«В интернате люди совершенно не защищены». Общественница из Коми пожаловалась в прокуратуру на условия работы медперсонала с больными туберкулезом

Сотрудники Кочпонского психоневрологического интерната (ПНИ) в Сыктывкаре пожаловались в общественную организацию «Особое детство» на то, что им пришлось работать с больными туберкулезом без средств защиты. Руководитель «Особого детства» Юлия Посевкина направила в прокуратуру Коми жалобу, в которой попросила проверить сведения и при необходимости принять меры. Что говорят стороны конфликта — в обзоре «7x7».

Жалоба на руководство интерната

Руководитель «Особого детства» Юлия Посевкина описала в своем письме прокурору Коми Сергею Бажутову (документ есть в распоряжении редакции) несколько случаев, которые ставили под угрозу здоровье сотрудников интерната.

По данным Посевкиной, 16 человек в Кочпонском ПНИ рисковали заразиться туберкулезом от больных. В том числе двое из них — это воспитанники интерната. Общественница подчеркнула, что, по ее данным, руководство интерната скрывает информацию о том, что в заведении действует изолятор для заболевших туберкулезом.

«15 января в интернате был открыт изолятор, в который были завезены два человека из противотуберкулезного отделения Коми республиканской психиатрической больницы. Информация об изоляторе администрацией утаивается. Никаких документов об изоляторе нет. Младший медицинский персонал, работающий с больными, получил лишь устные распоряжения», — написала Посевкина прокурору.

По информации сотрудников ПНИ, одной из больных туберкулезом 28 апреля стало плохо, и ее увезли в другое учреждение. После этого случая сотрудников ПНИ, которые контактировали с больной, якобы не обследовали.

«Официально никаких документов они (сотрудники) не подписывали, приказа об открытии изолятора не видели, никаких средств защиты им не выдавали, на осмотры к фтизиатру их не направляли, никаких иных мер по профилактике заражения работников, имеющих контакт с больными, интернат не принял», — написала общественница.

По информации Посевкиной, медсестры по приказу начальства промаркировали все предметы обихода больных в изоляторе надписью «тубизолятор».

Посевкина написала и о том, что после того, как медсестры обратились к руководству ПНИ, оно решило закрыть изолятор. 29 июня якобы в палату к несовершеннолетней, которая больна туберкулезом, подселили несовершеннолетнего здорового мальчика. 3 июля, по данным работников, на которые ссылается Посевкина, последнего больного туберкулезом увезли из Кочпонского ПНИ в туберкулезный диспансер.

Общественница попросила прокурора проверить, как в интернате соблюдался федеральный закон «О противодействии распространению в России туберкулеза», есть ли конфликт интересов между замдиректора Кочпонского ПНИ Марией Кропанёвой и начальником отдела финансирования, законодательства и госаппарата в Минтруда Коми Виктором Кропанёвым.

«Что я говорю? Они не могут к нам поступать»

Корреспондент «7x7» связался с замдиректора ПНИ Марией Кропанёвой, та сообщила, что директор Ольга Бушенёва недавно ушла в отпуск и не может прокомментировать сведения о туберкулезных больных.

— На сегодняшний день у нас нет больных туберкулезом. Три ребенка, которые больны туберкулезом, находятся в тубдиспансере. Что было до этого, я не знаю — была в командировке и вернулась 30 июня. У нас есть только прием на карантинное отделение, а отделения для больных туберкулезом у нас нет.

— Но у вас были больные туберкулезом? — спросил корреспондент «7x7».

— На сегодняшний день они все в тубдиспансере, — ответила Кропанёва.

— Три ребенка, вы говорите? — переспросил корреспондент «7x7».

— Что я говорю? Они не могут к нам поступать. […] Если их выявляют, то их направляют в тубдиспансер.

Мария Кропанёва предложила перезвонить, когда свяжется с начальством.

Через несколько минут она позвонила корреспонденту «7x7» с личного телефона и сообщила, что директор ПНИ «не взяла трубочку», а в Минтруда Коми, куда тоже обратилась Кропанёва, предложили журналистам писать официальный запрос.

— Как уточнила медицинская служба интерната, в учреждении не было и нет больных туберкулезом, это противоречит нормам СанПиН, это будет большим нарушением и влечет штрафные санкции. Если прокуратура выйдет, то будет разбираться, — добавила Кропанёва.

Сразу после звонка

После разговора корреспондента «7x7» с руководством интерната, Юлия Посевкина снова обратилась в редакцию. Ей рассказали, что помещение, где якобы содержались больные туберкулезом дети, стали переоборудовать в «приемно-карантинное отделение». Общественница предположила, что это может быть связано с вероятной прокурорской проверкой.

«В нем многое хорошо, но многое и плохо»

Лидер организации «Особое детство» Юлия Посевкина рассказала «7x7», почему она часто берется за проблемы Кочпонского интерната:

— В 2014 году это учреждение преобразовали из бывшего детского дома в психоневрологический интернат. Под эту «волынку» там перестали обучать детей, и мы начали жаловаться. Мы созывали пресс-конференцию, чтобы поднять проблемы с лекарственным обеспечением детей. После этого ситуация не намного, но улучшилась. Ответ из правительства был в духе «У нас и так все хорошо». Мы убеждали, чтобы в нем открыли группу дневного пребывания. И в прошлом году ее открыли. Проводили кампанию по решению проблемы оптимизации медперсонала. После этого администрация как с цепи сорвалась — участились проверки, лишают премий. Это серьезные репрессии. В интернате человек никак не защищен. Дети находятся во власти тех, кто их опекает. В нем многое хорошо, но многое и плохо.

---

В 2014 году Юлия Посевкина просила прокурора проверить соблюдение прав воспитанников на образование. Проверяющие вынесли представление руководству учреждения.

В 2015 году она добилась вмешательства прокуратуры в отношения интерната с имуществом воспитанников.

В 2017 году Посевкина просила проверить законность назначения на пост директора интерната Ольги Бученёвой. В том же году сотрудники Кочпонского ПНИ обращались к президенту Владимиру Путина с просьбой не переводить их из младшего медперсонала в уборщиц.