Поможем детям. Проблема сердечная

Фото: Мама Максима узнала о том, что у сына один из самых сложных пороков сердца, когда малышу было всего три дня от роду // фото: Сергей Величкин

У 11-летнего Максима Боязетова из подмосковной Балашихи тяжелый врожденный порок сердца – тетрада Фалло. Только в первые два года своей жизни он перенес четыре сложные операции.

Сейчас жизнь мальчика снова под угрозой: нарушились функции правого желудочка сердца и кровоснабжение легких. Кардиохирурги говорят о необходимости еще одной операции. Только на нее нужны деньги, которых у мамы Максима, увы, нет.

По больницам с первых дней

Елена, мама Максима, узнала о том, что у сына один из самых сложных пороков сердца, когда малышу было всего три дня от роду.

Из роддома мальчика перевели в районную больницу, где после тщательного обследования диагноз подтвердили и сказали: пока хирургическое лечение ребенку не требуется – нужно только наблюдать.

Однако в шесть месяцев Максиму провели первую операцию, которая позволила наладить легочный кровоток.

– В реанимацию не пускали, но когда сына перевели в отделение интенсивной терапии, я смогла за ним ухаживать, – вспоминает Елена. – Там все мамы круглосуточно дежурили у детских кроваток. По ночам мы менялись на два-три часа, чтобы подремать. В ту ночь все было нормально. Мой ребенок спал, аппараты ровно работали, но вдруг соседка по палате вскрикнула: «Посмотри, у Максима нос посинел!» Тут же у него из носа потекла кровь. Сына забрали в реанимацию.

Оказалось, что у мальчика открылось легочное кровотечение. Затем резко понизилось содержание кислорода в крови. Максима срочно прооперировали – устранили сужение легочной артерии с помощью баллона и закрыли дефект межпредсердной перегородки.

– В реанимации сын пробыл около недели. Я каждый день сцеживала молоко, замораживала в контейнерах и везла в больницу. Выходил врач, объявлял: «Пятый блок реанимации!» – и все родители, чьи дети лежали в этом блоке, бежали, чтобы узнать о состоянии детей. Каждый раз мне говорили одно и то же: «Состояние тяжелое, но стабильное». Я спрашивала: «Он кушает?» – «Кушает!» – «Ему не больно?» – «Нет». Однажды двоих родителей отозвали в сторону, куда-то повели, а вернулись они в слезах. – Елена, вспоминая это, и сама едва сдерживает слезы.

Ему не хотелось бегать...

Восстановление шло медленно. Максим сильно похудел, мало двигался и при малейшем усилии начинал задыхаться, у него синело лицо.

– Здоровые дети активные, им хочется бегать, а мой сын был как кукла: посадишь в коляску и везешь, – рассказывает Елена. – Когда он ходил, то так тяжело дышал, что люди на улице спрашивали: «Что с вашим ребенком?» Не будешь ведь каждому объяснять, что у него больное сердце! Поэтому я выбирала для прогулок безлюдные места.

В год и девять месяцев Максиму провели третью операцию на сердце – радикальную коррекцию порока.

– Это было 11 декабря, – говорит Елена, – и мы надеялись, что Новый год встретим дома. Не получилось. У сына возникли осложнения: сердечная и дыхательная недостаточность, интоксикация, лихорадка. И через две недели Максим снова попал на операционный стол – врачи убрали сгустки крови из грудной полости.

Потом была реанимация. Двенадцать часов ребенок находился на аппарате искусственной вентиляции легких. На этот раз обошлось без осложнений.

– У нас началась другая жизнь, – улыбается Елена. – Ушла синева, которая раньше постоянно проступала на лице сына, уменьшилась одышка. Максим даже посещал секцию по греко-римской борьбе. Тренер его берег, не давал сильные нагрузки.

– Но приемы я запомнил! – уверяет мальчик. – Умею делать захваты! Поэтому могу постоять за себя.

Для спасения Максима Боязетова требуется 550 750 рублей.

Справка от врача

Заведующий отделением кардиохирургии ДГКБ №13 имени Н. Ф. Филатова Владимир Ильин:

– У Максима один из самых тяжелых врожденных пороков сердца – тетрада Фалло, сочетание сразу четырех аномалий. За первые два года жизни мальчик перенес четыре операции по устранению порока. Однако с возрастом у Максима стала увеличиваться мышца в правом желудочке сердца. Она препятствует оттоку крови в легочную артерию, в самом желудочке возникло повышенное давление. Мальчику необходима операция в условиях искусственного кровообращения, в ходе которой мы устраним преграду для кровотока путем иссечения мышцы. Прогноз благоприятный.

Открытое сердце

Результаты ежегодных обследований, которые Максим проходил в детской городской клинической больнице (ДГКБ) №13 имени Н. Ф. Филатова, до недавнего времени не вызывали серьезных опасений у специалистов, но в июле кардиохирург заметил, что у мальчика сильно увеличился правый желудочек сердца, из-за чего нарушился кровоток, в самом желудочке повысилось давление.

Максиму срочно требуется операция на открытом сердце. Ее готовы провести в Филатовской больнице, но у Максима нет московской прописки, поэтому для него операция платная.

Предыдущие операции мальчику проводили бесплатно – за счет госбюджета. Но пять лет назад ситуация изменилась, и теперь кардиохирургическое лечение в столичной больнице бесплатное только для москвичей.

Денег на оплату операции у Елены, которая одна воспитывает двоих сыновей, нет. Вся надежда на нас с вами.

Как помочь

Самый простой способ помочь Максиму – отправить SMS со словом ДЕТИ на номер 5542 (только для России, любой оператор связи) – с вашего счета спишется 75 руб.

Переслать другую сумму можно через банковский перевод:

Благотворительный фонд «Русфонд», ИНН 7743089883, КПП 774301001, р/с 40703810700001449489 в АО «Райффайзенбанк», г. Москва, к/с 30101810200000000700, БИК 044525700.

Назначение платежа: Пожертвование на лечение Максима Боязетова.

Кроме того, есть и другие способы отправить пожертвование для Максима Боязетова, подробнее о них вы можете узнать на сайте https://www.rusfond.ru/donation.

cпасибо вам!

В прошлом месяце мы совместно с Русфондом просили вас помочь четырехлетнему Максиму Селищеву из Москвы. У мальчика тяжелый кифосколиоз на фоне нейрофиброматоза – генетического заболевания.

Из-за кифосколиоза у маленького Максима деформирована шея – то место, где свободно должна течь от сердца к мозгу артериальная кровь, насыщенная кислородом.

Максиму нужна многоэтапная хирургическая реконструкция шейно-грудного отдела позвоночника. Эта операция позволит поддерживать позвоночник в нормальном состоянии до полного формирования скелета и предотвратить развитие опасных осложнений. И развиваться мальчик станет по возрасту, и бегать будет ровно, и рисовать научится, хотя сейчас еле держит карандаш. И главное – благодаря операции речь у Максима восстановится. Если будет происходить доступ кислорода к мозгу мальчика, он научится толком говорить, а не лепетать, как двухлетний.

Стоимость такой операции – 1.648.673 руб. Благодаря читателям «Собеседника», rusfond.ru и chaskor.ru удалось собрать 1.656.942 руб.

Операция для Максима уже оплачена, и вскоре его жизнь станет в разы лучше. Родители мальчика благодарят всех за помощь. Примите и нашу признательность, дорогие друзья.