«Дети Марии» могут осиротеть​​​​​​​

Художественный центр для социально незащищенных детей после 21 года безвозмездной работы — под угрозой закрытия

Комиссия управы Тверского района не допустила Центр до конкурса на право бесплатного использования двух помещений в центре Москвы, сделав вывод, что его деятельность не соответствует условиям конкурса. Возможности безвозмездно получить помещение в другом месте у «Детей Марии» — нет. Денег, чтобы его арендовать — тоже. Для многих детей-сирот, выпускников детдомов, живущих в психо-неврологических интернатах, онкобольных детей и их родителей утрата центра — жизненная катастрофа.

Центр был основан в 1997 году. Сегодня — это едва ли не единственная организация в Москве, которая дает возможность детям с трудной судьбой не замыкаться в четырех стенах и заниматься творчеством.. У «Детей Марии» можно рисовать, лепить, валять, выпиливать. И через творчество налаживать жизнь.

Тимофей

Тимофей живет в психо-неврологическом интернате. На вид Тимофею под тридцать.

Ему сложно говорить. Чувствуется, что то ли включенный диктофон его сильно смущает, то ли любое общение с незнакомыми людьми дается ему с трудом. Однако к середине разговора он немного успокаивается и рассказывает о том, как нашел «Детей Марии»: «Я искал студию, чтобы рисовать, и вспомнил, что многие ребята в детдоме, где я жил раньше, занимались у «Детей Марии». Я тут уже десять лет и чувствую себя полноценным членом семьи. Если студия закроется, я не знаю, где я смогу рисовать, где смогу общаться с такими людьми, как тут».

В коридоре Тимофея показывает свою картину. Осенний пейзаж. На второй картине тоже пейзаж, но уже позеленее.

Ярослав и Наталья

У Ярослава, сына Натальи, чуть больше двух лет назад обнаружили рак. Сейчас ему девять, полторы недели назад он закончил проходить химиотерапию.

Для детей с онкологией в художественном центре есть отдельная группа, поскольку они не всегда могут общаться со здоровыми ровесниками. «К нашим детям нужно найти подход. Не каждый педагог это может сделать, — рассказывает Наталья. — У многих детей после химии есть повреждения центральной нервной системы, происходят изменения в мозге».

Когда Наталья с Ярославом пришли к «Детям Марии», у них «появился дом». «Ведь дом — это место, в котором тебе хорошо и спокойно. А главное — ты можешь не думать о болезни каждую минуту. Поймите, — говорит Наталья, — после такой болезни реабилитация нужна не только детям, но и взрослым. В первое время, узнав о болезни, я не могла ничего делать. Постепенно я стала отвлекаться и думать о чем-то другом, пока сын занимался в студии. Это реально вытащило меня из вакуума, в котором я находилась несколько месяцев».

Наталья продолжает говорить о сложностях, с которыми сталкивается она и ее сын. Видно, что говорить она может долго, потому что сложностей этих действительно много. «Центр — конечно отдушина и для меня, и для сына, — произносит она, как будто вспоминая, зачем мы тут собрались. — Тут получается жить, а не существовать». «Да?», — спрашивает Наталья у зашедшего в комнату ребенка. Не заметив вопроса и не найдя в комнате ничего интересного, мальчик уходит. «Пошел жить», — говорит Наталья ему вслед.

В конце нашего разговора Наталья, до этого уверенно и внятно объяснявшая мне, чем хорош центр «Дети Марии», вдруг запинается и негромко произносит: «А сдаться нам нельзя, у нас нет на это права».

Виктория

Виктория, выросшая в детском доме, с «Детьми Марии» уже очень давно. Она знала о центре и мечтала ездить на занятия еще когда жила в интернате, но ее не отпускали. Однако Виктория нашла способ попасть в студию. Когда выпустилась из интерната, стала водить в центр свою маленькую крестницу, а потом постепенно и сама влилась в «семью». С тех пор прошло около 20 лет, а Виктория по-прежнему помогает в центре.

Прошлым летом у нее родился сын Лука. Практически все его детство, как и жизнь его мамы, проходит именно здесь. «Можете считать, что я родила тут», — шутит Виктория.

Она улыбается, рассказывает, как ей хорошо в студии. А потом вдруг на одном выдохе подытоживает: «Я бы не хотела, чтоб студию забрали. Я не представляю, как это. А дети куда пойдут?».

Алексей

Алексею 22 года. С детства он регулярно приезжал из детского дома к «Детям Марии» на занятия. Сейчас он подрабатывает в студии, ведет мастер-классы. В этом году Алексей поступил в театральный институт имени Щукина. Без центра это было бы невозможно.

«Я бы никогда и не подумал никуда поступать. Ну, умею я петь, ну и что? А тут мне помогли найти репетитора, подготовили, и, вот, меня взяли в театральный». Первого сентября начнется его учеба, но он до сих пор не очень верит в свою удачу.

Для него и других выпускников детдомов, которые в детстве занимались в студии, сейчас она стала, в первую очередь, местом встречи. «Я часто приезжаю в центр просто так, с людьми пообщаться, истории порассказывать. Допустим, я знаю, что в этот день в центре будет кто-то из преподавателей или ребят. И я прихожу чай попить с ними. Ужасно приятно, что есть такое место с такими людьми».

P.S.

30 августа состоится заседание управы Тверского района, на котором муниципальные депутаты могут отменить результаты конкурса. В таком случае конкурс будет проведен повторно, а у «Детей Марии» появится еще один шанс все-таки остаться в центре Москвы. И вообще — остаться.

Михаил Шевелев