польском, русском, китайском, японском. Занималась интернациональными и мультикультурными проектами, преподавала, издавала книги, способствовала сотрудничеству между людьми разных национальностей.

Для переводчика всегда найдется дело на войне, но обязательно ли это дело будет связано с убийством? Когда датчане построили в Хорсероде лагерь для захваченных австро-венгерской армией пленных, для русских солдат, Стеманн работала в этом лагере переводчицей. Она старалась улучшить условия содержания солдат, противодействовала коммунистической пропаганде, документировала человеческие истории. По договоренности с новым советским правительством военнопленные были переправлены на родину, Ингеборг пробовала составить книгу из своих записей, но так и не опубликовала рукопись.

Вариант действия №2: демонстративный отказ от военной службы

Андреас Фрицнер (1887–1969) был обладателем беспрецедентного рекорда – чаще остальных датчан попадал в тюрьму по политическим мотивам. Социалист-синдикалист сидел и за антимилитаристскую пропаганду, и за отказ от военной службы, и за участие в стачках, и за высказывания, и за организацию мероприятий, перетекавших в уличные бои – антимилитаризм не означал для Фрицнера беспомощную покорность. Молодой человек объявлял голодовки в тюрьме, а на свободе восставал против обогащения капиталистов за счет военных заказов. В 1917 году Андреаса признали негодным к военной службе. В 1930 году пацифист вступил в датскую коммунистическую партию, а через 9 лет за антимилитаристскую позицию его выгнали и оттуда. Последним политическим действием Фрицнера был протест против советского вторжения в Чехословакию.

Вариант действия №3: объявление нейтралитета

Государство должно тратить деньги не на вооружение, не на устрашение соседей, не на золотые погоны, а на борьбу с бедностью

Еще один герой выставки, Петер Мунк (1870–1948), был министром обороны и одним из самых значительных сторонников нейтралитета. Идея о нейтралитете не была для Дании чем-то новым, она сформировалась исторически. Государственному пацифизму предшествовали период вооруженного нейтралитета на море, многочисленные прогрессивные реформы, отмена крепостного права, утрата территорий во время конфликтов со Швецией, Австрией, Пруссией, избавление от колоний.

Петер считал лучшей самообороной неучастие в конфликте. В молодости он вдохновлялся французскими социалистическими идеями, издавал журнал "Новый век" и даже основал политический клуб, ставший колыбелью будущей леворадикальной партии. Кроме военного нейтралитета Мунк поддерживал такие революционные для начала прошлого века идеи, как право голоса для женщин, помощь бездомным и обездоленным.

За много лет до появления "Еды вместо бомб" Петер Мунк объяснял согражданам, что государство должно тратить деньги не на вооружение, не на устрашение соседей, не на золотые погоны, а на борьбу с бедностью. Эти взгляды, сформировавшиеся в ходе размышлений, обсуждений, изучения истории, политических дебатов привели его к идее разоружения: раз Дания не в состоянии защитить себя и ни одна из крупных мировых держав не вступится за Данию – следовательно, страна не должна была представлять опасности для других народов и заключать военные альянсы.

Мунк пользовался большим авторитетом у сограждан, он продолжил свою международную политическую карьеру и после окончания Первой мировой войны. Дальнейшее развитие нейтральных стран доказало, что отказ от милитаризации и имперской политики – пригласительный билет в клуб всеобщего благосостояния.

Вариант действия №4: руки-ножницы

Кристиан Кампрадт (1894–1956) был датчанином, рожденным в Германии. Он был призван в немецкую армию и писал домой о том, что совершенно не хочет воевать. Пытаясь избежать участия в военных действиях, он начал работать парикмахером. Однажды пуля пробила его удостоверение личности, сам Кристиан тоже был ранен и отправлен на несколько месяцев домой. Летом 1918 года Кампрадт попал в плен к французам, в 1919-м вернулся с войны.

Пробитый пулей документ представлен на выставке. Посетитель с развитым воображением может почувствовать близость пули, разрушения, смерти. Рядом – фото искалеченных людей. Под потолком – арсеналы огнестрельного и холодного оружия.

Вариант действия №5: пролетарии всех стран, дезертируйте

Социалистка и интернационалистка Мария Нильсен (1875–1951) считала, что приоритеты рабочего класса выше приоритетов национальных. Следовательно, рабочие не должны убивать друг друга во время войн. Нильсен родилась в бедности, вынуждена была бороться за выживание. Она стала членом социал-демократической партии, в марте 1918 года покинула партию из-за недостойных политических компромиссов своих товарищей. В ноябре того же года Мария участвовала в демонстрации, закончившейся беспорядками, попала в тюрьму, потеряла работу учительницы. Позже присоединилась к коммунистам, за нарушение партийной дисциплины трижды изгонялась из партии.

Когда-нибудь людям будет казаться немыслимым как отсутствие классовой солидарности, так и существование государств, в корыстных целях отправляющих собственных граждан в окопы, подземные туннели и бункеры, как это было во времена Первой мировой. Уничтожать миллионы людей, искать оправдания для войн – удел патриархальных политиков. Мария Нильсен жила для того, чтобы рассказать современникам о гуманности грядущего.

Вариант действия №6: победа разума и одиночества

Литературовед и публицист Георг Брандес (1842–1927), скандинавский Белинский, к моменту начала войны был пожилым человеком и всемирно известным писателем. Он полагал, что военный национализм отвратителен, а причиной войн является... глупость. Брандес происходил из состоятельной семьи, изучал в Копенгагенском университете право, философию и литературу, много путешествовал по Европе, приобрел либеральные взгляды.

Вы вряд ли слышали имя Брандеса, но влияние его на европейскую культуру было огромным. В начале века в России издавались его двадцатитомники. Пацифистские воззрения стали причиной того, что Брандес утратил всех друзей. Русская революция 1917 года подарила Георгу надежду на лучший мир, но он скоро разочаровался в политике большевиков. Пацифизм Брандеса совмещался с верой в "добрую войну". Осенью 1918 года он написал биографию Юлия Цезаря, рассказ о победах разумного человека, а незадолго до этого – историю Первой мировой. Книги, статьи, записки Брандеса были экспонатами выставки.

Вариант действия №7: вся власть женщинам

Инспектор школьных кухонь и просветительница Элине Хансен (1859–1919) верила в лучший мир, где женщины имеют возможность влиять на принятие решений, а конфликты решаются в суде. Она была суфражисткой и основательницей женской пацифистской организации. Борьба за мир для круга Хансен не была молчаливым наблюдением за катастрофой. Наоборот, многие союзницы Элине говорили, что будут в случае необходимости защищать свою страну, пока хватит сил.

Пацифистские или суфражистские группы конкурировали за ресурсы женского движения и за внимание публики, а деятельность их порождала обсуждения и осуждения, которых, конечно, вообще не удостаивались люди, не делавшие ничего. История Элине была проиллюстрирована наборами фотокарточек, на которых датчанки требовали право голоса, устраивали демонстрации с требованиями мира, работали на фабриках по изготовлению военной амуниции.

Сейчас мы можем по-разному оценивать поступки пацифистов-датчан – что-то покажется нам несомненным милитаризмом, что-то мы вообще не воспримем как героизм или протест. Но во все времена для того, чтобы хотя бы думать не так, как все, нужно было быть очень решительным человеком.

Датчане гордятся своими пацифистами и показывают всему миру семь разных стратегий существования на войне

Говоря о гуманистах, невозможно не упомянуть Фредерика Байера. Стараниями будущего нобелевского лауреата пацифистская, суфражистская идеи, а также идея нейтралитета получили широкое распространение в Дании задолго до войны. Байер принимал участие в создании и деятельности многих антивоенных, женских, интернациональных организаций и полностью утратил интерес к общественной жизни после того, как, вопреки его усилиям, началась Первая мировая. Это был один из крупнейших общемировых конфликтов за всю историю человечества, и Дания, конечно, не смогла остаться нейтральной. Но, возможно, благодаря людям, действовавшим так, как Мария Нильсен и Андреас Фрицнер, страна сохранила свой человеческий, экономический, культурный, политический потенциал, научилась ценить жизнь, культурное многообразие, солидарность.

Поэтому современные датчане гордятся своими пацифистами и показывают всему миру семь разных стратегий существования на войне, семь способов предательства национальных интересов, семь примеров высшего гуманизма и интернационализма. Всего несколько поколений отделяет нас и этих героев непатриархальной истории.

Что делать людям, которые оказались на войне сейчас? Которые живут в оккупированной стране или в государстве-агрессоре? Стрелять, убивать, умирать, бежать, бунтовать, собирать деньги для фронта, искать место при штабе? Можно ли патриархальную парадигму изменить на феминистскую, перестать героизировать убийство, жертвенность, родину, нацию, насилие, мужественность? Будет ли наш отказ участвовать в бойне поступком, которым смогут гордиться наши внуки?