Станут ли полторы комнаты музеем?

Квартиру по соседству с той, где жил Иосиф Бродский, выкупил миллионер, мечтающий открыть музей поэта

За стеной

О том, что Максим Левченко загорелся идеей открыть музей в доме Мурузи (Литейный, 24), где семья будущего Нобелевского лауреата жила в полутора комнатах, стало известно давно. Тогда господин Левченко решил присоединить к бывшей коммуналке соседнюю квартиру, купив ее у тогдашних владельцев, супругов Малышевых. Но окончательно заключить сделку удалось только в июле этого года. За это время Левченко возглавил попечительский совет Фонда музея Бродского, который владеет четырьмя из пяти комнат в бывшей коммуналке за стеной. В том числе Фонду принадлежат и мемориальные полторы комнаты. Супруги Малышевы одним из условий заключения сделки по продаже своей квартиры выдвинули требование включить их в попечительский совет будущего музея. Что и было зафиксировано в договоре.

Дом Мурузи занимает целый квартал, окна мемориальной квартиры Бродского на втором этаже выходят на улицу Пестеля и на угол Пестеля и Короленко. Квартира, купленная Максимом Левченко, примыкает к ней со стороны улицы Короленко. Эта квартира, по словам супругов Малышевых, никогда не была коммунальной, и они после покупки решили сохранить историческую планировку, в том числе — анфиладу комнат, идущую вдоль фасада.

Максим Левченко не скрывает сумму сделки — он приобрел квартиру почти за 36 млн рублей, а всего готов вложить в проект музея не меньше 1 млн долларов.

Квартира-мышеловка

Сама квартира, где жили Бродские, оказалась настоящей ловушкой для Фонда музея Бродского. К 2010 году членам Фонда при поддержке городских властей удалось найти спонсоров для выкупа четырех комнат. Но владелица самой большой комнаты Нина Васильевна Федорова отказалась от всех самых заманчивых предложений и продолжает жить в квартире до сих пор.

Дело не только в ней. По закону, чтобы сделать в квартире музей, ее нужно перевести в нежилой фонд. А для этого все помещения под ней тоже должны быть нежилыми. Но владельцы квартиры на первом этаже не хотят ее продавать.

Кроме того, по требованию минкультуры, музей в квартире обязан иметь два входа-выхода, один из которых должен быть отдельным. Из квартиры, где жил Бродский, есть два входа-выхода, но все они общие с остальными жильцами. Если бы удалось приобрести квартиру на первом этаже, вопрос решился бы. Но пока ситуация напоминает замкнутый круг.

Есть идеи?

Полторы комнаты Бродского стоят все это время пустыми, иногда сюда приходят посетители по особой договоренности с руководством Фонда музея Бродского. Покупка соседней квартиры, как надеются и участники Фонда и сотрудники музея Анны Ахматовой, где хранятся мемориальные вещи Бродского, может открыть новые перспективы.

— Частная инициатива — единственная реальная возможность сделать музей Бродского, — уверена Нина Попова, директор музея Ахматовой. — И мы готовы сотрудничать, конечно, если это будут наши совместные выставочные проекты, которые совпадут с нашим представлением о замысле и воплощении.

Председатель совета учредителей Фонда создания музея Иосифа Бродского Михаил Мильчик рассказал, что уже обсуждал с Левченко различные планы.

— Это вопрос не ближайшего времени, хотя я смотрю на всю эту затею самым положительным образом. Мне нравится идея музея, построенного на контрасте, одна часть — мемориальная, атмосферная, с духом времени, вторая — с современными приемами экспонирования, ориентированная на молодежь.

В новой квартире, по предварительному замыслу Левченко, будут технические помещения, лекционные залы, библиотека. Мемориальная часть будущего музея — это, собственно, бывшая коммуналка и ее полторы комнаты. Но даже если объединить две квартиры, проблемы никуда не исчезают. Ведь под мемориальной частью будущего музея остается жилая квартира. Не говоря уже о том, что для объединения необходимо решить немало юридических проблем: дом — памятник архитектуры, получить разрешение на перепланировку будет непросто. Кроме того, ни один музей не предоставит свои экспонаты даже для временной экспозиции в помещение, не обработанное от грибка.

Но самого господина Левченко все эти трудности, похоже, не пугают.

— Мы планируем сделать в новой квартире публичное культурное пространство, которое в перспективе перерастет в частный музей Бродского. Хотя это дело не ближайшего времени, проблем много, но наша команда готова их решать. Нам важно, чтобы отсюда, из этой частной квартиры будущего частного музея, был обеспечен доступ в полторы комнаты, мы понимаем, что именно они представляют главный интерес. Уже есть план, как это сделать.

По информации «Новой», на 1 августа запланирована рабочая встреча всех участников будущего проекта — сотрудников Фонда создания музея Бродского и команды владельца соседней квартиры. На ней и будет решена судьба будущего музея.