Как отмотать срок, не дожидаясь приговора

ЕСПЧ ломает типовую российскую практику, предполагающую многолетнюю отсидку в СИЗО на стадии следствия

В «маковом деле», которое вот уже полтора года рассматривает Брянский областной суд с участием присяжных, объявлен перерыв. Судья Алексей Тулегенов вышел в отпуск, процесс возобновится только 24 июля. Между тем сразу после отпуска судье Тулегенову, очевидно, предстоит принять очень неприятное для российской Фемиды решение. Предстоит признать ошибку.

«Маковое дело», напомню, одно из типовых дел, в огромном количестве возбужденных по всей России Федеральной службой по контролю за оборотом наркотиков (ныне ликвидированной). Суть всех этих дел идентична: людей, которые легально продавали сертифицированный кондитерский мак, ФСКН обвиняла в торговле наркотиками (ст. 228 УК РФ), мотивируя обвинение тем, что этот кондитерский мак наркоманы используют для приготовления зелья. Кампания против мака — не единственная подобная в практике ФСКН. Раньше таким же образом была запрещена продажа марганцовки в аптеках, возникали претензии к растворителям и даже к вазелину. До запрета оборота пищевого мака дело не дошло: страна любит булки с маком. И это породило странную коллизию, связанную с данным продуктом:

ровно тот же самый мак, за который люди получали сроки по 8–10–12 лет, — в то же самое время находился и по сей день находится в свободной продаже.

Брянское дело — крупнейшее среди подобных. Возбужденное еще в 2010 году, оно дошло до суда лишь к концу 2016-го, когда уже и ФСКН была ликвидирована. На скамье подсудимых — 13 человек. В деле 1600 томов (для сравнения, в деле ЮКОСа их было 227). За время его расследования сменились четыре следственные бригады.

Среди подсудимых — владельцы двух компаний, занимавшихся импортом бакалейной продукции из Европы, сын одного из них, помогавший отцу с переводами на английский, три владельца оптовых продовольственных фирм, пятеро ларечников, один кладовщик, а также кандидат сельскохозяйственных наук из НИИ сельского хозяйства, чья научная позиция касательно возможности извлечения наркотиков из мака противоречила выводам экспертов ФСКН.

Сейчас все эти люди сидят вне клетки: кто-то под подпиской, кто-то под домашним арестом. А на этапе следствия многие из них сидели по-настоящему, годами. Так, например, Роман Шилов, сын хозяина компании — импортера Сергея Шилова, отсидел в СИЗО 4 с половиной года и по сей день находится под домашним арестом. Именно его судьбы касается то неприятное решение, которое предстоит принять судье Тулегенову.

Романа Шилова Зюзинский районный суд Москвы арестовал 9 июля 2012 года. Далее судьи разных инстанций одинаково упорно повторяли универсальную мантру «может скрыться, оказать давление на свидетелей, продолжить преступную деятельность», — и проштамповывали продление ареста на протяжении последующих четырех лет.

Предусмотренная законом максимальная продолжительность ареста на стадии предварительного следствия — 18 месяцев, да и то в исключительных случаях. И в 2013 году Роман Шилов обратился в ЕСПЧ с жалобой на необоснованно долгий арест и пыточные условия содержания под стражей. 21 июля 2016 года Европейский суд вынес решение, в котором признал «нарушение пунктов 3 и 4 статьи 5 Конвенции в связи с чрезмерной продолжительностью содержания Шилова Р.С. под стражей в ходе предварительного следствия». (Пыточные условия суд также подтвердил и признал недопустимыми).

Несмотря на решение ЕСПЧ, Роман Шилов продолжал оставаться под арестом все последующие месяцы. Пока сидел, он отправил в ЕСПЧ еще одну жалобу о том, что Россия нарушает его права, оставляя за решеткой.

Лишь 30 ноября, спустя 4 месяца после первого решения Страсбурга, Верховный суд РФ вынес решение об обоснованности претензий Романа и отменил предыдущие решения судов о его аресте. Все, вплоть до 2 февраля 2016 года. А в феврале 2016 года «маковое дело» уже находилось в суде (который отнюдь не с первой попытки принял его к рассмотрению), и по логике российских судей, арест Шилова на этой стадии уже вроде как и не является арестом на этапе предварительного следствия. И, несмотря на решение ЕСПЧ, Шилову надлежит оставаться за решеткой.

За несколько дней до этого решения Верховного суда судья Брянского областного суда Алексей Тулегенов самостоятельно постановил перевести Романа под домашний арест.

16 мая 2018 года судья Тулегенов продлил Роману Шилову домашний арест до 20 августа – в седьмой уже раз. Между тем ст. 107 УПК РФ предусматривает, что «совокупный срок домашнего ареста и содержания под стражей независимо от того, в какой последовательности данные меры пресечения применялись, не должен превышать предельный срок содержания под стражей».

А на днях стало известно, что 14 июня 2018 года, накануне ухода всего «макового процесса» в отпуск, ЕСПЧ принял новое решение, касающееся Романа. В нем он вновь признал, что в случае с Романом имело место «чрезмерно долгое содержание под стражей до постановления судом законного приговора». То есть решение касается и того отрезка времени, когда дело уже поступило в суд.

Пока данное решение ЕСПЧ не получило никакой оценки в российском суде.

P.S.

На сайте Общества научных работников продолжается сбор подписей в поддержку кандидата сельскохозяйственных наук, заведующей лабораторией Пензенского НИИСХ Ольги Зелениной, которая также проходит подсудимой по брянскому «маковому делу». «Научное сообщество Российской Федерации озабочено привлечением ученого, Ольги Николаевны Зелениной, к уголовной ответственности за изложенное ею научное мнение и просит прокурора отказаться от обвинения, — говорится в обращении. — Преследовать ученого за научное мнение — значит лишать суд научной поддержки и снижать потенциальную научную чистоту судопроизводства, в рамках которого в качестве доказательств используются научные заключения экспертов». В поддержку Зелениной выступил президент РАН Александр Сергеев. Всего под письмом около трехсот подписей.