Решение Константинопольского патриархата назначить в Киев двух епископов-экзархов, которые будут готовить почву для предоставления украинской православной церкви статуса автокефалии (независимости), ставит точку в давнем споре. Намеки на то, что Константинополь склоняется к предоставлению Киеву самостоятельности, были и раньше – но в острых дискуссиях о возможностях автокефалии оставалось неясным, как константинопольский патриарх Варфоломей сможет обосновать свое решение. Из России логику его действий и решений предугадать было невозможно.

А вот позиция Московской патриархии была известна давно: автокефалию Украине может предоставить только Русская православная церковь (например, с общего согласия прочих поместных православных церквей), так как Украина – это каноническая территория РПЦ. Но есть важное «но»: поскольку каноническая церковь в составе РПЦ автокефалии не просит, то и вопрос как таковой обсуждению не подлежит.

Долгое время казалось, что никаких возражений и альтернативных мнений быть не может. Поэтому действия президента Украины Петра Порошенко, лично прилетевшего в апреле 2018 г. к патриарху Варфоломею и попросившего у него автокефалию, и решение Верховной рады о поддержке этого обращения в Москве были восприняты как грубое вмешательство государства в сугубо церковные дела.

Как поделить одну патриархию между двумя патриархами

Мнения / От редакции

Однако патриарх Варфоломей не просто принял Порошенко и выслушал его – он сделал публичное заявление с обещанием «изучить» этот вопрос. На языке церковной политики это можно интерпретировать так: я изучу этот вопрос и решу его положительно, Украина получит долгожданную автокефалию.

Мотивы Константинополя понятны: с одной стороны, это стремление преодолеть раскол, который возник 30 лет назад и сохраняется до сих пор, а с другой – показать всем (и прежде всего РПЦ и лично патриарху Кириллу), кто в православном мире главный. Что здесь во-первых, а что во-вторых, сказать трудно.

Мы всё еще не знаем содержание томоса, официального документа о провозглашении независимости украинской церкви. Однако очевидно, что аргументы в нем должны быть использованы очень убедительные, так как Московский патриархат уже дал понять, что категорически с ним не согласен и готов оспаривать это решение.

Прежде всего, решения константинопольского патриарха должны строго соответствовать нормам церковного права: у решения должны быть именно твердые канонические, а не политические основания. Поэтому Москве казалось, что задача перед греками стоит невыполнимая. РПЦ была абсолютно уверена, что 300 лет назад константинопольский патриарх официально передал Русской церкви не только полномочия высшей по отношению к Киеву церковной инстанции, но и всю территорию Украины, что делало в глазах Москвы обращение к грекам за автокефалией пустой риторикой украинских политиков.

В первых числах сентября состоялся синаксис (собор) архиепископов и митрополитов Константинопольского патриархата, на котором были прямо озвучены те аргументы, на которых будет основано решение об автокефалии. Два самых важных его тезиса для РПЦ оказались полной неожиданностью: во-первых, территория Украины никогда не принадлежала РПЦ – Москва ошибочно трактует исторические документы и, во-вторых, на Украине в настоящий момент нет ни одной канонической (законной) православной церкви.

Для Московской патриархии это были шах и мат.

Приходится признать, что эти тезисы свидетельствуют о полном крахе международного церковного права. В мировом православии уже давно крайне неблагополучная ситуация с канонами и правилами. Большинство из них были написаны более тысячи лет назад и малопонятны сегодня, а внятного кодекса церковного права, который бы соответствовал реалиями XXI в., нет и в ближайшее время не будет, так как его составление и согласование – это работа на многие десятилетия.

На протяжении десятилетий ни одна церковь не задумывалась всерьез о том, какие здесь могут быть последствия. Естественно, взрывоопасной ситуация становится в условиях кризиса. Но многим казалось, что никакого кризиса не будет. Жизнь у православных церквей сонная, медленная... Откуда взяться серьезным конфликтам?

Но и история у православных церквей длинная – два тысячелетия. Тлеющих конфликтов много, и тлеть они могут столетиями. Современному человеку трудно представить себе такой временной диапазон. Однако именно фактор «большого времени» сыграл с РПЦ и патриархом Кириллом злую шутку.

Что мешает РПЦ признать царские останки

Мнения / Аналитика

Правда в том, что РПЦ – церковь молодая, что бы она ни говорила о своей тысячелетней истории. Российская греко-кафолическая православная церковь была практически полностью уничтожена Сталиным, а ее жалкие остатки получили в 1942 г. новую жизнь под новыми именем – Русская православная церковь.

Проблема украинской автокефалии уходит корнями в начало ХХ в., а проблемы, связанные со статусом Киевской митрополии, и того дальше – в конец XVII в. Но если константинопольский патриарх сохраняет преемственность своих институтов без малого 1500 лет, то Московский патриархат после полного разрушения всех церковных институтов в 1917 г. и воссоздания некоторых из них в середине 1940-х не может мыслить даже категориями столетий. В итоге, когда нужно было исследовать и определить статус Киевской митрополии на конец XVII в., Москва не смогла разобраться с содержанием исторических документов, но это не мешало ей считать, что Константинополь в 1686 г. подарил ей Украину полностью, со всеми потрохами.

Первым неприятным для Москвы открытием стало то, что Константинополь считает иначе: территорию Украины Константинопольский патриархат никогда не передавал Русской церкви. В силу сложных исторических обстоятельств второй половины XVII в. он передал Москве право рукополагать киевских митрополитов и быть по отношению к ним церковно-судебной инстанцией. Эти права передавались Москве на неопределенный срок, но не навечно. Другими словами, константинопольский патриарх мог отозвать свое решение в любое время.

И, похоже, это время настало.

Второй неприятный для Москвы момент: киевский митрополит в юрисдикции РПЦ нарушил правило, по которому он был обязан поминать за богослужением константинопольского патриарха. Правды ради надо сказать, что это не вина нынешнего митрополита Онуфрия. Киевские митрополиты забыли об этом правиле уже давно. Однако с точки зрения церковного права отказ от поминовения на литургии имени константинопольского патриарха – это серьезное нарушение. Серьезное настолько, что нарушитель теряет каноническое право быть главой митрополии и подлежит церковному суду.

Именно как «неканоничный» определили греки статус нынешнего главы украинской православной церкви Московского патриархата митрополита Онуфрия.

Но и две прочие неканонические юрисдикции – украинская православная церковь Киевского патриархата и украинская автокефальная православная церковь – в целом признают свою неканоничность и уже выразили готовность присоединиться к той автокефальной церкви, которая будет провозглашена патриархом Варфоломеем.

Разрешения ситуации ждали в октябре, но все произошло куда быстрее. В пятницу, 7 сентября, спустя неделю после встречи патриарха Варфоломея с патриархом Кириллом в Стамбуле, Константинопольский патриархат объявил о назначении на Украину двух экзархов (полномочных представителей) в епископском сане из этнических украинцев, граждан США и Канады. Публично их задачи и полномочия пока не сформулированы, но совершенно очевидно, что они будут готовить те процедуры, которые необходимы для провозглашения автокефалии.

Московский патриархат ответил немедленно, охарактеризовав это решение как «вторжение» на свою каноническую территорию. 8 сентября от имени Священного синода РПЦ было опубликовано резкое заявление, в котором действия Константинополя были расценены как грубейшее попрание церковных канонов и вмешательство во внутреннюю жизнь и дела другой поместной Церкви: «Данные действия заводят в тупик отношения между Русской и Константинопольской церквами, создают реальную угрозу единству всего мирового православия». А в эфире «России 24» митрополит Иларион (Алфеев) прямо заявил, что «средства церковной дипломатии на сегодня исчерпаны». Из Москвы уже прозвучали призывы к разрыву евхаристического общения с Константинополем. Это крайняя мера в церковных конфликтах, и раз об этом говорят вслух, то, по всей видимости, руководство РПЦ готовится к предельному обострению конфликта.

Такой исход будет иметь колоссальные последствия и для Москвы, и для Константинополя, и для Киева. Но Москва выглядит тут главным проигравшим: автокефалия на Украине станет личным поражением патриарха Кирилла. С его именем и историей его патриаршества будет ассоциироваться одно-единственное событие – потеря Москвой Украины.

Как РПЦ потеряла Украину