«Враг народа под личиной друга». Как британский «крот» Ким Филби служил советской идее
Ким Филби на пресс-конференции, 1955. Фото: Harold Clements / Getty Images
«Мы имеем дело не с точными науками, но я стремился к тому, чтобы рассказанная мною история была максимально близка к правде», – пишет историк Бен Макинтайр в предисловии к своей книге «Шпион среди друзей. Великое предательство Кима Филби» (вышла в издательстве Corpus). Автор дает детальное описание жизни одного из самых прославленных шпионов прошлого века, участника «Кембриджской пятерки», пытаясь при этом разобраться в природе почти безграничного доверия, которое к советскому агенту питали в МИ-6 и ЦРУ. Парадоксальным образом в Москве личность Филби долго вызывала типичные для советских спецслужб параноидальные подозрения, а передаваемые им сведения порой объявлялись оскорбительной чепухой. «Советский Союз был мировой державой, а МИ-6 – наиболее грозной разведывательной организацией в мире; соответственно, были все основания полагать, что Великобритания, несомненно, шпионит за СССР. Если Филби утверждал иное, он, несомненно, лгал. Сама идея, что Великобритания теоретически могла отвести могучему советскому государству десятое место в своем списке стран-мишеней для шпионажа, была “явной нелепостью” (и, честно говоря, весьма обидной)».
Сэр Стюарт Мензис, глава МИ-6, являл собой практически карикатуру на идеального шефа шпионов: аристократичный, коварный и загадочный. Некоторые считали его незаконнорожденным сыном Эдуарда VII, и слух этот, скорее всего беспочвенный, сэр Стюарт вовсе не спешил опровергать. Подобно всем шефам МИ-6, он был известен как Ш, и традиция эта началась с инициала первого шефа, (Мэнсфилда) Камминга. Мензис состоял в клубе «Уайтс», охотился на лис, общался с членами королевской семьи, не пропустил ни одного дня в Аскоте, охотно предавался возлияниям и надежно хранил свои секреты за небольшими, но суровыми усами. Сэр Стюарт предпочитал женщин мужчинам, а лошадей – и тем и другим. Он был непробиваемо вежливым и столь же безжалостным: вражеским шпионам, лисам и конкурентам по службе не стоило ждать от него пощады. Николас Эллиотт благоговел перед шефом, потому что, по его словам, у того было «подлинное понимание ценностей» – под этим подразумевалось, что Мензис, старый итонец и друг отца Эллиотта, разделял его представления о мире. Ким Филби точно так же восхищался Мензисом на людях, но втайне считал его образцовым экземпляром правящей элиты, чья судьба была предрешена. «Его интеллектуальный арсенал не производил впечатления, – впоследствии писал Филби, – его знания о мире и взгляды на него были как раз такими, каких можно ожидать от питомца высших слоев британского истеблишмента, ведущего довольно-таки замкнутый образ жизни». Одним словом, Ш созрел для манипуляций.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]