Совершено покушение на прокурора, работающего в процессе о пытках в ингушском ЦПЭ

В ингушском городе Сунжа совершено покушение на замначальника уголовно-судебного отдела прокуратуры Ингушетии, который поддерживает обвинение в процессе о пытках в региональном ЦПЭ. Об этом со ссылкой на неназванный "информированный источник" сообщает Интерфакс.

Как передает ингушский главк СКР, около 6:30 утра в среду неизвестный бросил ручную гранату во двор дома чиновника на улице Гагарина. Сам прокурор не пострадал, но его охранник - как можно заключить из публикации, росгвардеец - получил закрытую черепно-мозговую травму и баротравму. Охранника отвезли в районную больницу.

Возбуждено дело по статьям 295 (посягательство на жизнь прокурора) и 317 УК (посягательство на жизнь правоохранителя). Та и другая предусматривают от 12 лет колонии до смертной казни (в связи с мораторием на нее - до пожизненного срока).

Имя прокурора в известных "Граням" публикациях не уточняется.

В начале мая дело о пытках в ингушском ЦПЭ поступило в Нальчикский гарнизонный военный суд. Как передавал "Кавказский узел", 11-го числа судья Андрей Лазарев провел предварительные слушания в рамках процесса. Первое заседание по существу, согласно карточке дела на сайте суда, назначено на 18 мая.

В деле семь фигурантов. Это бывший начальник ингушского ЦПЭ Тимур Хамхоев и шестеро его подчиненных - оперативники Мустафа Цороев, Алихан и Магомед Бековы (судя по инициалам на сайте суда - не родные братья), Алексей Безносюк, Сергей Хандогин и Иса Аспиев. Хандогин и Магомед Беков находятся под домашним арестом, Аспиев - под подпиской о невыезде. Остальные четверо заключены в СИЗО.

Фигурантам дела в зависимости от вменяемой роли инкриминированы часть 1 статьи 105 (убийство; от 6 до 15 лет колонии), пункты "а", "б", "в" части 3 статьи 286 (превышение должностных полномочий с применением насилия, оружия или спецсредств и с причинением тяжких последствий; от 3 до 10 лет), пункт "б" части 3 статьи 163 (вымогательство в особо крупном размере; от 7 до 15 лет), часть 1 статьи 161 (грабеж; до 4 лет), часть 2 статьи 325 (похищение паспорта или другого важного документа; до 3 месяцев ареста или до 80 тысяч рублей штрафа) и часть 3 статьи 327 УК (использование заведомо подложного документа; до полугода ареста или до 80 тысяч рублей штрафа).

Первый эпизод в деле датирован августом 2010 года. Тогда оперативники ЦПЭ несколько суток удерживали гражданина Зелимхана Муцольгова, требуя от него признаться в покушении на полицейского.

В 2012 году обвиняемые незаконно доставили жителя аула Сурхахи Назрановского района Адама Дакиева в отдел полиции, где подвергли пыткам и, как сформулировано в деле, "в течение длительного времени лишили свободы передвижения".

В 2014-м оперативники ЦПЭ побили жителя аула Экажево Назрановского района Магомеда Аушева, добиваясь у него показаний о месте хранения огнестрельного оружия. Он получил многочисленные телесные повреждения, в результате чего его здоровью был причинен вред средней тяжести.

11 июля 2016 года в Сунже неизвестный, угрожая взорвать гранату, ограбил местное отделение Россельхозбанка. Предмет, похожий на гранату, налетчик оставил в банке; как выяснилось, это был муляж.

15 июля по подозрению в ограблении силовики задержали 50-летнего жителя Карабулака Магомеда Далиева и его 39-летнюю жену Марьям Далиеву. Обоих доставили в региональный ЦПЭ, где подвергли жестоким пыткам. В частности, Марьям Далиевой на голову надевали мешок, закрепляли его скотчем так, чтобы внутрь поступал лишь минимум воздуха, после чего били током. Магомед Далиев умер от пыток прямо в помещении ЦПЭ.

9 ноября 2016-го в Карабулаке фигуранты дела усадили некоего гражданина Азербайджана в машину и вывезли в "неустановленное место", где силой отобрали у него ключи от машины и мобильник. Затем, заявляли ранее в СКР, иностранца освободили, потребовав, чтобы он в течение месяца выкупил у них свои машину и телефон за 800 тысяч рублей. Между тем сейчас фабула этого эпизода изложена иначе: деньги у азербайджанца требовали под угрозой распространения неких "позорящих его сведений".

В том же году обвиняемые пытали током жителя Сурхахи, требуя от него сознаться в уничтожении чужого имущества.

Кроме того, Хамхоев в 2004 году, проходя службу в спецназе ингушского УМВД, представил в негосударственный вуз фальшивую академическую справку.

Всего потерпевшими по делу признаны 10 человек. Интересы некоторых из них представляет адвокат "Агоры" Андрей Сабинин.

Хамхоев был задержан 7 декабря 2016 года. Позже в том же месяце ему предъявили обвинение в пытках Далиева и его жены. Первоначально этот эпизод не квалифицировался по статье об убийстве. Кроме начальника ЦПЭ пытки Далиева вменяли оперативнику Адлану Хамхоеву, однако в нынешнем процессе его не судят. Выделено ли дело этого фигуранта в отдельное производство или же обвинения с него сняты, неизвестно, отмечал "Кавказский узел".

В августе 2017 года двое фигурантов "Орджоникидзевского джамаата" на слушаниях в Северо-Кавказском окружном суде в Ростове обвинили Хамхоева в избиении и пытках током.

Ингушский оппозиционер Магомед Хазбиев, ныне заключенный в СИЗО по делу о хранении оружия, заявлял о причастности Хамхоева к фабрикации против его братьев дела об угоне машины. Их почти год продержали в СИЗО в Ростове-на-Дону, после чего освободили, сняв обвинения, поскольку Хамхоев так и не предоставил обещанную видеозапись угона.

Нападения с гранатами в Ингушетии за последние годы случались неоднократно. Так, в январе гранату бросили во двор дома родителей Хазбиева в Назрани. Двумя годами раньше, в апреле 2016-го, такой же атаке подвергся дом помощника муфтия региона Магомеда Хаштырова в станице Троицкой Сунженского района. В июле прошлого года в Малгобеке аналогичное нападение было совершено на дом, где живет семья убитого Магомеда Бекбузарова, считающегося участником вооруженного подполья.