Столица экстремизма. Почему новости о статьях за мемы приходят из Барнаула

За последнее время стало известно сразу о трех уголовных делах по статьям о возбуждении ненависти либо вражды (282 УК) и оскорблении чувств верующих (148 УК), которые барнаульские следователи возбудили из-за мемов, опубликованных во «ВКонтакте». Эти дела выглядят однотипными, даже оскорбившимися свидетелями там выступают одни и те же люди. «Медиазона» рассказывает, как в Алтайском крае борются с экстремизмом и чем этот регион выделяется на фоне других.

Уголовные дела за мемы

Внимание к методам борьбы с экстремизмом в Алтайском крае привлекла жительница Барнаула Мария Мотузная. В конце июля она описала в твиттере, как к ней пришли с обыском из-за картинок, обнаруженных на ее странице «ВКонтакте». Мотузная подробно рассказала «Медиазоне», как ее уговорили написать признательные показания под контролем адвоката по назначению, хорошо знакомой со следователем. В результате всего через три месяца следствия, за которые Мотузную вызывали на допрос только три раза, ее дело передали в суд. Он начнется 6 августа и девушка, нанявшая нового адвоката, намерена добиваться отказа от особого порядка рассмотрения (когда суд в случае признания вины даже не изучает доказательства).

История Мотузной широко разошлась в интернете и убедила рассказать о похожих уголовных делах других жителей Барнаула. Оказалось, что в суде уже рассматривается дело студента Даниила Маркина — его обвинили в оскорблении чувств верующих, в том числе за мем с персонажем «Игры престолов» Джоном Сноу. Причем в делах Маркина и Мотузной роль оскорбленных граждан исполнили одни и те же люди — студентки кафедры уголовно-правовых дисциплин алтайского филиала РАНХиГС Дарья Исаенко и Анастасия Битнер. Протоколы их допросов в деле Мотузной идентичны вплоть до опечаток: «Мое личное отношение к текстам такого рода резко негативное и я не поддерживаюсь взглядов экстремистской направленности».

В августе с Мотузной связался еще один обвиняемый по делу об оскорблении чувств верующих — 38-летний Андрей Шашерин. В его уголовном деле эксперты также нашли оскорбление в трех мемах о православной церкви. Все трое обвиняемых находятся в списке Росфинмониторинга, в который можно попасть еще до решения суда уже в статусе подозреваемого по делу об экстремизме. Их банковские счета заблокированы. Они могут получать зарплату, но снятие наличных сильно ограничено.

«Простите, я не знал, что это преступление!»

Управление СК по Алтайскому краю в начале июля уже оказывалось в центре внимания. Тогда ведомство опубликовало «анимационный видеоролик, направленный на профилактику экстремизма среди молодежи». Герой мультфильма — 16-летний Илья, который получил срок, потому что «активно репостил в социальной сети на своей странице видеоролики, на которых светлокожие люди избивали тех, кто не похож на них по цвету кожи или по национальности».

Женский закадровый голос с веселой интонацией сообщает, что теперь для Ильи закрыты многие дороги в жизни — ведь у него есть судимость за репост. Зрителей в СК призвали задуматься о том, что они пишут и лайкают в интернете, чтобы не стать экстремистами. «Ведь человечество — это содружество разных культур, каждая из которых интересна и духовно богата. Нет плохих или хороших, мы — единое целое», — такими словами завершается ролик.

Обсуждение барнаульских дел заметили и в самом управлении Следственного комитета. 3 августа инспектор отдела процессуального контроля регионального управления Максим Подкопаев рассказал в эфире «Катуни 24», как в крае борются с экстремизмом.

«Для нашего края нехарактерно совершение такого рода преступлений. Их доля в общей массе расследованных дел следственным управлением не превышает 1%. Это связано с тем, что у нас нет почвы для религиозной розни, для сепаратизма и прочих проявлений экстремизма», — заметил Подкопаев. Но он подчеркнул, что как правило дела за экстремизм возбуждают против молодежи от 16 до 25 лет, которые лайкают и комментируют посты в интернете.

Скажи экстремизму нет!

Местное управление СК запустило кампанию по борьбе с экстремизмом в сентябре 2016 года. Следователи проводили беседы в школах и детских домах, чтобы сформировать у детей «негативное отношение к проявлениям экстремизма». Формальный повод для начала кампании — результаты анкетирования, которое показало «недостаточный уровень знаний несовершеннолетних, находящихся в возможной опасной ситуации попасть под влияние экстремистских проявлений».

Так совпало, что именно в 2016 году Алтайский край показал снижение по числу зарегистрированных преступлений экстремистской направленности. Годом ранее их выявили 29, а теперь только 26. В результате край оказался в немногочисленной группе регионов, показавших отрицательную статистику по выявлению преступлений.

Падение показателей, по которым оценивают работу региональных подразделений, всегда приводит к резкому росту в следующем отчетном периоде. Это очевидно из статистических данных Генпрокуратуры. Алтайский край в 2016 году показал падение на 10%, но в 2017 году сразу зафиксировал рост выявленных экстремистских преступлений почти вдвое — на 73%. Рекордсменом по «отскоку» в 2017 году стала Белгородская область — прирост по таким преступлениям там составил 250%.

В результате в 2017 году Алтайский край оказался на седьмом месте по России по числу выявленных преступлений экстремистской направленности (21-е место по относительному показателю — число преступлений на 100 тысяч населения). И по итогам первого полугодия 2018 года регион пока «не дотягивает» до показателей предыдущего года — отставание составляет почти 30%. Учтены ли в этих данных дела Мотузной, Маркина и Шашерина, неизвестно.