Собес с президентом

«Прямая линия» Владимира Путина обновилась по формату. Уровень вопросов и ответов – стабильный

16-я «Прямая линия» президента Владимира Путина в этот раз продолжалась около четырех с половиной часов. Устроители решили отказаться от людей в студии, чтобы принять «больше звонков от людей». Другим новшеством стало прямое включение губернаторов и министров. Поведение некоторых из них — вроде не пришедшего вовремя Антона Силуанова или губернатора Вологодской области Олега Кувшинникова, который, отойдя в туалет, посадил вместо себя в кадр телеоператора, — стало поводом для шуток в интернете.

«Прямая линия» в этом году была традиционно поделена на четыре смысловых блока: экономика — туда же относится социалка, — внешняя политика, внутренняя политика и личное. При этом крен в экономику и социальную политику был очевидным: вероятно, это связано с тем, что Владимир Путин в Послании Федеральному собранию заявил, что во главу угла ставится внутреннее положение страны и ее будущие «прорывы».

Две ключевые темы этого блока – цены на бензин и пенсионный возраст. Путину пожаловались на повсеместный рост цен на топливо по стране (а параллельно, вне «Прямой линии», стало известно, что бензина на Курилах не осталось вовсе). Президент тут же вызвал министра энергетики Александра Новака и вице-премьера Дмитрия Козака, которые бодро отрапортовали о том, что рост цен остановлен, а у правительства появится новая возможность повышать пошлины на экспорт, чтобы обеспечить равновесие цен. Путин пообещал поддержать подобный законопроект.

У экспертов это вызывает определенные вопросы. «Что сейчас прозвучало? Мы внедряем еще один инструмент ручного управления, — говорит президент независимого топливного союза Павел Баженов. — Непонятно, что является индикатором для действий правительства. Народ взбунтовался — воспользовались инструментом?». При текущих ценах на нефть, считает Баженов, нужно вообще отменять акцизы, а вместо этого речь идет о новой штрафной пошлине «У нас правительство выступает оператором картельного сговора с нефтяными компаниями по заморозке розничных цен», — говорит эксперт.

У президента спросили, будет ли повышаться пенсионный возраст. Путин ушел от прямого ответа на вопрос, заявив, что «одна из ключевых задач – это повышение доходов пенсионеров и уменьшение числа людей, которые живут за чертой бедности», а сам он к этой теме всегда подходил «очень аккуратно».

По мнению члена Комитета гражданских инициатив, экономиста Евгения Гонтмахера, Путин, конечно, перестраховывается. «Если повышение пенсионного возраста все-таки состоится (причем в том экстренном темпе, в котором было Медведевым объявлено, чуть ли не в эту весеннюю сессию), Путин будет пытаться от этого дистанцироваться: «это не ко мне, у нас правительство самостоятельное», — объясняет Гонтмахер. — «Второй вариант: Путин сам еще не принял решения. В конечном счете, он же дает отмашку. Я знаю, что и в правительстве есть разные точки зрения по поводу того, как повышать пенсионный возраст, насколько это делать мягко или жестко. В этом смысле Путин подвесил правительство, он может в любой момент взять и публично их немножечко, что называется, «высечь». Если этот вопрос в итоге не войдет в повестку весенней сессии Думы – это будет означать, что повышение пенсионного возраста откладывается. А если вопрос все-таки внесут на рассмотрение – значит, Путин решил все шишки свалить на правительство», констатирует экономист.

Кроме того, Путина через волонтеров спросили про мусорные свалки – Путин пообещал построить 200 заводов по утилизации мусора и возложил ответственность за это на вновь назначенного вице-премьера Алексея Гордеева. Президента также спросили про урезание зарплат в регионах, возможное повышение налогов и борьбе с раком. Все эти вопросы Путин либо переадресовал своим подчиненным, либо предложил в них разобраться позднее, поскольку окончательного решения по ним еще нет.

В области внутренней политики самый значимый вопрос возник по персонам Дмитрия Рогозина и Виталия Мутко, которых, несмотря на критику в их адрес, Путин по-прежнему назначает на высокие должности. Президент публично встал на защиту обоих: главу «Роскосмоса» Рогозина Путин назвал «компетентным», несмотря на непрофильное образование (что подчеркнули даже ведущие трансляции); у Мутко тоже много заслуг – в частности, строительство стадионов к Олимпиаде и чемпионату мира. Кроме того, на Мутко было большое давление – а под ним «отправить его на пенсию невозможно». Политолог Аббас Галлямов говорит, что это фактически официальное подтверждение президентом известного тезиса о его нелюбви принимать решения под давлением. «Любое требование об отставке кого-либо из своих подчиненных Путин воспринимает именно как давление и отказывается ему уступать. Президент считает, что отправив в отставку одного, он простимулирует целый вал таких требований, поэтому отступать здесь нельзя», – формулирует Галлямов.

Кроме того, важный вопрос задал депутат Госдумы Сергей Шаргунов, представленный в эфире писателем, который, как восторженно заявили ведущие, самостоятельно дозвонился в студию. Шаргунов попросил перестать давить на «свободомыслие» и разобраться с большим количеством дел по 282-й статье («Экстремизм»). Путин согласился, что «до маразма» доводить не надо, но «если речь идет о распространении экстремистской информации, то должны применяться общие правила: нарушил – ответь». Правда, в целом у логичной конструкции мысли оказался слегка неожиданный финал: Путин призвал посмотреть на ситуацию полузабытый «Общероссийский народный фронт».

«Институты обратной связи с обществом настолько подразвалены, что когда общественный резонанс по какому-то поводу в виде исключения до президента все-таки доходит, нет разумных механизмов, при помощи которых на это можно реагировать, — говорит социолог Элла Панеях. — Нет связи с профессиональными ассоциациями, нет связи с теми, кто разбирается в молодежи, разучились слушать экспертов-юристов и не ясно, кому поручить это дело. Вот есть под рукой ОНФ - пусть ОНФ занимается».

Еще один дозвонившийся писатель – Захар Прилепин – спрашивал о своем наболевшем.

Он утверждал, что Украина готовит «провокации» в момент чемпионата мира по футболу – возможно, в виде агрессии в отношении Донецка и Луганска.

Путин выразил уверенность, что такого не будет, а если будет, то это повлечет за собой «тяжелые последствия для украинской государственности». Про Украину президент говорил немного. В рамках внешнеполитической повестки она занимала свое место – столько же, сколько санкции, новейшие вооружения и дело Скрипалей. Вся эта повестка заняла время, сопоставимое с общением с блогерами.

Блогер Гусейн Гасанов задал вопрос о возможном запрете Youtube и соцсетей. Путин в ответ заявил, что ничего закрывать не планируется, но с Telegram надо что-то решать, поскольку ему доложили, что террористы использовали мессенджер при теракте в Петербурге в 2017 году, а спецслужбы потом «не смогли прочесть переписку, потому что она была зашифрована». Другие вопросы от блогеров были куда менее острыми – в сети уже выразили недовольство Натальей Красновой из Челябинска, которая вместо ситуации вокруг Томинского ГОКа спросила о том, когда блогинг сделают профессией.