Moloko plus siloviki. С какими проблемами сталкиваются в России создатели альманаха о насилии

В Нижнем Новогороде полицейские сорвали презентацию посвященного теме революций номера альманаха Moloko plus. Двое его авторов и главный редактор Павел Никулин были задержаны, отказавшемуся показать паспорт Никулину грозит до 15 суток ареста. До этого силовики приходили на презентации альманаха в Краснодаре и Петербурге. «Медиазона» рассказывает, как преследуют авторов и издателей Moloko plus, которые пишут о терроризме, наркотиках и революциях.

«В тот момент, когда я говорила, что все проходит без проблем, входит полиция»

14 июля 2018 года, в Краснодар прилетают главный редактор альманаха Moloko plus Павел Никулин и его автор Софико Арифджанова. На следующий день в культурном центре «Типография» должна пройти презентация посвященного теме революций третьего номера журнала. Московская презентация номера состоялась в мае и обошлась без происшествий.

Когда Арифджанова и 17-летняя волонтерка «Типографии» Анастасия Кхухуренко гуляют по городу, в одном из тихих переулков к ним подходят трое мужчин в гражданском, которые говорят, что должны задержать девушек. «Они очень долго не хотели показывать свои удостоверения, что-то говорили про какие-то материалы уголовного дела, и что они не могут рассказать, зачем меня задерживают, и надо поехать в отделение, потому что там все материалы, — вспоминает Арифджанова. — Сначала мне начали угрожать, что отправят на наркотическое освидетельствование, что на девочку вызовут комиссию по делам несовершеннолетних. Потом пытались выхватить из рук телефон, сказали, что пока Паша [Никулин] не приедет, [нас] никуда не выпустят».

По словам Софико Арифджановой, когда девушек привезли в отдел полиции №7, она разблокировала телефон, чтобы сообщить коллегам о задержании, один из полицейских выхватил его, «стал смотреть галерею, удалил фотографии из машины, залез в телеграм, стал читать переписки».

В итоге из отдела девушек отпустили, когда Софико подписала обязательство не организовывать несогласованные массовые мероприятия и предупреждение об ответственности за экстремистскую деятельность. К вечеру в отдел вместе с адвокатом приехал Павел Никулин, который был вынужден подписать такие же документы.

На следующее утро, когда журналисты собирались ехать на презентацию, на трамвайной остановке на них напали двое мужчин в медицинских масках — как вспоминает, Арифджанова, они крикнули «Хэллоу, Украина!» и распылили им в лицо жидкость из перцовых баллончиков. В больнице у пострадавших диагностировали химические ожоги роговицы. Через две недели после нападения было возбуждено уголовное дело по части 2 статьи 115 УК (умышленное причинение легкого вреда здоровью).

Отменять презентацию не стали, и когда Никулин и Арифджанова приехали из больницы в культурный центр, оказалось, что на презентацию пришли и полицейские — они заявили, что проводят проверку по заявлению координатора «межрегионального общественного движения "Потомки Бессмертного полка"» Михаила Баназарова. Он утверждал, что на презентации «планируется осуществлять подготовку экстремизма, терроризма и употребления наркотических веществ».

Тираж альманаха изъяли, его не вернули до сих пор. Один из понятых, вспоминает Арифджанова, был пьян. Изъятием руководил следователь МВД Анзор Каппушев, который, как писала «Медиазона», с 2013 года подозревается в превышении полномочий с применением насилия (пункт «а» части 3 статьи 286 УК) — по версии следствия, он избил задержанного бутылкой от кулера. После презентации журналисты без проблем покинули Краснодар.

Следующая презентация нового номера была назначена на 9 сентября в петербургском клубе Fish Fabrique Nouvelle, который находится в арт-центре «Пушкинская, 10». В тот же день в России должен был пройти Единый день голосования и объявленные политиком Алексеем Навальным акции протеста против повышения пенсионного возраста. 6 сентября администрация клуба неожиданно отменила презентацию. «Что именно стало причиной отмены мероприятия нам не сообщили, но сказали о давлении неких "органов". Сейчас мы выясняем подробности и ищем новую площадку», — отмечали журналисты.

«Есть люди, которые общаются с нами, у них свое начальство, есть владелец клуба, владелец клуба субарендует это место и так далее. Было указание не дать нам провести презентацию. Кто его дал, на каком уровне, мы не понимаем», — рассказывал Павел Никулин.

Когда презентацию перенесли в бар SAINT, на нее пришли сотрудники ФСБ. «Они пошли общаться с владелицей этого бара и сказали, что проходит мероприятие, а его организаторы пропагандируют террор на зарубежное финансирование и распространяют экстремистскую литературу. Но она оказалась подкованной и сказала, что у них нет никакой бумаги из суда, их слова не имеют никакого веса и ничего отменять не будут. В итоге они остались на презентации, послушали наш разговор о журналистике», — вспоминает Арифджанова.

Следующий город, где создатели Moloko plus собирались презентовать новый номер — Нижний Новгород. 16 сентября журналисты и слушатели собрались в баре «Подсобка». «В тот самый момент, когда я говорила, как классно, что все проходит без каких-то проблем, входит полиция, их было очень много, больше шести человек,— рассказывает Арифджанова. — Опять стали говорить о том, что мы подозреваемся в распространении экстремистской литературы, что они приехали по заявлению, которое поступило на [номер] 112, начали требовать ото всех покинуть бар, одного человека достаточно показательно и жестко увели».

Силовики, вспоминает она, крайне неохотно показывали свои удостоверения, и, как и в Краснодаре, изъяли тираж альманаха, около 90 номеров. Задержали троих его авторов: Павла Никулина, Софико Арифджанову и Михаила Шубина.

«Мы просили у них документы, на основании которых они пришли к нам на презентацию проводить какие-то [оперативные] мероприятия, они отказывались нам их предоставить, при этом они спрашивали наши паспорта. Но, поскольку они не могли предоставить документы, на основании которых они хотели установить нашу личность, мы отказывались показывать наши паспорта. Меня задержали первым, потому что я отказался дать паспорт, и тут, если я не ошибаюсь, сотрудник Центра "Э" вдруг сказал, что я внезапно прохожу по ориентировке по ограблению в Нижнем Новгороде», — рассказывает Шубин.

Как говорит Арифджанова, ее задержание объяснили тем, что девушка якобы подходила под описание из ориентировки по делу о мошенничестве. После задержания она обнаружила пропажу телефона: журналистка предполагает, что он выпал, когда ее тащили в автозак.

Арифджанову и Шубина выпустили из отдела, тогда как Никулина оставили на ночь в отдел, на него составили протокол по статье 19.3 КоАП (отказ подчиниться распоряжению полицейского), несколько часов к нему не пускали адвоката Алексея Матасова.

17 сентября Советский районный суд Нижнего Новгорода должен был рассмотреть дело главного редактора Moloko plus, однако из-за нарушений в протоколе судья вернул его в полицию. Никулин проведет в отделе полиции еще одну ночь.

«Мы решились на эксперимент над собой»

Первый номер альманаха Moloko plus поступил в продажу в сентябре 2016 года, он был посвящен теме терроризма. Темой второго номера стали наркотики — он вышел в августе 2017 года. Третий, посвященный революциям, номер был отпечатан в апреле 2018-го.

Цена каждого выпуска привязана к номеру соответствующей статьи Уголовного кодекса: первый стоит 205 рублей (терроризм), второй — 228 (хранение наркотиков), третий — 278 (насильственный захват власти). Издание позиционирует себя как «контркультурный альманах о насилии», а его название— отсылка к напитку из романа «Заводной апельсин» Энтони Берджесса. Герои пили его перед началом «ультранасилия».

«Некоторые пытаются играть в эстетику протеста, но им не удается выйти дальше стереотипных образов брутального бойца в маске и телочки с сиськами, по-щенячьи поглядывающей на своего повелителя. Серьезно — ну сколько можно уже этого дерьма? Мир сложнее советов из глянцевых журналов о взаимоотношениях полов. Мы решились на эксперимент над собой и над вами и планируем продолжать. Других путей пока просто не существует», — говорится в манифесте издания.

Презентации предыдущих выпусков проходили без каких-либо осложнений, разве что про первый номер «Пятый канал» выпустил сюжет под названием «В Москве прошла презентация, которая может заинтересовать тех, кто борется с экстремизмом».

Правоохранительные органы действительно сразу заинтересовались изданием. «В книжных магазинах нам говорили, что время от времени некие подозрительные люди покупают журнал. В оперативных целях можно выделить 300 рублей сотруднику, чтобы он купил журнал, пришел домой, почитал его и отправил на экспертизу. Был даже комичный случай: нам рассказал человек из Екатеринбурга, что он приехал на почту, взял посылку, распечатал посылку в такси, начал читать. Когда он поднял глаза от альманаха, он понял, что таксист его привез не домой, а в Главное управление внутренних дел по Свердловской области. Потому что таксисту не понравилась обложка – это был первый номер, где на обложке было написано "Терроризм"», — рассказывал Никулин. Кроме того, в августе журналисты рассказали, что их электронные почты и аккаунты в фейсбуке попытались взломать.

Третий номер создатели Moloko plus решили посвятить революциям. «Действия, направленные на насильственный захват власти или ее насильственное удержание в почти любой цивилизованной стране караются довольно жестоко», — отмечается в сообщении от редакции к этому номеру. На три из четырех презентаций явились силовики.

«Наша редакция, как всегда, будет ставить перед читателями вопросы. Плоха революция или хороша? Или вопрос следует ставить иначе: "Всякая ли революция хороша"? И если какая-то революция плоха, то какая? Почему именами революционеров до сих пор называют улицы? Обречена ли революция, чьи дети сносят памятники революционерам прошлого? Должна ли она пожрать своих детей? Необходимы ли революции гильотины, конфискации и террор? Прошли ли, наконец, времена революций?» — рассуждает редакция, открывая номер.

Шеф-редактор Moloko plus Юлиана Лизер в интервью «Радио Свобода» говорила, что у сотрудников Moloko plus «нет цели к чему-то призывать»: «Мы не занимаемся политической агитацией, мы не пытаемся людям объяснить, что им делать, как жить, мы не общаемся с аудиторией в повелительном наклонении. Мы просто делаем свою работу как журналисты, как историки, как политологи».

В революционном номере альманаха 19 статей: о протестах во Франции в 1968 году, европейских и американских анархистах, российских национал-социалистах, размышлявших о «белой революции», европейских революциях XIX века, о Евромайдане в Украине и Октябрьской революции в России, а также об участии в ней чешского писателя Ярослава Гашека.

Кроме того, в третьем номере есть публикации о протестах в Венесуэле, мексиканских сепаратистах, греческой организации «Революционная борьба», отрывки из книг и рассказ основателя берлинской группы Atari Teenage Riot.Номер заканчивается фразой «тень грозного рассвета вставала над Россией» из книги Джона Рида «Десять дней, которые потрясли мир» о большевистском перевороте.

«Из Калуги с джихадом»

Оба раза, когда силовики изымали альманаха — в Краснодаре и в Нижнем Новгороде — они упоминали статью Павла Никулина «Из Калуги с джихадом», опубликованную в журнале New Times в марте 2017 года. Это рассказ о калужанине, который, разочаровавшись в левых идеях, стал радикальным мусульманином и уехал в Сирию воевать на стороне исламистов.

В июне 2017 года Роскомнадзор вынес New Times предупреждение за публикацию статьи, посчитав, что она «содержит признаки оправдания терроризма».

«Это можно обалдеть. Путин публично говорит о том, что тысячи россиян воюют за ИГ, а писать о мотивах, почему русский парень из Калуги принимает ислам и уезжает воевать в Сирию — это "признаки оправдания терроризма"! По мне так это классическая цензура, которая запрещена Конституцией. Господи, как же надоели дураки … Конечно, будем оспаривать в суде», — недоумевала главный редактор журнала Евгения Альбац. Сейчас статья удалена с сайта журнала.

В январе 2018 года силовики провели дома у Павла Никулина обыск — его отвезли в ФСБ, где допросили в качестве свидетеля по уголовному делу о прохождении обучения для террористической деятельности (205.3 УК). Тогда же следователи изъяли у Никулина тираж первого номера альманаха, посвященного терроризму. Позже в интервью «Радио Свобода» журналист предположил, что «у ФСБ смешалась в голове эта история и Moloko plus».

«Когда мы приехали в Краснодар на презентацию журнала, мне в полиции показали бумагу из ФСБ, где было написано, что в альманахе есть запрещенная за пропаганду терроризма статья из журнала New Times. На презентацию пришли полицейские и изъяли все три номера. Причем последний в количестве 30 штук. До сих пор мы не знаем, чем закончилась эта проверка на экстремизм», — рассказывал он.

После задержания в Нижнем Новгороде Никулин рассказал «Медиазоне», что слышал от оперативников разговор о том, что он якобы распространяет в Moloko plus статью «Из Калуги с джихадом». При этом ни в одном из трех опубликованных номеров альманаха этого текста нет.

Об интересе силовиков к тексту про калужского джихадиста говорит и Софико Арифджанова. «Когда меня потащили давать объяснения, они прямо спрашивали об «Из Калуги с джихадом», что это и какое оно имеет отношение к Moloko plus, есть ли там такая статья», — говорит журналистка.

«Выясняется, что они, оказывается, ищут в альманахах текст, которого там нет и никогда не было, и не могло быть, — недоумевает шеф-редактор альманаха Юлиана Лизер. — Всего этого можно было избежать, просто работая нормально. А сейчас получается, что огромное количество людей из-за этого либо несправедливо страдает, как мои коллеги, либо тратит свое время на сомнительные вещи, как сотрудники правоохранительных органов ряда городов России».

Лизер говорит, что не может понять, почему по первому звонку «профессиональных доносчиков» правоохранительные органы позволяют себе срывать презентации и задерживать журналистов: «Это нелогично даже не только с профессиональной точки зрения, но и с точки зрения банального здравого смысла. Очень надеюсь, что это как можно скорее прекратится, что все осознают свои ошибки и не будут их больше совершать».

«Медиазоне» пока не удалось связаться с Павлом Никулиным, который после задержания на презентации снова находится в нижегородском отделе полиции №7 и ждет суда по административному делу о неповиновении сотрудникам полиции (статья 19.3 КоАП). Ему грозит штраф в размере от 500 до 1,5 тысяч рублей или арест до 15 суток.