Двойной удар

Нового посла России в Беларуси наделили статусом спецпредставителя

Все белорусское лето прошло под шум разговоров и шелест слухов о новом после России. Причем эти разговоры начались еще в июне, когда о переменах еще не было речи. Посол России и дуайен дипкорпуса Александр Суриков, который работал в Минске уже 12 лет, — дольше чем все его коллеги — в июне во время пресс-конференции на вопрос о возможной отставке сказал лишь, что «если президент решит, то будет закрыт вопрос, только и всего».

24 августа вопрос закрылся: послом России стал Михаил Бабич.

В начале лета в белорусских политических кругах говорили о возможном назначении в Минск Александра Ткачева или Владислава Суркова.

Все ссылались на некие источники в дипломатических кругах. Фамилии Бабича среди потенциальных послов не было.

И только в середине июля на слегка утихших волнах слухов закачалось имя действительной, как оказалось, кандидатуры на пост посла России Михаила Бабича. Но бурную реакцию вызвало вовсе не имя: в конце концов фигуры Ткачева и Суркова куда более скандальны. Бабич же при всей замысловатости карьеры в белорусско-российских отношениях никак не «засветился», как, собственно, и вообще в международных отношениях.

Единственная попытка президента России сделать его дипломатом оказалась неудачной: в 2016 году Украина отказалась принять Михаила Бабича в качестве посла. Так что для белорусов он пока фигура, скорее, нейтральная.

И бурная реакция белорусского политического сообщества связана вовсе не с фигурой Бабича, а с наделением его дополнительными полномочиями — должностью спецпредставителя президента Российской Федерации в Беларуси.

Все предыдущие послы России не были ничьими спецпредставителями, зато послы на Украине с 2001 года носили еще и это почетное звание. Это, по официальной версии, подчеркивало особые отношения России и Украины и их крайнюю взаимную важность. Впрочем, статус спецпредставителя президента в какой-то степени упрощал контакты с министром иностранных дел в стране пребывания. Но это было в Киеве, где российские послы нуждались в дополнительном дипломатическом весе. Но в Минске, где весь МИД всегда готов выстелиться ковриками перед каждым российским чиновником любого ранга это действительно выглядело угрожающе. МИД Беларуси ничего не комментировал, ссылаясь на то, что запрос агремана от России не поступал. Оппозиционные политики говорили о том, что Бабич едет в Минск генерал-губернатором, что это реинкарнация Муравьева-вешателя и что на Украине наличие посла-спецпредставителя в конце концов привело к аннексии и войне. Смутно надеялись на то, что Александр Лукашенко тоже это прекрасно понимает и теперь должен сопротивляться.

Вспоминали, что слухи о его инсульте возникли не в Минске, а чудесным образом материализовались из российских телеграм-каналов, и это было началом, а теперь следует продолжение.

Неизвестно, сопротивлялся ли Александр Лукашенко назначению Михаила Бабича, но с агреманом Минск явно не спешил и даже затягивал. И только через два дня после встречи Лукашенко и Путина в Сочи, 24 августа, состоялось официальное назначение посла. Стороны договорились. Пресс-секретарь МИД Беларуси Анатолий Глаз заявил, что наделение посла статусом спецпредставителя по развитию торгово-экономического сотрудничества свидетельствует о высоком уровне белорусско-российского сотрудничества.

Аналитики заговорили о том, что задачей Бабича станут «перезагрузка» союзного государства и возвращение к ушедшей в прошлое экономической интеграции. Оппозиция — о том, что Москва, назначая послом бывшего представителя в регионах, показывает белорусскому государству и персонально его руководителю их место в российской политической схеме, а заодно ставит перед новым послом-спецпредставителем задачу разобраться с мошенническими схемами реэкспорта топлива и невыплаченными России долгами.

Если вывести из официальных и неофициальных версий среднее арифметическое, то получается, что Михаил Бабич назначен в Минск не совсем послом, но и не генерал-губернатором. В известных кругах это называется «смотрящий».