«Если люди сошлись, то хоть чума, хоть смерть, их уже ничто не разъединит»
Макет памятника скульптора Константина Чернявского Петру и Февронии Муромским. Фото: Сергей Пятаков / РИА Новости
Человек неизбежно задает себе одни и те же вопросы: в чем смысл жизни, как строить отношения с другими, свободен ли он в своих действиях или все предопределено. В каждой культуре эти вопросы решаются по-разному: опыт того, как это происходило в России, зафиксирован в русской истории и литературе. Автор курса лекций для проекта InLiberty «Любовь, война, свобода и другие русские вопросы» Юрий Сапрыкин считает, что разговор об этом поможет нам понять заданную культурой оптику, через которую мы видим мир. Новая лекция посвящена любви.
Cчитается, что в русском языке нет подходящего лексикона для описания любовных сцен. Чуть только предпринимается такая попытка, сразу все звучит глупо, плоско, пошло, манерно или совершенно по-идиотски. Либо приходится сразу прибегать к обсценной лексике, либо использовать какие-то нелепые эвфемизмы – «его вздыбившееся достоинство». Нет ничего промежуточного. В русском языке слово «оргазм» впервые зафиксировано в 1938 году в словаре Ушакова. Что характерно, было указано, что у этого слова нет множественного числа. И это тоже наводит на определенные мысли. Вот люди жили, а слова не было. А как они думали об этом, как это называли? Может, они вообще не выделяли этот момент из череды рутинных жизненных событий? Хотя у Пушкина упоминается «миг последних содроганий». Наверное, все же кто-то что-то чувствовал.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]