Апология спорта

Выступление в поддержку чемпионата мира по футболу

На днях узнал, что эмгэушники выступили против чемпионата мира по футболу. Как ошпарило, честно! Вы только подумайте, эти сморчки, задохлики, поганки бледные хотят лишить нас народного праздника.

Мало того что они сидят целыми днями над своими козюлями, бормочут, слоняются без дела, так еще теперь противопоставляют себя здоровым основам национальной жизни, противопоставляют себя общественному организму как таковому: бабам, мужикам, шашлыкам, малым деткам. У нас праздник, мы — вместе, а они гадят исподтишка. По всему интернету вонь стоит.

Распустили до я не знаю какого состояния. Строевая подготовка — не проводится, политучеба — не проводится. Двери какие-то понаставили, замки, компьютеры, чайники эти проклятые.

«Профессор» — это болезнь российской культуры. Затюканные, узкоспециализированные гидроцефалы с руками-веточками чему-то там нас собираются учить. Приходят молодые мускулистые ребята, а им льют говно в уши. Пацанам-девчатам сейчас бы по горным отрогам спускаться, иволгу слушать, а им — лемму Евдокса.

Это растление малолетних. Отрицание витального начала, силы, гармонии и красоты. За такое надо сразу с топориками, с дрекольем выходить.

Мое мнение простое. В образовании надо побольше песенок, прогулок по холмистой местности, солнца, лужаек, задиристости, ритмических игр. Иначе — выращиваем моральных инвалидов, антилюдей выращиваем. Не, ну ты посмотри, а? Футболом они не интересуются! Вся Россия ликует, сколько лет готовились, сколько сил вложено, пота, крови, а им — хоть бы хны. Не их повестка.

Кто-то скажет «Подумаешь, студентики!» А вообще-то говоря, это симптом. Дети вообще несопричастны общей национальной жизни. Народная жизнь — это же не только общее знание, это в первую очередь общие чувства. Мы, русские, вместе — и в радости, и в горести. Когда мы смотрим телевизор и слышим про новые санкции, у нас у всех сжимаются кулаки. Не потому, что мы за власть, а потому, что есть какое-то базовое чувство «своего». Это такое чувство, как если бы ты шел с девушкой и ее толкнул хулиган. Ты либо поступаешь как мужчина, либо уже никому неинтересно, что у тебя будут за аргументы. Кому охота дискутировать со слизняком.

У детишек — сломанные инстинкты, а мы еще удивляемся, почему они вступают в запрещенные в России организации. Кто их учит-то? Помните спецслужбы отловили патлача? Инструкции целые вывешивал. Как кидать камнями в ОМОН. Как распространять экстремизм в интернете. Сколько вони поднялось! «Ах, доцента МГУ задержали! Он ученый, а не преступник! Он не мог!» А я так скажу — мог. Сам бы на полицию бросаться не стал, а подначивать, науськивать — мог. Я посмотрел фотографию и сразу узнал типаж. У меня на таких чутье: они в пионерлагере по ночам в подушку плакали.

Детей сознательно отрывают от общего. Сначала учебник Кацвы-Юрганова, потом конкурсы сочинений от «Мемориала», а потом все — ребенок противопоставляет себя семье, школе, двору. Он уже не может смотреть прямо в глаза. Не может гонять в футбик. Не может слушать Виктора Цоя.

У меня у самого пацан в пятом классе. К нему приходит приятель, я спрашиваю «Ты за «коней» или за «мясо»?», а он вообще не понимает, о чем я! Я, говорит, не люблю футбол. А что ты любишь? В куклы играть? Этому батя тебя научил?

В Древней Греции, в Англии, в Германии — везде образование — это единство духовного и телесного. Крикет, футбол, гольф, гребля, гимнастика. Мальчики познают свое тело, учатся быть задиристыми и амбициозными. Учатся быть частью полиса. А у нас что? Даже на картошку детей не вывозим.

Еду на днях в электричке: пацан лет девяти сидит и вяжет крючком. Я офонарел, говорю: «Ты чего? Тебе вообще не стыдно? Ты же пацан! Орел. Ты должен на самбо, на карате, а ты? Ты чем жену-то свою удовлетворять будешь, этим крючком? А ну-ка выбрасывай эту бабушкину херобору! Быстро, я сказал!». Мать-клуша, конечно, взвилась, ребенок — в слезы. Плюнул, ушел в тамбур курить. И вот что вырастет из этого маминого помощника? А вот это самое и вырастет — «Нет фан-зоне в МГУ».

Ну ничего, скоро поднимутся бабы, мужики, отцы семейств, политологи разные. Сейчас мы этих птенчиков на шашлычок.