США и Китай официально начали глобальную экономическую войну. Россия в стороне не осталась

6 июля торговая война между двумя крупнейшими экономическими державами мира — США и Китаем стала реальностью. От угроз Белый дом перешел к действиям, Пекин немедленно зеркально ответил. Как отмечают эксперты, последствия торговой войны для двух стран, а также всей мировой экономики, не предсказуемы и не просчитаны. Но и Европа, и Россия — уже участвуют в этой войне.

Сделан только первый шаг

С наступлением пятницы 6 июля вступило в силу решение Дональда Трампа о введении 25-процентных пошлин на товары из Китая общей стоимостью в 34 миллиарда долларов. Это только первый шаг. Трамп обещал, что в августе пошлины поднимутся еще более чем на 280 наименований китайских товаров на сумму 16 млрд долларов. А если КНР не изменит «нечестных торговых практик», а также не откажется от воровства американской интеллектуальной собственности и технологий, повысит в ответ пошлины на американские товары, американские тарифы снова поднимутся на китайскую продукцию общей стоимостью в 450 (по другим данным — в 500) млрд долларов. Китай обещал ответить «в полном объеме».

Учитывая, что параллельно США повышают пошлины на ввоз товаров из стран Европейского Союза, Японии, Канады и Мексики,

можно говорить о начале процесса «деглобализации экономики» и торговых войн в планетарном масштабе. Россия в стороне не останется.

Дональд Трамп давно грозился наказать Китай за «искусственно созданный» торговый дефицит. «Китай ежегодно отнимает у нашей экономики 500 миллиардов долларов и тратит их на укрепление своей страны <…> часто друзья в торговле с нами ведут себя хуже, чем наши враги» — заявил президент, выступая на 75-летии Американской федерации независимого (малого) бизнеса. В прошлом году торговый дефицит с Китаем достиг рекордных 375,2 млрд долларов, только за первые пять месяцев этого года он составил 245 миллиардов.

Китайские представители заявляют в ответ, что реальная цифра, как минимум, на 20 процентов ниже.

Пекин обвинил Америку в развязывании «крупнейшей в истории торговой войны», нарушении правил Всемирной торговой организации, куда КНР собирается обратиться с иском. Китайцы объявили, что повышение тарифов станет «контрпродуктивным и нанесет урон» американской экономике. От ответного повышения Китаем пошлин на американские товары пострадают производители сои и свинины, виски, автомобилей и т.д.

В США обеспокоены, что Белый дом зашел слишком далеко и от торговой войны с КНР пострадает прежде всего так называемый «ядерный электорат» президента Трампа. По данным Марка Мюро, эксперта вашингтонского института Брукингса, удар от взаимного повышения тарифов придется прежде всего на представителей т.н. «ржавого (или библейского) пояса» Америки (консервативных штатов, отдавших на выборах в 2016 г. большинство голосов Трампу). От повышения торговых тарифов пострадает около 1,6 млн рабочих мест, три четверти из которых приходится на сельское хозяйство, рыболовство и пищевую отрасль, а оставшиеся — на автопром и строительное оборудование. Из этого количества свыше миллиона рабочих мест расположены в 2600 округах, голосовавших на выборах за Трампа, а 564 тысячи рабочих мест — соответственно из мест, где большинство было за Хиллари Клинтон.

Если расчеты верны, то повышение пошлин с Китаем можно сравнить с политическим самострелом.

Как заявил представитель китайского министерства коммерции Гао Фэн, «США открыли огонь не только по всему остальному миру, но и по себе». Китайское правительство может объявить кампанию бойкота американских товаров, как это в прошлом было проделано с южнокорейской Lotte Group, что привело к массовому закрытию ее магазинов в Китае.

«На месте Starbucks или Apple я бы уже начал бояться», —

американские СМИ цитируют Шона Рейна, эксперта из Шанхая.

Голоса «за» и «против»

Как отмечает старший сотрудник вашингтонского Совета по международным отношениям Эдвард Олден, нет ясности, когда торговая война может прекратиться. Даже у советников Трампа нет единого мнения, как следует действовать дальше — тактически и стратегически, «нет понимания, как добиться решения проблемы».

Накануне, выступая на митинге, Трамп в очередной раз заявил, что Китай «убивает американскую экономику». В результате пошлинных мер, «американские фермеры станут жить лучше», пообещал президент. Преданный электорат президенту верит. Его оптимизм разительно контрастирует с опасениями экономистов и бизнесменов.

Джей Тиммонс, президент и исполнительный директор Национальной ассоциации производителей, призвал Белый дом незамедлительно сесть за стол переговоров с КНР. «Тарифы сами по себе не приведут к разрешению противоречий, они вызовут ответные меры и дальнейшее повышение пошлин», предупреждает предприниматель.

«В торговой войне нет победителей», — отмечает в заявлении председатель Американской торговой палаты в КНР Уильям Зарит: «900 американских компаний-членов нашей палаты продолжают испытывать ограничения, в Китае для них нет равноправных условий для ведения бизнеса. Но все они прекрасно понимают: рост напряженности в экономических отношениях между двумя странами негативно скажется на их пребывании в Китае».

Министр торговли США Уилбур Росс в интервью NBC заявил, что даже спад на рынке, независимо от его масштабов, не заставит администрацию отказаться от повышения тарифов.

«Нет такого показателя на фондовом рынке, который изменил бы нашу политику, — сказал Росс. — Президент пытается решить проблемы, которые должны были быть исправлены давным-давно в прошлом».

Президент выполнил предвыборное обещание избирателям, у него «хватает смелости и видения будущего», «повышение пошлин на китайские товары — защитная мера для американской экономики», отмечает директор государственного совета по торговле при Белом доме, советник по промышленной политике, экономист Питер Наварро — автор книг «Гибель из Китая» и «Крадущийся тигр». В своих работах профессор писал о борьбе против Китая в различных сферах, включая экономическую и военную. Наварро можно назвать идеологом нынешней торговой войны. Консервативные СМИ дали ему прозвище «боец за честную торговлю». В интервью телеканалу Fox Наварро назвал «большой ошибкой» КНР ответное повышение тарифов на американские товары. Наварро приветствовал намерения Трампа ограничить китайские инвестиции в стратегически важные отрасли, такие как высокие технологии Кремниевой (Силиконовой) долины, аэрокосмическая промышленность, высокотехнологичные железные дороги и кораблестроение, работы по искусственному интеллекту, биотехнологии и робототехнике. Наварро назвал эти направления «драгоценными камнями в короне» американских технологий, которыми Китай пытается завладеть всеми доступными способами. За этими технологиями — «будущее мира и Америки, и к 2025 году Китай не сможет заполучить 70 процентов мирового производства этих отраслей», — заявил советник Трампа, ссылаясь на государственную программу КНР «Сделано в Китае — 2025», план китайского промышленного развития, который был негативно воспринят в Вашингтоне.

Американцы увидели в этой программе неприкрытый вызов своей стране. «Если Трамп выполнит обещания и последует повышение тарифов на товары в 200 млрд долларов, это станет еще одним смелым решением президента, и китайцы поймут, что в результате они потеряют гораздо больше, чем мы» — убежден Наварро. Советник президента по торговле отметил, что несколько раундов переговоров с Китаем провалились. Наварро заявил партнерам из Поднебесной:

«Наши телефонные линии открыты для звонков, они такими были для вас всегда. Разговоры ничего не стоят (talk is cheap), а вот промедление стоит дорого».

В общем, как в песне: позвони мне, позвони…

Ставки растут

В 2015 году Китай обошел Канаду, став крупнейшим торговым партнером Америки, на долю которого приходится 15 процентов общего объема торговли США. С другой стороны, Соединенные Штаты стали ведущим торговым партнером Китая в девяностых годах, обогнав Гонконг как крупнейшего импортера китайских товаров в 1998 году.

Торговые отношения никогда не были гладкими. Два мира — две системы. Президенты Клинтон, Буш мл. и Обама вводили разного рода торговые санкции, власти КНР делали ответные ходы. Экономические разборки проходили в рамках юрисдикции ВТО.

При Трампе наступила новая эпоха. Американский президент, неоднократно публично менявший свои мнения и позиции, тем не менее, последовательно пытается исполнять обещания избирателям. Он обещал Китаю рост пошлин и слово сдержал.

Последние три месяца торговая война уже велась — на словах. Многие думали, что это блеф, что торговые делегации придут к консенсусу.

• Началось еще раньше, 22 января, когда Трамп объявил о повышении пошлин на китайские солнечные батареи и стиральные машины. Для солнечных панелей налог достиг 30 процентов в течение первого года, затем он за 4 года должен сократиться наполовину. Китай производит 65 процентов солнечных панелей в мире.

• 1 марта Трамп повысил пошлины на алюминий и сталь — на 10 и 25 процентов. И хотя только 6 процентов импорта этой продукции поступает в США из Китая, в Пекине созвали пресс-конференцию и объявили, что будут стоять «на страже законных интересов страны».

• Со 2 по 6 апреля произошел обмен ударами. Китай объявил ответное повышение тарифов на 128 наименований американских товаров общей стоимостью в 2,7 млрд долларов, на такую сумму в КНР оценили ущерб от мартовского повышения пошлин на сталь и алюминий. Китайские тарифы были подняты, в том числе на американскую свинину.

• Администрация Трампа ответила на следующий день, 3 апреля, представив список из 1300 китайских товаров, на которые могут быть подняты 25-процентные тарифы. Их общая стоимость составляет около 50 миллиардов долларов, в списке — полупроводники, медицинские приборы, телевизоры с плоским экраном и т.д. Это всё образцы сложных технологий, которые Китай собирается продвигать в рамках плана «Сделано в Китае — 2025».

• 4 апреля Китай ответил на угрозу Трампа новым списком американской импортной продукции, которая будет обложена дополнительной пошлиной: соя, автомобили, самолеты.

• 16 апреля американское министерство торговли запретило сроком на 7 лет экспорт в США продукции китайской телекоммуникационной компании ZTE. В прошлом, фирма нарушила международные санкции, торгуя с Ираном и КНДР. Однако уже 7 июня США смягчили запрет. По словам министра торговли Росса, китайский концерн согласился выплатить 1 млрд долларов штрафа. Как отметил в своем твиттере Трамп, вопрос о допуске этой компании на американский рынок решался на переговорах с китайским президентом Си Цзиньпином.

• 15 июня апрельская угроза Трампа поднять на 25% пошлины на 1100 видов китайских товаров была объявлена мерой, вступающей в силу 6 июля сразу после полуночи по времени восточного побережья США. КНР ответила своим таможенным списком на ту же сумму, с такой же датой вступления в действие.

* 18 июня Трамп пообещал, если Китай не пойдет на изменение торговой политики, США дополнительно поднимут на 10 процентов пошлины на китайские товары стоимостью в 200 млрд долларов. Китай назвал это заявление «шантажом».

• 6 июля «торговая война» началась. Раньше Вашингтон и Пекин обменивались тактическими санкционными ударами, теперь в ход идет «экономическая артиллерия». Что будет дальше — разве с Дональдом Трампом можно строить прочные прогнозы? Экономисты — в тревоге, американские СМИ печатают интервью-крики о помощи фермеров, владельцев ранчо, прозводителей автодеталей, чье будущее зависит от торговли с Поднебесной.

Сторонники Трампа подчеркивают: американская экономика как никогда сильна, а безработица низка. Нечего бояться. Как образно выразился министр торговли Уилбур Росс, «если начнется большая война, у нас все равно гораздо больше пуль, чем у других стран». Он имел ввиду торговую войну, просто сравнение такое.

А РОССИЯ?

«Право сильного» не выгодно России

Как действия Трампа, разрушающего послевоенную систему международной торговли, отразятся на российской экономике? Объясняет Алексей Портанский, профессор НИУ ВШЭ, ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН

— Насколько болезненны для России пошлины США на импорт металлов?

— В данном случае я бы так расставил акценты: сейчас наибольшее беспокойство вызывает беспрецедентный масштаб торговых войн, которые развязаны Трампом. Объемы торговли между Россией и США небольшие: 22–24 миллиарда долларов в год, для сравнения торговля США с Китаем — это более 500 млрд долларов в год. Соответственно, в нашем случае любые ограничительные меры не так чувствительны, а для США они вообще почти незаметны. Здесь самое сложное заключается в некоторых статьях нашего экспорта. Когда российская сторона думала о том, какие контрсанкции предпринять, некоторые горячие головы предлагали прекратить поставки США наших тяжелых ракетных двигателей. Это был бы выстрел себе в ногу. Потому что для нас это важнее, чем для американцев. Что касается пошлин, которыми нас сейчас обложили (ну, сначала американцы обложили пошлинами на сталь и на алюминий ЕС, Канаду, Мексику, потом нас) — это не настолько чувствительно. Это мы переживем.

— Если Китай и США развяжут широкомасштабную торговую войну, какова будет роль России в ней, учитывая нашу небольшую долю в мировой торговле?

— У нас доля мировой торговли порядка 2%, а у США и Китая — гораздо больше 10%. Но мы активную роль играем в переговорах в рамках ВТО. И наша позиция, которую неоднократно повторили и президент, и премьер — за поддержание правил ВТО. Мы за поддержание статусов, механизмов ВТО, в частности, механизма разрешения споров. Поэтому мы будем действовать в направлении укрепления сложившихся правил международной торговли. Кстати, в этом смысле наша позиция совпадает с позицией ЕС и многих других стран, в отличие от нынешней позиции США, которые почти готовы если не выйти из ВТО, то хотя бы принять у себя закон, который значительно развяжет им руки в смысле соблюдения требований организации.

Отказ от правил торговли может вести к очень неприятным последствиям для мировой экономики. Это очень плохой сценарий, потому что после Второй мировой войны все-таки в течение десятилетий сложился порядок, когда господствует закон, а не сила. Не 'rule of power', а 'rule of law'. И если вот этот тренд, инициированный администрацией Трампа, будет развиваться дальше, все может вновь сместиться в сторону права силы — rule of power. Этот сценарий опасен. От его реализации проиграют все.

— Сможет ли Россия занять освободившиеся вследствие протекционизма экспортные ниши, увеличить свою роль на мировых рынках?

— Наш список экспортных товаров весьма ограничен. И поэтому, если сравнить с теми рынками, где вводят взаимные ограничения США и Китай, то на них нам довольно трудно войти. Если представить, что мы что-то могли поставлять Китаю, то мы тогда и раньше могли бы это делать с учетом наших дружественных отношений с ним. Соответственно, вряд ли тут у нас откроются какие-то возможности. Отмечу интересный момент: из всех сумм, на которые Трамп ограничивает импорт из Китая, 20 млрд приходятся на товары, которые фактически производятся американскими компаниями в Китае. Получается, что меры Трампа доходят до абсурда — он воюет с остальным миром, и одновременно с собой, с Соединенными Штатами тоже.

— Вырастет ли на этом фоне роль Евразийского экономического союза?

— Экономический потенциал ЕАЭС на 80–85% состоит из потенциала России, поэтому мы говорим о Евразийском экономическом союзе, а подразумеваем Россию. Остальные экономики в союзе достаточно слабы, они тоже сырьевые, как Казахстан или товарные, как Белоруссия, но для последней важна торговля опять же с нами или с Европой. Поэтому здесь нет такой возможности увеличения роли ЕАЭС — для этого он сам должен выйти на другой экономический уровень развития.

— Есть ли сегодня возможность разрешить торговый конфликт с помощью международных институтов, в том числе ВТО?

— До сих пор ВТО пользовалась и пользуется авторитетом у стран-членов. ВТО имеет уникальный механизм разрешения споров. За время существования ВТО (а уже идет 23-й год) там рассмотрено более пятисот споров.

Но Трамп полагает, что механизмы ВТО в нынешнем виде для Соединенных Штатов не подходят. Он единственный, кто занимает такую позицию.

Замечу, что ВТО сама по себе не предпринимает каких-либо шагов, у нее нет, как у ООН, голубых касок, которые устанавливают мир. Когда кто-то на кого-то жалуется, то эта жалоба рассматривается с помощью независимых арбитров. В ВТО нет управляющего органа, который может на кого-то прикрикнуть, топнуть ногой, навести порядок.

— Насколько Россия интегрирована в мировую экономику и насколько мы пострадаем, если война США и Китая получит дальнейшее развитие?

— Мы интегрированы в том смысле, что очень зависимы от импорта в собственном производстве — в машиностроении, в технологических отраслях. Поэтому, когда бурно посыпались призывы к импортозамещению, оказалось, что мы не можем быстро добиться импортозамещения в таких отраслях, как например, судостроение. На 95% по компонентам, по комплектующим, в судостроении мы зависим от заграницы. Кстати, на этот счет после введения контрсанкций в 2014 г. разумно высказался В. Путин, отметив, что Россия значительно интегрирована в мировую экономику, является ее частью, и обратный ход невозможен. Некоторые в Госдуме, особенно коммунисты, говорят, что мы самодостаточны. Это полная чушь, абсолютная чушь. Мы никак не можем быть самодостаточными. И совершенно не нужно стремиться производить всё. Ни одно государство не производит все, в том числе ни США, ни Китай.

Беседовала Лилит Саркисян