Аркадий Дубнов: "Наш "Ильюшин", как Матросов немецкую амбразуру, прикрыл своим телом израильский F-16"

"Официальный представитель Министерства обороны России заявил, что израильский летчик не мог не знать, что сирийские ПВО через свои приборы могли посчитать Ил-20 группой самолетов, а потому открыли по нему огонь", - цитирует журналист в Facebook сообщение о выступлении Игоря Конашенкова по поводу уничтожения самолета Ил-20.

"Если сразу не уловили смысл сказанного вчера утром генералом Игорем Конашенковым на специальной пресс-конференции, где он он изложил версию российского Минобороны причин трагической гибели 15 российских военных на сбитом сирийской ПВО 17 сентября российском "Ильюшине", то прочтите еще раз и узнаете, что всякий израильский летчик обязан знать, что Россия поставляет в Сирию старое слепое противовоздушное говно системы С-200, в оптических окулярах которой большая российская цель имеет обыкновение двоиться, троиться и даже четвериться (в данном случае) на маленькие израильские цели, и потому вынуждено шмалять по всему, что летает в ближайшем космическом пространстве.

А если израильский летчик этого не знает, то он "преднамеренно и враждебно" настроен к России и ее военным.

Но если такое объяснение широкой и высокой деятельности полуслепых российских ракет не внушает доверия, то генералом была предложена еще одна, самая хитрожопая (евреи ж летают) версия происшествия, - оказывается, один из израильских F-16, выполнив боевое задание в составе своей "четверки", вернулся исподтишка в зону боевых действий, что-то там подзабыв, а тут на тебе, его наш "Ильюшин", как Матросов немецкую амбразуру, взял и прикрыл своим телом...
Дальнейшее вам известно.

Теперь вопросы - кто поставил Асаду полуслепые ракеты, кто ими управляет и где мы будем теперь учить израильских летчиков невраждебному по отношению ко всякому стреляющему говну поведению?

А тут жена, как всегда кстати оказавшаяся у меня за плечом, вспомнила, что в недавнем мультике Путин показывал новую российскую ракету с непредсказуемой траекторией. Тогда, говорят, особенно в Воронеже напряглись..."